Цирконовый диск: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Следов одного минерала.

— Какого минерала?! — в один голос закричали корреспонденты.

— Тише, джентльмены, — спокойно сказал геолог. — Если, кроме формы и направления полета, вас интересует еще и цвет диска, то я могу сообщить, что он был красноватым. Это сразу бросилось мне в глаза. В первый момент мне показалось, что над моей головой пронесся тетерев, но я не почувствовал ни малейшего ветерка. Позже я сделал анализ нескольких крупинок минерала и понял, что правильно определил цвет — они действительно были красноватыми и напоминали циркон. Таким образом, предмет, замеченный мной вчера в 18 часов по вашингтонскому времени, был, по-видимому, куском циркона или родственного ему минерала. Возможно, что тщательный анализ в хорошо оборудованной лаборатории…

Последние слова геолога потонули в грохоте опрокинутых стульев и шуме возникшей в дверях свалки. Журналистов крупных газет Запада не интересовал тщательный анализ, сделанный в хорошо оборудованной лаборатории. Они спешили выбросить на рынок наиболее сенсационную часть сообщения геолога: направление, в котором двигалось блюдце. Цвет минерала, из которого оно было сделано, должен был лишь сделать заголовок более броским.

— Не удивляйтесь, — сказал я геологу. — Вы сами прогнали их. Они нуждались в блюдце, прилетевшем с Востока, и вы его им преподнесли.

— Я?! — изумленно спросил Хайпорн. — Но я не сказал им ничего определенного, — продолжал он с видимым раздражением. — Ваши собратья сами установили это направление и теперь, конечно, устроят вокруг него шумиху. Мне это очень не нравится.

Сняв очки, он взял со стола портфель и направился к двери.

— Куда же вы, мистер Хайпорн?

— Мне очень жаль, — ответил геолог, — но я вынужден вас покинуть. Бутерброды и лимонад в холодильнике. Разумеется, вы мой гость, но вы понимаете — другого выхода у меня нет. Все, что произошло за последние три часа, чрезвычайно неприятно, — все эти вопросы, домыслы, инсинуации. Нет, нет, мистер… мистер…

— Гарроу.

— Итак, мистер Гарроу, я исчезаю.

— Каким же образом, если это не секрет?

— На улице у меня стоит машина.

— Вы не возражаете, если я поеду с вами? Хайпорн скорчил недовольную мину и хотел что-то сказать.

— Меня не интересует направление полета блюдца, — поспешно добавил я. Просто любопытно, неужели это и в самом деле был циркон — ведь в этих краях его раньше не встречали, да и вообще изверженные породы попадаются здесь очень редко.

Геолог надел очки, внимательно посмотрел на меня и вдруг широко, по-детски, улыбнулся.

— Простите, если я был резок, мистер Гарроу. Поехали.

Два курса технического института не раз выручали меня в моей журналистской работе. Но никогда еще я не был им так признателен, как теперь, когда они хоть на время помогли мне рассеять недоверие этого наивного, но энергичного молодого человека. Правда, насчет циркона я вспомнил совершенно случайно; просто я несколько месяцев назад ездил с группой геологов и немного поднатаскался в терминологии. Но любой, даже самый пустяковый специальный вопрос мог поставить меня в тупик. К счастью, Хайпорн молча гнал машину, выжимая из нее всю возможную скорость. Не прошло и десяти минут, как мы уже выехали из города и теперь по пыльному шоссе поднимались к видневшимся на горизонте горам.

— В самом деле, — внезапно сказал Хайпорн, — здесь нет изверженных пород, хотя, правда, есть кристаллические сланцы. Но вам, вероятно, известно, что циркон встречается преимущественно в кислых вулканических породах, которых здесь нет вовсе. Однако меня больше заинтересовал красновато-коричневый цвет следов на дереве. По-видимому, речь идет об очень редкой разновидности циркона — о гиацинте. Честно говоря, мне всю ночь снились разные кольца, браслеты… А проснувшись, я подумал, уж не ставролит ли это? Такие же красновато-коричневые следы, и состав близкий. Гиацинт распространен очень широко — от Урала до Цейлона, встречается и у нас. То же самое можно сказать и о ставролите — его зона распространения проходит через Швейцарию, Южную Африку и США. Что же из этого следует? И тут я еще больше запутался — ведь с таким же успехом этим минералом мог оказаться и альмандин. Альмандин принято считать абразивом, он применяется для полировки и шлифовки. Но в чистом виде альмандин — драгоценный камень.

За следующим поворотом шоссе Хайпорн затормозил. Мы находились у подножия скалы, поросшей чахлой травой. Справа зеленели дубы.

— По-моему, лучше свернуть на боковую дорогу, — сказал Хайпорн, — чтобы выбраться из потока машин, идущих к Большому северному шоссе и на каменные разработки. А тут уже никого нет, только моя палатка. Итак, мистер Гарроу, сегодня утром все мои размышления ограничились витринами ювелирных магазинов. Если бы не цвет крупинок, я вообще счел бы это за наваждение, но доказательства налицо. Впрочем, через четверть часа вы сами сможете в этом убедиться — достаточно взглянуть на следы в микроскоп, а я попытаюсь показать вам химические реакции.

Он снова остановил машину — на этот раз в узкой, очень глубокой лощине, со всех сторон окруженной серыми отвесными скалами.

Хайпорн вынул из багажника несколько ящиков, потом исчез в глубине ущелья и вскоре появился со свертками зеленоватого полотна и несколькими картонными коробками.

— Располагайтесь поуютнее, — сказал он.

Итак, я оказался гостем геолога. Цель достигнута, и к утру я узнаю гораздо больше, чем могли мечтать господа из «Ивнинг таймс». Полный самых радужных надежд, я принялся вбивать колышки палатки в твердую землю. Пока я возился с веревками, Хайпорн открыл ящики, и из них появились банки консервов, спиртовка, надувной матрас, подушка и несколько книг. Затем он установил складной алюминиевый столик, проверил его горизонтальность с помощью небольшого уровня и поставил микроскоп. Установив еще один такой же круглый столик с выдвижными ножками, он разместил на нем штатив с пробирками, несколько никелированных коробочек и фарфоровых тиглей. Не прошло и часа, как палатка превратилась в скромно оборудованную лабораторию.

— Прошу вас, мистер Гарроу, — сказал геолог.

Тонкой стеклянной пластинкой он соскреб крупинки минерала со среза ветки и стряхнул ее в пробирку. Я не видел никакой пыли, но по озабоченному виду геолога мог судить, что он ее прекрасно видит.

— Углекислый натрий, — пробормотал геолог, подсыпая в пробирку немного белого порошка.

Потом он зажег спиртовку и держал пробирку над огнем, пока внутри не образовалась прозрачная капля. Добавив туда соляной кислоты и хорошенько взболтав содержимое, Хайпорн протянул пробирку мне.

— Итак, он растворяется. Ну что ж, теперь воспользуемся лакмусовой бумагой.