</p>
<p>
— Лжёшь, окаянный! — как умел, пафосно прогремел Философ, после чего кинул себе в рот пригоршню таблеток и сам пригубил из кастрюли.</p>
<p>
— Что там? — недоверчиво покосился на собравшихся Дойч.</p>
<p>
— Циклодол с водкой, — ответил кто-то смеясь. — Циклы обеспечены.</p>
<p>
</p>
<p>
Отвлечённый разыгравшимся вокруг спектаклем, который, как это часто бывало, казался Дойчлянду недоброй шуткой, призванной его жестоко развести, он мельком заметил, что Сука разговаривает непонятно с кем, величая его «любимым» и «муженьком».</p>
<p>
</p>
<p>
— Заебал, Дойч! Не ссы! — очередной страждущий съел несколько кусков Тела Праздника и приложился к «Чаше Циклов», испивая Кровь Праздника.</p>
<p>
</p>
<p>
Подогретые содержимым валявшихся повсюду бутылок из-под разношёрстного алкоголя, присутствующие один за другим теряли осторожность и глотали смесь из непонятной дозы холинолитиков и этилового спирта.</p>
<p>
</p>
<p>
В комнату вошёл щуплый парень с менбаном на голове, наряженный в дешёвую псевдоэротичную версию рясы католического священника, купленную в рядовом секс-шопе. Форма являла собой плотно облегающие чёрные трусы и футболку в мелкую сетку с воротом, в центре которого была нашита бутафорская белая колоратка.</p>
<p>
</p>
<p>
— Ну… типа, можно начинать… хех… — промычал пастор, от которого на пару метров во все стороны разило шишками.</p>
<p>
</p>
<p>