Мужицкая обитель: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Они здесь быстро растут. Точно нарочито для них и место, спаси Господи, уготовано!

— А эта аллея куда ведет? — указываю я на ряд пышных вязов и ильм.

— Так разбито!

О. Назарий именно был тем малоумным глупцом, которого настоятель Саровский не хотел отпускать из своей пустыни. Обитель валаамскую он принял впусте, а оставил ее благоустроенной и обильной. Число иноков при нем возросло до 55, а при Дамаскине до 300. До Назария монастырь был почти без братства. Назарием же были привлечены сюда и трудники — добровольные рабочие по обету.

— Он у нас и устав положил, как быть и управляться нам!

— Устав у вас тот же, что и у саровцев?

— Да, только с вечевым оттенком. Старь новгородская сказывается. Так, например, у нас игумен не смиряет непокорного наедине, а перед братией: о всех делах совещается с братией же и без нее ничего не предпринимает. У нас и права свои есть: ежели заметим, что настоятель разоряет устав и вводит соблазн, то, сойдясь о Христе, мы советуемся и затем идем к настоятелю… Там, предложив ему об упущениях, должны сделать, нисколько "не стыдясь, увещание об исправлении". Если же он не примет совета, то мы просим избрать другого из братства!

— Случалось ли это до сих пор когда-нибудь?

— Нет, слава Богу… Наши преподобные не оставляют своим руководством настоятеля[75]. До сих пор игумены у нас были знаменитые. Таких поискать, не найдешь… У нас вообще устав строгий! Мы не можем, например, пищу употреблять вне общей трапезы, а за трапезой, кто пожелает воздержаться, то, не вводя братию в соблазн, должен спросить настоятеля!

— Зачем же? Если я есть не хочу?

— А для того, чтобы все совершалось во спасение души, а не по бесовскому коварству. В повечерии мы не должны беседовать друг с другом. Нам воспрещается принимать у себя в келии кого бы то ни было, особливо же мирских людей! Письма писать без благословения настоятельского мы тоже не можем. Кто произнесет душевредное слово, того мы обличаем. В лес гулять — нельзя!

— Строго. Многие не вынесли бы этого!

— Потому мы принимаем сначала на испытание… На три года!

— Ну, а если монах вздумает оставить обитель?

— Не токмо монаха, но и послушника мы обязаны посему увещевать, ежели он помыслит по какой-либо скорби разуказиться!

— Это еще что?

— Совлечь с себя звание иноческое!

— Ну, а если он не послушает?

— Устав предписывает непокоряющегося отпускать, не дав ему мира, как мытарю и язычнику, яко уподобившемуся Иуде предателю[76]. Потому, кто раз отвергнулся себе, и взял крест свой, и по Христу пошел, тому назад возврата нет. Исаия пророк[77] вопиет: "Изыдите от среды его и нечистотам не прикасайтеся", и Иеремия[78]’ о том же: "Бежите от скверны Вавилона". У Давида такожде обрящете: "Се удалихся, бегая, и водворихся в пустыню, яко видел беззаконие и пререкание в граде день и нощь".

Строгий устав Соловецкого монастыря, сравнительно с этим, куда же! На Валаам, случалось, бегали с Афона[79], находя устав и обычаи последнего недостаточно суровыми… Чисто гроб. Уложат, забьют крышку, и с последним ударом молотка в последний гвоздь ты уж знаешь, что тебе возврата нет. Как ни стони, как ни бейся под тяжелой насыпью могилы, никто не отзовется тебе… Страшная жизнь — удивительные люди!

Воскресив древний Валаам, о. Назарий замыслил развить деятельность монастыря несколько шире. Он избрал десять лучших монахов для проповеди христианства в русско-американских владениях, покровительствовал подвижничеству и устроению скитов вне своей обители. С 1801 года он удалился от дел и в полном безмолвии провел три года, а затем уехал в Саровскую пустынь, где отличался даром прозорливости. Личность его с этого времени становится, по рассказам монахов, легендарной. Он, не ведая греческого языка, поясняет, как нужно переводить книгу "Дoбpoтoлюбиe"[80], с одного взгляда узнает, без помощи медиумов, мысли приходивших к нему посетителей; в дремучих лесах Саровских непросвещенные медведи, встречая старца, обходятся с ним почтительно; наконец, Назарий является в роли пророка. Вот что рассказывает об этом иеромонах Илларион: в царствование Екатерины II близ Петербурга происходило морское сражение со шведами. Все были в крайнем страхе, а митрополит Гавриил до того перепугался, что заперся в своей келье. В это самое время является к нему игумен Назарий.

— Доложи владыке обо мне! — приказывает он келейнику.

— Да владыка никого к себе не допускает!

— Меня не надо ему принимать. Я просто подойду к нему, и хоть ему до меня дела нет, да мне до
 него есть дело!

Видя, что старец попался несговорчивый, келейник отступился. Назарий является к владыке и предвещает ему победу. Гавриил усомнился было, но Назарий подводит его к окну и показывает в стороне к морю восходящие, на светлых облаках, в небеса души воинов. Гавриил ободрился сам и тотчас же написал об этом Екатерине. Когда предсказания Назария оправдались, императрица приняла его у себя и милостиво с ним беседовала.

При Александре I какой-то сановник К. «подпал царской немилости». Жена его бросилась к Назарию, умоляя его молиться о спасении мужа.

— Очень хорошо, только надо попросить о сем царских приближенных!

— Мы уже всех просили, да мало надежды!

— Ты не к тем обращалась, дай-ка мне денег, я сам попрошу, кого знаю!

Барыня дает ему горсть золота.

[75] Наши преподобные не оставляют своим руководством настоятеля. — Преподобные Сергий и Герман.

[76] …как мытарю и язычнику, яко уподобившемуся Иуде предателю. — Мытарь — сборщик римских податей в Иудее, где понятия «мытарь», «язычник» и «грешник» значили почти одно и то же, поскольку мытари прибегали к обману, вымогательству и прямому воровству. Иудеи нередко даже запрещали им входить в храм и участвовать в общих молитвах и богослужениях. Иуда Искариот — один из учеников Христа, предавший его за 30 сребреников.

[77] Исайя пророк — старший из великих библейских пророков. Книга пророка Исайи входит в Ветхий Завет как составная часть и содержит его жизнеописание, а также многие пророчества о судьбе еврейского и др. народов, о грядущем явлении Христа и евангельских событиях.

[78] Иеремия — второй по старшинству из великих библейских пророков. Книга пророка Иеремии, входящая в Ветхий Завет, содержит его жизнеописание, пророчества и обличительные речи. Ветхий Завет также включает Плач Иеремии по разрушенному Иерусалиму.

[79] Афон — гора на северо-востоке Греции, центр православного монашества, где расположены древнейшие христианские монастыри, в том числе русский Пантелеймонов монастырь.

[80] Он, не ведая греческого языка, поясняет, как нужно переводить книгу «Добротолюбие»… — «Добротолюбие» — пятитомник, в который вошли избранные места из сочинений св. отцов церкви — христианских богословов и церковных деятелей II–VIII вв., заложивших основы христианского вероучения и обрядности (Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоуста, Ефрема Сирина, Григория Паламы и др.). Первый перевод с греческого был сделан архимандритом Паисием Величковским (1727–1794) по инициативе и под наблюдением митрополита Новгородского и Санкт-Петербургского Гавриила (см. коммент. к гл. III), который считал необходимым привлечь к этой работе, кроме знающих греческий язык, еще и людей, опытных в духовной жизни и «монашеском делании», для чего обратился, в частности, к игумену Валаамского монастыря Назарию с просьбой внимательно изучить уже сделанный перевод и дать свои замечания. «Добротолюбие» быстро завоевало огромную популярность среди русского духовенства.