— Чего тебе, Первый? — раздался из динамика недовольный голос Корнеева, находившегося сейчас по другую сторону спутника, но квантовая связь позволяла не обращать внимания ни на какие преграды.
А пилоты, в каком бы они состоянии ни находились, не называли имён, используя в общении друг с другом позывные.
— Датчики фиксируют отклонения электромагнитного поля в области спутника, над которой я в данный момент пролетаю, — сухо проговорил Зарубин. — Похоже, это именно то, что нужно Базе. Поэтому не засыпай: нас в любой момент могут отозвать. Конец связи.
Лейтенант переключился на канал связи с Мироновым.
— База, я Первый, как слышно, приём? База, я Первый, как слышно?..
— Я База, слышу тебя, Первый, приём, — послышался усталый, но всё ещё твёрдый голос подполковника специальной разведки.
— База, я Первый, фиксирую отклонения, как поняли? Приём.
— Первый, понял тебя. Как долго длятся отклонения? Приём.
— Сорок секунд… Сорок пять… Амплитуда приблизительно ноль точка три единицы, повторяю — ноль точка три единицы. Как поняли? Пятьдесят пять секунд…
— Понял, Первый. Ждите, пока колебания не затихнут, и возвращайтесь. Приём.
— Вас понял, База. Конец связи.
Зарубин отключил коммуникатор истребителя и откинулся на спинку пилотского кресла.
Ну всё, скоро их с Корнеевым мучения прекратятся. И можно будет постоять хотя бы пару минут под душем, а затем восемь часов отдохнуть в постели, прежде чем их вызовет Миронов для подробного доклада…
* * *
Военная база Федерации, в это же время.
Миронов выключил браслет и устало откинулся на спинку кресла в своём кабинете.
За последние трое суток он спал максимум часов шесть, всего лишь трижды отлучившись с рабочего места в свою палатку из всех промежутков между докладами Зарубина и Корнеева. Он пребывал в постоянном напряжении, гадая: найдут что-нибудь, не найдут?.. — и тревожась за судьбу пилотов: как бы и их не расстреляли из гравидеструктора, как, возможно, случилось с «Би-202». Насчёт аномалии на орбите Сталкерры лейтенантов он предупредил, так что если с ними что-либо и случилось бы, то разве что по причине воздействия с луны.
Теперь эти волнения были позади, однако наставало время для новых.
Датчики, установленные на истребителях, не просто улавливали отклонения электромагнитного поля. Они распознавали именно те трудноуловимые колебания, которые возникали при квантовой связи. Сам разговор они подслушать извне не могли в силу мгновенной передачи данных при данном виде коммуникации; квантовую связь можно было перехватить, только подключившись незаметно к одному или обоим участвующим в диалоге устройствам. Но сенсоры сделали своё дело: они подтвердили факт связи между планетой и её луной, до этого бывший лишь подозрением Валевской и Миронова. И в связи с этим мысли возникали, мягко говоря, не очень радужные.
Прежде всего, этой ночью было доказано, что на спутнике Сталкерры действительно есть какая-то технологическая активность. И если неизвестно, когда и откуда она там взялась изначально, то напрашивается вывод, что она могла существовать там и до прилёта «двести второго», а значит, вероятность того, что этот корабль колонистов был сбит, возрастает многократно.
И просто чудо, что те, кто находился на местной луне, не захотели или не посмели уничтожить и два истребителя, три дня кружившие в ста километрах над поверхностью спутника.
«Хотя нет, — возразил сам себе Миронов, глядя в одну точку на противоположной стене кабинета. — Сбить федеральные военные корабли — значит выдать себя с головой, а неведомые лунные обитатели явно не хотели лишний раз светиться. А этот сеанс связи они провели, потому что не знали о новых датчиках, которые, в отличие от стандартных, смогли установить явную искусственность этих колебаний поля.
Следовательно, они могут не знать о том, что мы уже точно знаем об их существовании, — подумал подполковник. — Теперь нам надо решить: выжидать или напасть первыми? Если я отправлю туда всю эскадрилью истребителей, они поймут, что мы в курсе всего, и не станут церемониться. А если мы промедлим…»
Перед Мироновым вновь стоял тяжёлый выбор. И оба варианта были непривлекательными. Оставалось лишь выбирать меньшее из зол.
«Как бы там ни было, Звезду Смерти из древнего фильма уничтожил фактически всего один истребитель, попавший в уязвимое место, — напомнил себе подполковник. — У Зарубина и Корнеева имелись и обычные локаторы, которые наверняка «просветили» насквозь поверхность спутника. Скоро они вернутся, техники снимут показания, и уже тогда можно будет строить какие-либо планы… А сейчас неплохо бы и отдохнуть…»
Миронов с трудом поднялся из-за стола, запоздало вспомнил о защитном экране от подслушивания, нажал на кнопку и направился к выходу.
Самое главное — решение он принял. А уж как и в какие сроки его выполнять, можно было подумать и завтра.
* * *
Лагерь экологов, в это же время.
Ночная тьма не нарушалась ни одним проблеском света, тишину не прорезал ни единый звук.