Она хотела продолжить, но рука Северуса властно взлетела в воздухе, веля замолчать, и, по старой привычке, девушка так и сделала. Повисла пауза. Профессор нахмурился, а губы его сжались в тонкую нить.
— И… — раздался его низкий голос, который отчетливо выговаривал каждое следующее слово. — Долго Вы преподаете мой предмет?
— С начала года, сэр.
С секунду он просто смотрел в её глаза, переваривая информацию. И когда он понял всю трагичность положения учеников, то сомкнул свои пальцы на переносице. Беда. У этой несносной всезнайки, наверняка, отсутствовала любая дисциплина на уроках. Оставалось искренне надеяться, что они еще ничего не успели взорвать.
— Профессор? — встревожилась Грейнджер.
— Это не дает Вам никаких прав брать мои вещи! — невозмутимо сказал Северус с плохо скрываемой надменностью в глазах.
Весомые аргументы улетучились, отчего Гермиона молча стояла, смотря куда-то сквозь профессора, словно загипнотизированная. И, если бы не звук чьих-то шагов, Северус, наверняка, отвесил бы ей саркастичную издевку. Его бровь удивленно изогнулась. Снейп уже растворился под мантией.
В дверь осторожно постучали.
— Да-да? — ласково спросила Гермиона, совсем не так, как говорила еще пять минут назад.
В комнату вошел мальчик пятого курса с зеленым полуразвязанным галстуком. Снейп оцепенел. Его слизеринец, которого он принимал еще на первый курс! И улыбка Гермионы исчезла с ее лица.
— Я пришел пересдать зачет, — самоуверенно заявил он.
— Дионис, я, кажется, озвучила время пересдачи, не так ли?
— С Вами хотят поговорить мои родители. Они за дверью… Пожалуйста, — он улыбнулся наигранной и скользкой улыбкой.
Гермиона подавила желание закатить глаза, ибо родители Диониса являлись тяжелыми людьми, если можно так сказать. И Снейп знал это. Зачем она с ними церемонится?
***
После тяжелого разговора Гермиона вернулась в свои покои. У нее совсем не осталось сил на изучение древних книг. Чувствовала она себя не очень, поэтому сразу забылась во сне.
Однако, спала она тревожно: её бросало то в жар, то в холод. Благо, под утро всё нормализовалось.
Следующую неделю Гермиона проводила в основном в библиотеке, изучая книги о перерождении и чёрной магии. Снейп не появлялся, его отсутствие играло девушке на руку. Безусловно, Гермиона Грейнджер не была бы Гермионой Грейнджер, если бы хоть краем глаза не заглянула бы в интересующую книгу даже под страхом страшной смерти. А уж Снейп, хоть и угрожал иногда, никогда не выполнял свои угрозы. Максимум — чистить котлы после уроков, но это ей точно не грозило.
Воспоминания из детства вызвали легкую улыбку на ее лице. Приятно осознавать, что человек, которого считали мертвым, “воскрес”, жив и здоров. Даже его черствость и надменность радовали Гермиону, ведь они как нельзя лучше характеризовали Северуса Снейпа. Конечно, это в общих чертах и никак не меняло ее отношение к нему.
В прочитанной литературе Гермиона так ничего нового и не обнаружила. Лишь то, что случаи перерождения крайне редки и что есть такие ситуации, когда часть души сливается с другой душой воедино в одном человеке. Таких случаев больше, но не на много.
Чушь. Бред, на который она убила неделю!
Про Ханну она тоже ничего не узнала. Девочка продолжала учиться, больше подобных инцидентов не повторялось. Удивительно, что память к малышке так и не вернулась, а выздоровление настигло её в этот же день, несмотря на то, что её опоили.
***
— Гермиона, что ты пьешь? — спросил Том за завтраком.
Девушка взглянула на собеседника. Том Мэдиссон — преподаватель магловедения у старших курсов. Молодой высокий блондин с ангельскими глазами и очаровательной улыбкой, от которой таяло сердце даже самой черствой леди. Её друг. И, действительно, только друг. Они знакомы с лета. А объединило их отсутствие преподавательского опыта. Именно этот парень помогал ей с учениками, давал советы по поводу работы и просто поддерживал её.
Гермиона лучезарно улыбнулась.
— Это молоко, — продемонстрировала она. — С мёдом и корицей.
Том поморщился. Не у каждого молоко ассоциировалось с чем-то приятным. Кому-то напиток запомнился отвратительной пленкой.
— Почему именно молоко? Это обычный напиток у маглов.
— А почему бы и нет? Я магглорожденная, если ты забыл. Мне оно нравится, — парировала она с гордостью.