– Они показывают, что он увлекся. Возможно, он думал, что влюблен.
Она сказала не то. Ловит отблеск раздражения во взгляде Адама.
– Но могли ли они что-нибудь изменить? – давит он. – Я имею в виду, в суде.
– Но суда же не было. Никогда…
Адам в мгновение ока метнулся на другой конец комнаты и поднял нож.
– Я знаю, что суда не было, Сюзанна! Я знаю это! Я спрашиваю – если. Если бы был суд. Могли ли письма что-то изменить?
Сюзанна глубже устраивается в кресле. Руки сжимают рукоятки.
– Что изменить? Я не понимаю, о чем ты!
– О Джейке! О приговоре. Был бы он признан виновным?
– Нет. Нет. Он изнасиловал ее. Что изменится от того, что он сначала ей написал?
И это снова не то, что хотел услышать Адам. Он с отвращением отворачивается.
– А в твоих глазах, Сюзанна? – парирует он, повернувшись к ней спиной. – В твоих глазах они что-то меняют? – Он поворачивается, чтобы взглянуть на нее.
Сюзанна трясет головой. Она не знает, что сказать.
– Как ты думаешь, что они могут поменять? – парирует она. – И зачем ты мне их сейчас показал? Как ты думаешь, что они доказывают?
– Мне правда нужно это разъяснять?
– Да, пожалуйста!
Адам вонзает нож в стол. Он проходит по комнате и возвращается, вставая прямо перед Сюзанной. Он перечисляет, попутно загибая пальцы:
– Письма. Они доказывают, что Джейк любил ее. Это раз.
Теперь Сюзанна не собирается возражать. Адам продолжает, утирая слюну:
– Два. Суда не было. Моя так называемая мама забрала заявление.
– Да, но…
– Но что, Сюзанна? Что?
Сюзанна съеживается.
– Ничего, – бормочет она.
– Три! Она не только сняла обвинения, она изменила собственные показания. Сказала, что Джейк ее не насиловал.
– Но…
Снова нечто в глубине горла рвется наружу. Она хочет возразить, хотя даже не понимает, что говорит Адам, что он пытается доказать. Эти его пункты, раз, два, три, настолько знакомы. До тошноты, безумно знакомы.
– Четыре: ты только что признала, что Джейк испытывал потрясение, что произошедшее запутало его. А значит, его признания можно не учитывать. Никто не видел, как он насиловал мою маму. Свидетелей ведь не было. А он потом взял свои слова обратно, все до последнего.
– Но… – это само собой вырвалось быстрее, чем Сюзанна успела себя остановить. Джейк просто отказался от своих показаний, как Элисон отказалась от своих. И вообще, это даже не Джейк, на самом деле не он. Это Нил, их адвокат, она сама – потому что правда в том, что Сюзанна последовала совету адвоката так же, как и Нил.
– Джейк делал то, что все говорили ему делать, – заявляет Сюзанна, – поэтому он изменил рассказ, а не потому, что сказанное изначально было неправдой.