Волгари в боях за Сталинград: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Можете отдыхать, — сказал нам представитель командования, когда мы доложили о выполнении задания.

Теперь, пожалуй, и побриться можно. Когда я уселся перед осколком зеркала, рука невольно потянулась к волосам. Сначала я даже не поверил, что они поседели… Чего не сделали длинные годы, свершилось за несколько дней первого боевого рейса.

Через два дня снова вызывают.

— Видишь, Павел Иванович? — Начальник переправы указал на Сталинград, затянутый дымом пожарищ.

— Вижу, — говорю, — ничего не щадят паразиты!

— Гитлеровцы за тракторным к Волге вышли, а ведь в городе много детей и женщин. К тому же войскам, защищающим город, требуется оружие, боеприпасы, продовольствие.

— Когда надо выходить в рейс? — опросил я.

— Сейчас.

С этого августовского дня наше судно беспрерывно перевозило женщин, детей, раненых, заводское оборудование на левый, а военных, боеприпасы и оружие — на правый берег. Чтобы больше захватить грузов, водили с собой дощаник.

Всякое бывало. Тот, кто тогда работал на переправах, никогда не забудет этих рейсов. Катер приходилось водить под ливнем пуль, среди разрывов снарядов и мин. Работали днем и ночью, почти без отдыха.

Однажды, в сентябрьскую ночь, мы получили приказ идти в Сталинград. Холодное ночное небо рассекали огромные лучи прожекторов. Встав вертикально, они вдруг падали на воду и медленно шарили по гребням волн. Если же на Волге лучи «схватывали» какое-либо судно, то здесь сразу же начиналась бешеная пляска водяных столбов — рвались снаряды.

Но приказ есть приказ. Надо идти. Отвалив от берега, мы пошли знакомым кураж. И скоро лучи, метавшиеся по Волге, нащупали наш катер. Попробовали мы вырваться из этого плена — не вышло. По сторонам, за кормой и впереди судна поднялись огромные космы воды. Взрывы следовали один за другим. Тут-то и случилась беда: перед глазами сверкнула вспышка, раздался оглушительный взрыв.

— Пробоина в корпусе, машину заливает водой! — кричит мне механик.

— Жми сколько можешь, — приказываю ему, а сам разворачиваю судно к берегу.

Второй взрыв подбросил катер. Вода с ревом хлынула в корпус. Катер еще шел к берегу, но привычного шума машины я уже не слышал. Палуба, казалось, уходит из-под ног.

«Это конец», — пронеслось в голове.

Вода покрыла палубу, заполнила рубку. Команда вплавь стала довираться до берега. Пришлось покинуть мостик и мне. Недалеко от берега катер лег на дно. Из воды торчала только труба.

Жалко, до слез было жалко расставаться со старым, проверенным другом, нашим катером «Тринадцатый».

— Не горюй, капитан, — сказал мне заместитель начальника пароходства Сергей Иванович Везломцев, когда я доложил о гибели «Тринадцатого». — На войне всякое бывает. Отдохни немного, на другое судно назначим.

Скоро мне довелось вести в первый рейс баркас «Капитан Иванищев». Текли боевые будни. Крепкий узелок завязался поздней осенью в районе завода «Красный Октябрь». Туда и ходил с боеприпасами и подкреплением «Капитан Иванищев».

Грузов теперь брали в три раза больше, чем до войны — судов не хватало. Но машина работала четко, бесперебойно. Оружие, боеприпасы, подкрепления доставляли в срок. Правда, работать стало куда сложней: гитлеровцы вышли на Мамаев курган и, просматривая Волгу, корректировали огонь своей артиллерии по нашим судам. Пришлось перевозить грузы только ночью. К рассвету все суда причаливали к левому берегу и маскировались. Свято блюли мы это правило. Двадцать восемь ночей водил наш баркас баржи, а к утру затихал, «обрастая» зеленью.

Надолго я плавал на «Капитане Иванищеве» — назначили капитаном парохода «Громовой». Его я водил до разгрома гитлеровцев под Сталинградом. Разбили проклятых фашистов — занялись мирным делом. Здесь, на Волге, его хватало. Пятнадцать лет после Сталинградской битвы я служил капитаном. Но стало подводить здоровье. На пенсию пришлось уйти. Теперь я не держу штурвала в руках, но всем сердцем и душой я с Волгой-матушкой, со сталинградскими речниками, трудом своим умножающими славу волгарей.

А. М. Машков [7]

НЕЗАБЫВАЕМОЕ

В затонском лесу хмурые люди рыли землю, валили деревья, строили убежища. Все это мне хорошо было видно с капитанского мостика «Труддисциплины». Рядом стоял лоцман Михаил Степанович Мальков. Мы молчали, долго смотрели на берег Шадринского затона — невеселые мысли занимали нас. Разговор начал лоцман:

— Что ж, капитан, война к Волге подкатывается? Пароход передали в распоряжение воинской части. Выходит, воевать будем?

— Все мы теперь солдаты, — сказал я Малькову, — надо быть начеку.

Утром на пароход пришли солдаты. Их привел офицер, коренастый, лет тридцати.

— Вы капитан? — спросил он меня, поднявшись по трапу. — Мы к вам, на пароход… — И назвал себя: — Петриченко, лейтенант инженерных войск.

На пароход поднялись автоматчики и радисты. Пока радисты устанавливали рацию в каюте механика, Петриченко ходил со мной по судну. Заглянул он и в машинное отделение. Многим интересовался лейтенант, расспросил о составе нашего экипажа, потребовал список команды. Внимательно его просмотрел, потом спросил:

— А лопат сколько, топоров? Пилы есть?

[7] Машков Анфим Михайлович, бывший капитан баркаса «Узбек», ныне пенсионер. Проживает в г. Краснослободске.