Мужчина в объяснениях и не нуждался. Одного взгляда на истекающего кровью писца, было достаточно, чтобы сделать нужные выводы. Он загнал их за себя и вскинул кинжал.
Каково же было удивление Гермионы, когда она увидела спящую змею, лениво растянувшуюся на глине.
— Медленно отступайте к дворцу, — Сенмут двинулся на недобро поглядывающих людей.
— Как некрасиво получается: эфиопцы и так нерадушно ведут себя в гостях, — покачал головой Сенмут и отпрыгнул, когда в его сторону сделали угрожающий выпад.
Гермиона подбадривающе шептала слова, пока они медленно отступали.
Громыхнул лязг и тяжелый хлопок. Трое против одного — итог известен. Однако, поваленный Сенмут одержал верх, выбив клинок из рук противника.
— Бегите! — крикнул он, когда увидел, что двое других бросились к жрице.
— Стоять, — Голос Снейпа раздался как удар по глухому большому барабану. Он метнулся в их сторону медленно, подобно хищнику, пребывающему в ярости. Сейчас он думал лишь о том, как швырнуть каждого головой об стену и организовать этой троице встречу с крокодилами.
Видимо, даже в голосе воплотилась ярость и гнев, скрывающиеся за обманчивым спокойствием, ибо шакальи морды нападающих исказились недоумением и испугом, как если бы они столкнулись с самим дьяволом.
Стало ясно, что успех оставил их, и единственное, что им светило, — долгая и мучительная расправа. Воспользовавшись случаем, эфиопцы бросились в разные стороны. Снейп погнался за главарем, но и тот, увы, улизнул.
Гермиона, радуясь, что опасность позади, радостно сообщила об этом Дреду, который уже закрывал глаза.
— Всё позади! Слышите? — восклицала она, боясь, что Дред лишился слишком много крови.
Вскоре Сенмут встал на ноги и подошел к ним. Взглядом «Кто это такой?» мужчина все-таки позволил опереться на себя, и втроем они побрели к дворцу. Периодически Гермиона оглядывалась и искала профессора. Но тот не возвращался.
Сенмут отдал приказания слугам, а сам со стражей помчался в сторону Снейпа.
Гермиона никогда не получала похвалы ни на зельеварении, ни на колдомедицине, но знания, которые вложили в ее светлую голову учебники, давали право оказывать помощь. Да даже не будь у нее знаний, гриффиндорка сделала бы все возможное, чтобы спасти человека.
В ход пошли марли и зелья, которые имелись в кабинете Снейпа. Сам же хозяин вернулся чуть позже, и вид его, мягко говоря, был потрепанным. Требующий возмездия язык Марса, которым бывший шпион владел выше всяких похвал, так и остался неудовлетворенным. Сколько бы он, Сенмут, и отряд воинов ни бродили по городу, ни заглядывали в каждый дом — ни-че-го.
— С вами все в порядке? — устало спросил зельевар, опершись о стену, — смотрю, вы сами во всем разобрались.
— Нет, я не нашла успокоительное, — выдохнула девушка, убирая пустые колбочки на полки, где точно по линейке строго стояли ряды стеклянных сосудов.
— Оно хранится не здесь, мисс, — улыбнулся мужчина по-мальчишески, — идем.
Гермиона посмотрела на его протянутую ладонь и вложила в нее свою ручку. Уже в саду, взяв кувшины с вином, мужчина наполнил два бронзовых кубка. На протесты девушки, Снейп покачал головой.
— Вы очень устали, вам нужно восстановиться.
Сам он выпил залпом и выжидающе посмотрел на нее. Теперь, после такого возмутительного покушения в стенах дворца, Снейп был уверен - Гермиона не отойдет от него ни на шаг.
Девушка пригубила вина и почувствовала, как пламенная жидкость разлилась по горлу, согревая изнутри.
— Что случилось с тем безумцем, который обвинял Хатшепсут?
В ответ вздох.
— Он и его хозяин якобы сидят в тюрьме, где им вправляют мозги. На самом же деле с ними покончено. Хатшепсут знает, что все это — инсценировка Инени. Посему мы должны вас отправить как можно быстрее, мисс Грейнджер.
— Только самый отчаянный пойдет против фараона. Или…
— Или, — подтолкнул Снейп.
— Или ему уже нечего терять. Он смертельно болен, а деньги нужны его родным…
Ей кивнули, и Гермиона тяжело вздохнула.