– Груз и так в вакууме – или почти что. Разгерметизация не должна причинить ущерб, – вмешалась Вайтес.
– У нас повреждены сорок девять камер, – сообщил ей Альпаш. – От ударов и от скачков напряжения в результате повреждений. Сорок девять.
Никому не захотелось это обсуждать. Полсотни погибших от одного попадания. Пустяк по сравнению с общим грузовым манифестом. Однако ужасает, если вспомнить, что стоит за словом «груз».
– Мы на орбите, в ста восьмидесяти километрах от паутины, – сказал Карст. – Нам надо ответить. Они станут снова швырять в нас камни.
– Станут ли? – внес свою жалкую лепту Холстен.
– Может, они перезаряжаются.
– Какие еще повреждения получены? – спросила Вайтес.
– Я… не знаю, – признался Альпаш. – Датчики на корпусе… ненадежны, а часть вообще отказала. Кажется, основные системы не повреждены, но другие участки корпуса могли стать слабее… наши системы отслеживания отказов были изменены так, чтобы сосредоточиться на экстренных ситуациях и важнейших участках.
Иначе говоря, они просто не смогли обеспечить работу всей сети.
– Мы можем переместить лазеры, – объявил Карст так, словно это естественно вытекало из сказанного. Возможно, в голове Карста это так и было.
– Думаю, переместить корабль было бы несколько легче, – сообщила ему Лейн. – Просто разверни его так, чтобы противоастероидные установки нацелились на паутину. На орбите наша ориентировка значения не имеет.
Карст заморгал: похоже, ему трудно было расстаться с мыслью о том, что носовая часть должна находиться впереди, – но потом кивнул.
– Ну, тогда давай начинать. Насколько долго?
– Зависит от реагирования систем. Может понадобиться какой-то ремонт.
– У нас может не быть…
– Отвали, Карст. Мы тобой в одной лодке, в буквальном смысле. Я сделаю это настолько быстро, насколько возможно.
– Ага, ладно.
Карст поморщился, видимо, вспомнив, что его положение временного командующего изменилось с пробуждением Лейн.
Постаревшая женщина уселась перед одним из работающих пультов. Ее сразу окружило несколько членов племени, готовых выполнять ее распоряжения. Холстен подумал, что выглядит она ужасно усталой, и в то же время он ощущал в ней прежнюю энергию. Время сражалось с Лейн за власть над этим согбенным, хрупким телом – но пока время проигрывало.
– Мы просто не сможем прожечь себе путь к власти на планете, – отметила Вайтес.
– Еще как сможем! – упрямо возразил Карст. – Серьезно: мы же можем сжечь всю паутину, просто послать ее на хер в космос как дырявый… носок, типа. – И тут же добавил: – Заткнись, Холстен! – когда ему показалось, что классицист намерен возмутиться таким сравнением.
– Карст, проверь, пожалуйста, заряд противоастероидной установки, – терпеливо предложила Вайтес.
Карст нахмурился:
– Ну, так мы ее подзарядим.
– Направив на это всю энергию, которая сейчас обеспечивает работу жизнеобеспечения или защитной оболочки реактора, – согласилась Вайтес. – Но даже если у тебя все получится, что дальше? Что насчет планеты, Карст?
– Планеты? – недоуменно заморгал он.
– Ты планировал просто спуститься туда на шаттле и поднять флаг? Если низкая орбита так выглядит, то что ты рассчитываешь найти на планете? Ты там тоже все лазером выжжешь? Или возьмешь деструктор или винтовку? А сколько у тебя зарядов?
– Я уже распорядился, чтобы разбудили отряд безопасников и кое-кого из поддержки, – не желал сдаваться Карст. – Мы спустимся и создадим плацдарм, построим базу, начнем расширять территорию. Мы будем жечь ублюдков. А что еще мы можем сделать? Никто не говорил, что все будет просто. Никто не говорил, что все решится за один день.
– Ну, до этого и правда может дойти, – признала Вайтес. – И если дойдет, я останусь наверху и буду координировать наступательные действия – и удачи тебе. Однако я надеюсь, что найдется более эффективный способ решить нашу проблему с вредителями. Лейн, мне понадобится как минимум одна работающая лаборатория в полном моем распоряжении и доступ к старым файлам – всем, которые у нас еще остались о Земле.
– И каков будет план? – осведомилась Лейн, не глядя на нее.