Ночь вдвоём: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

…Дождик не дождик, а так, какая-то нудная морось. Октябрьский вечер дышал знобким холодом. От фонарей по чёрному асфальту расползался медными брызгами свет, но не разгонял тьму, наоборот — он своим призрачным мерцанием приближал тоскливую осеннюю ночь.

Промозглую тишину нарушал только стук каблучков. Последняя прохожая торопилась домой…

Это была молоденькая девушка, очень молоденькая — недаром каблучки её выбивали торопливую, порывистую, неуверенную дробь, словно сами туфельки удивлялись тому, что их хозяйка рискнула столь поздно выйти на улицу.

Тоненькая, невысокая, в коротком сером пальтишке, в сером берете, натянутом до бровей, с бледным личиком и бледными губами — девушка оглядывалась по сторонам с сердитым, расстроенным выражением, словно заранее готовясь закричать надоедливым прохожим — «отстаньте же от меня!».

Но никто и не думал ей надоедать, улицы были пусты, и это обстоятельство раздражало девушку не меньше.

…Каким образом это невинное создание оказалось посреди ночного города, да ещё без провожатых? Непонятно. Но, наверное, даже самая благоразумная из девиц хоть раз в жизни, да и попадает впросак, переоценив свои возможности. Одна досадная мелочь начинает цеплять за собой другую — например, засиделась в гостях у подружки, заболталась, а потом опомнилась — бог ты мой, а уже ведь поздно! А проводить — некому, и встретить — вдруг тоже некому, остаться — никакого желания, нестерпимо хочется домой, где всё своё и родное… Ну и вот, в результате взбалмошная девица оказывается на пустынной улице, ночью, одна, и её каблучки исполняют на мокром асфальте прерывистое стаккато досады и упрямого отчаяния.

…Рядом, по широкому шоссе, на большой скорости иногда проезжали машины, заставляя девушку вздрагивать и тесниться ближе к домам. Некстати ей вдруг вспомнились сводки криминальных новостей — случалось, что нехорошие люди иногда заталкивали девиц к себе в авто, увозили далеко… Ужас-ужас. С некоторым облегчением девушка свернула на соседнюю улочку — маленькую, узенькую. Тут машины не ездили и было совсем тихо, но эта тишина теперь успокаивала — никого же вокруг, значит. И правда, даже любителей выпить пива на лавочке не наблюдалось, эта холодная осенняя ночь разогнала всех по домам! Жилые дома вокруг, и свет ещё горит в некоторых окнах — так мирно, успокаивающе… Напоминая, что и девушку ждёт уютное гнёздышко.

Но тут впереди неожиданно возникло препятствие — дорога была перегорожена железной сеткой. За сеткой, в свете фонарей жирно блестела мокрая земля, чернел вскрытый асфальт. Какие-то ямы с торчащими трубами…

Девушка замерла, с изумлением рассматривая препятствие — этим днём его ещё не существовало!

Ладно, плевать. Можно дворами обойти. Сжав губы, отчаянно сведя брови, девушка повернула в проулок.

Тут стояла почти кромешная тьма. Пахло холодной сыростью. Девушка пробежала вдоль офисного здания с чёрными окнами, ещё раз свернула. Дальше стоял особняк — старинный, пустой, весь в паутине строительной сетки — забытый, ждал который год реставрации. Какие-то звуки из окон — померещилось? Страшно… Кто там, в темноте — призраки или живые?

Бегом, бегом. Девушка свернула в ещё один заброшенный проулок и замерла, чуть не споткнувшись, растопырив локти. Дорогу вместе с тротуаром перегораживали машины. Очередное препятствие или нет?

…Сначала-то она совсем не испугалась, поскольку те две длинные чёрные машины, что стояли поперёк, выглядели чрезвычайно солидно. На подобных авто должны разъезжать, по меньшей мере, дипломаты! Кроме того, возле машин стояли люди, тоже на первый взгляд солидные и строгие. Один из них находился чуть в стороне, в свете скрещённых фар — как будто радушный хозяин вышел проводить гостей… Да, на первый и очень беглый взгляд ничего страшного в этой картине не было, но только на первый… В следующее мгновение девушка ощутила неясную тревогу — «гостями» являлись одни мужчины, все в чёрном, с каким-то уж слишком однотипным выражением лиц. Мрачным и суровым.

Один из этих мужчин властным голосом приказал что-то, другой вдруг поднял руку, и раздался негромкий треск, вспышка… А тот, которого девушка приняла сначала за радушного хозяина, схватился за грудь и упал — так, что свет от фар лёг ему на спину крестом.

Треск прозвучал не слишком громко, а вспышка не выглядела слишком яркой, поэтому девушка сначала не поняла ничего, она по инерции (скорей-скорей, домой!) сделала ещё пару шагов, словно кто неведомый толкал её в спину… И оказалась в свете фар. Совсем близко к упавшему «хозяину».

Она опустила голову и увидела, как струйка чего-то густого и тёмного, выползшая из-под тела, коснулась мыска одной из её туфелек. Над струйкой в холодном воздухе курился лёгкий-лёгкий парок.

Лишь тогда девушка смогла остановиться и осознала, что на её глазах только что убили человека. Треск и короткая вспышка — были выстрелом.

Машинально, подчиняясь привычке (а что ещё оставалось делать в экстремальной ситуации?), девушка потянулась к своему карману и вытащила из него мобильный телефон.

Но люди у машин тоже не дремали, мгновенно встрепенулись, заметив припозднившуюся прохожую. Главарь, тот мужчина с властным лицом, обернулся к киллеру и показал на девушку пальцем.

Слов его девушка не расслышала, хотя находилась совсем рядом, — страх лишил её на время слуха. Но ей и не нужно было ничего слышать, внезапным наитием она поняла, что её тоже должны сейчас убить. Потому что она — свидетельница.

И, пока киллер поднимал руку во второй раз (точно как в кино, в замедленной съёмке!), девушка, даже не вскрикнув, развернулась и молнией помчалась назад — в одно мгновение жажда жизни придала ей ускорение. И вот уже к ней вернулся слух…

Приятный, глуховатый звук мотора сзади. Едут? За ней?

Значит, на широкую улицу выбегать нельзя — инстинктивно догадалась девушка, потому что на прямой дороге машины догнали бы её в один момент. Она старалась держаться возле домов и при первой возможности свернула в очередной тёмный переулок.

Каблучки её теперь колотились об асфальт практически без пауз — дробное стаккато превратилось в непрерывное легато. Девушка нестерпимо хотела жить! Ибо в тот момент, когда пистолет поднимался во второй раз, целясь в неё уже, она поняла, что до того и не жила вовсе, что век её был короче однодневного полёта бабочки. А любовь? Господи, она же ещё никого не любила даже…

Ничего не сделано. И ничего ещё не сбылось. Обидно, блин!

…Она снова свернула, петляя, ещё раз повернула куда-то, молнией обогнула какой-то длинный, тёмный, пропахший коммунальными ароматами тихий дом, типа общежития — а днём он, наверное, гудит, как огромный муравейник… Перед глазами в сумасшедшем танце плясали чёрные и жёлтые круги — это ночь мешалась с мёртвым искусственным светом.

Она уже очень далеко убежала от того места, где произошло убийство, она даже смогла вполне ощутить, что во времени и пространстве сумела оторваться от страшного события. Только тогда она позволила себе чуть замедлить бег… Неужели избавилась от погони?

Девушка обернулась, с мольбой вгляделась в осеннюю ночь — тихо, безлюдно… но это и хорошо! Вздох облегчения уже был готов вырваться из её груди. Она остановилась, дрожащими пальцами принялась нажимать кнопки на телефоне, который всё ещё сжимала в ладони… Надо срочно позвонить домой! Но не успела — вдруг заметила чёрную, чернее этой ночи, приближающуюся тень. Девушка сразу узнала этот плащ, эти скупые, размеренные движения — о, их уже не забыть, наверное, никогда… Телефон выскользнул из её влажной ладони и хрустнул, разлетаясь по асфальту осколками пластика.

И тогда девушка снова побежала, стремясь обогнать время. Она ждала выстрела сзади… Надо было кричать, звать на помощь, но горло стиснул ужас, и вместо крика из него вырывалось только хриплое дыхание, смешанное с каким-то жалким, ничтожным писком.

Девушка бежала, поминутно оглядываясь, и каждый раз всё надеялась, что чёрная фигура сзади исчезнет.