— Знаешь, меня даже восхищает твой оптимизм, — раздался со стороны двери насмешливый голос. — Ты правда думаешь, что у вас еще есть шансы отсюда выбраться?
Рэй медленно обернулся, и так уже прекрасно догадываясь, кого увидит по другую сторону решетки. Он никогда не видел Ноикса, но даже по рассказам очевидцев спутать эту тварь с кем-то другим было невозможно. Амфисбен стоял расслабленно, опираясь на свою любимую трость, и беспечно улыбался, с каким-то нездоровым умилением оглядывая клыкастых родственничков. Весь его белоснежный образ вопиюще дисгармонично смотрелся в мрачных грязных подвалах тюрьмы, и только нескрываемое торжество в золотисто-фиолетовых глазах выдавало его искреннюю радость от встречи.
— А почему бы и нет? — как можно более небрежно уточнил вампир, ощущая, как с появлением этого типа надежда на спасение устремилась к нулю. — Может, нам хотя бы расскажут, за что нас задержали? Полагаю, журналистам тоже это будет чертовски интересно.
— М-да, я надеялся, ты будешь поумнее своей сестры, — цокнул языком мужчина. — Что ж, дабы ты не питал иллюзий, объясню как можно проще. Вы задержаны не службой безопасности, а департаментом разведки. Осознаешь разницу? Судя по твоему глупо вытянувшемуся лицу, осознаешь. Эти дела рассматриваются на закрытых заседаниях, и прессе приходится довольствоваться лишь его результатами. Никаких контактов с заключенными, никаких интервью и публичных заявлений. Судьба всех участников вашего маленького заговора была решена еще в день смерти Элиес на экстренном собрании. Вы сами развязали нам руки в глазах общественности, когда попытались бежать в ответ на просьбу о сотрудничестве.
— И ты пришел, чтобы выведать у нас, куда бежали все остальные? — презрительно скривилась Кэй, с ненавистью смотря на безумного садиста. — Спешу огорчить, даже если бы хотели рассказать, то не смогли бы. Мы связаны заклинанием как раз на такой случай, так что, сколько бы ты нас ни пытал, мы ничего не скажем. После смерти одного из наших товарищей драконы приняли меры.
— Ах да, тот бравый разведчик, досадная оплошность моих коллег. Как там его… Такацуки? — Ноикс прошелся вдоль решетки, задумчиво постукивая по прутьям тростью. — Да, жаль его было. Потрясающей выдержки личность. Безо всяких заклинаний держался до последнего, даже когда я заживо, в течение нескольких часов сдирал с него кожу. Обидно, что он так быстро сорвал голос, его крики прямо музыка для моих ушей. Увы, сломать его так и не удалось, под конец он уже лишь бессвязно бредил, но так ничего и не рассказал. Кицунэ крепкие твари, так что пришлось закончить чуть раньше, чем хотелось бы. — Амфисбен притворно вздохнул и с живейшим интересом уставился на Кэй. — А что касается твоего вопроса, сладкая, то мне не нужны никакие сведения. Ваши друзья уже в ловушке, и когда я закончу с вами, то отправлюсь в Гелиостат. Я понимаю, что ты бы хотела, чтобы я присутствовал на твоей казни, но прости, дела не терпят отлагательств. Да и не люблю я смотреть на убийства, это совершенно претит моей пацифистской натуре.
— А пытки, значит, не претят? — вампирша зло сжала руки в кулаки, искренне сожалея, что не может даже пошевелиться, не то что наброситься и растерзать зашедшего в её камеру гада. — Зачем ты пришел? Поиздеваться над нами?
— Не совсем, — подошедший мужчина слегка склонил голову, окидывая её с ног до головы изучающим взглядом. — Помнишь, я сказал, что если мы еще раз встретимся, то я буду очень зол? Кажется, я соврал. Я не злюсь на тебя, мне скорее любопытно. Знаешь, у меня никогда не было родственников, я даже родителей особо не помню. Но мне жутко интересно, на что способны брат и сестра друг ради друга. Как думаешь, насколько сильно тебя любит Рэй?
— Не смей! — угрожающе зашипела Кэй, задергавшись на удерживающих её оковах и пытаясь высвободить конечности. — Только тронь его, и обещаю, до моей казни ты не доживешь!
— Пустые угрозы, дорогая, пустые угрозы. Тем более я даже не думал его трогать, иначе бы зашел в другую камеру, — покачал головой Ноикс, поморщившись и оборачиваясь к застывшему вампиру. — Ваши действия привели к мучительной смерти моей обожаемой подружки, что меня сильно расстроило, но не настолько, чтобы калечить обоих, поэтому я предлагаю тебе выбирать, кто из вас примет на себя удар. По праву старшего, так сказать. Кэй права голоса лишена, ей достанется то, что ты делать откажешься, договорились?
— Да пошел ты, — зарычал вампир, дернув прутья решетки и с бессильной яростью наблюдая, как амфисбен провернул набалдашник трости, извлекая из неё длинное узкое лезвие.
— Ты слишком категоричен, — с мягким упреком в голосе улыбнулся мужчина, упираясь кончиком лезвия в плечо девушки. — Итак, начнем. Её плечо или твое?
— Чёртов псих, чтоб ты сдох! — взвыл Рэй, беснуясь в своей камере и в отчаянии пытаясь найти хоть какой-нибудь выход. — Хочешь пытать, так пытай меня, не смей.
— Значит, её, — не дав ему договорить, спокойно констатировал Ноикс, и медленно надавил на трость. Кэй закричала, чувствуя, как острое лезвие вспарывает кожу и мышцы, доставляя дикую боль. Уперевшись оружием в стену за её спиной, мучитель так же не спеша извлек ранее скрывавшийся в трости клинок и, опустив его ниже, благожелательно поинтересовался: — Её бедро или твое?
— Стой! — окрикнул его вампир, хватая со стола один из инструментов и дрогнувшим голосом выдохнул: — Моё. Какое?
— На твой выбор, — чуть обернувшийся садист с неподдельным интересом наблюдал, как блондин в нерешительности кусает губы, пытаясь набраться решимости. — Ну же, давай быстрее. Или ты передумал?
— Нет, — шумно выдохнул Рэй, едва не заорав от пронзившей ногу боли.
Следующие несколько часов слились для ребят в бесконечную вереницу мучений. Даже феноменальная регенерация не помогала, и каждый новый порез всё медленнее затягивался, оставаясь кровоточить. Кэй доставалась меньше, но иногда брат просто не успевал отойти от предыдущей раны и дотянуться до очередного пыточного приспособления. Амфисбен искренне наслаждался видом их мучений, прекрасно чувствуя, что раны друг друга доставляют им куда большую боль, нежели собственные. Иногда он отходил на несколько минут, возвращаясь то с кружечкой чая, то с бутербродом и во время таких перерывов искренне восхищался и хвалил выдержку своих жертв. Одежда вампира была насквозь мокрой от крови, а сам он хрипло дышал, не в силах уже даже закричать, лишь наблюдая за их мучителем мутным взглядом. Подкашивающиеся ноги с трудом удерживали истерзанное тело в вертикальном положении, но падать было нельзя, ведь всё, что не сделает он, достанется сестре. А он должен её защитить во что бы то ни стало.
— Что ж, пожалуй, на сегодня хватит, — грустно вздохнул Ноикс, неохотно признавая, что такими темпами пленники либо свихнутся, либо погибнут раньше времени. — Последнее задание, и я пришлю кого-нибудь вас подлатать, а то выглядите вы уже не очень. Итак, кисть. Её или твоя?
— Что? — еле слышно выдохнул Рэй, опираясь на уже ненавистный стол и рассеянно осматривая покрытый его собственной кровью инвентарь. — Вены вскрыть? Подрезать сухожилия? Пробить ладонь?
— Нет, всего лишь отрезать, — обворожительно улыбнулся амфисбен, с удовлетворением отметив в голубых глазах впервые мелькнувший за все это время ужас. Они оба прекрасно знали одно и то же. В обычном случае отрезанную конечность вампиры могли прирастить в течение некоторого времени, но в нынешнем состоянии для обоих из них это была безвозвратная потеря.
— Рэй, не надо… Пожалуйста, не делай этого, лучше я, — обвисшая на оковах вампирша слабо дернулась, замотав головой и наблюдая, как помедливший брат берется за очередную рукоять. — Пожалуйста, Рэй. Рэй!
— Ого, я думал, в тебе больше не осталось слез. Сколько же способны выплакать девушки за такой короткий промежуток времени? — искренне подивился Ноикс, пряча клинок обратно в трость и разминая плечи. — Итак?
Вампир перевел пустой взгляд с бьющейся в оковах сестры на собственную ладонь и резко со всей силы опустил лезвие. Боли он уже не почувствовал, как и не услышал жуткого крика, заполнившего темные подвалы.
========== Часть 37. Разные приоритеты. ==========
Дракончики, прибывшие в Гелиостат через пару дней после памятного нападения на учебные заведения, выглядели жутко уставшими и измотанными. Они почти не спали и не ели всё это время, торопясь побыстрее добраться до места сбора. Несмотря на весьма относительную материальность их тел и предрасположенность к холоду, ледяной стихии, даже им было сложно по несколько часов проводить в небесной вышине, где воздух заметно холоднее. Так что близнецы, рухнувшие во внутреннем дворе резиденции градоправителя южных земель, первые минут десять просто лежали на земле обессиленными тушками, будучи совершенно не в силах сменить форму. Когда же они открыли глаза, то их уже окружило несколько слуг, созванных бдительными стражниками. Почетных гостей, прибытия которых ждали уже давно, как можно скорее сопроводили в роскошные покои, помогли им отмыться, переодеться и прийти в себя. Уже смирившиеся с ролью беглых преступников парнишки поначалу нервно вздрагивали от каждого прикосновения служанок, но постепенно расслабились и позволили им о себе позаботиться. Спустя же пару часов оголодавших, но уже вполне себе вменяемых ребят с почестями и вежливыми поклонами сопроводили в зал для трапез, где их уже заждались старые знакомые и лично хозяин дворца собственной персоной.
— С возвращением, жемчужные мои. Надеюсь, мои слуги оказали вам достойный прием? — расплылся в добродушной улыбке джинн, прикладываясь к чаше с вином и одобрительно осматривая пошатывающихся дракончиков. Хоть он и не испытывал влечения к мальчикам, ему нравилась экзотическая красота с эстетической точки зрения. А, наряженные в бирюзовые шаровары и короткие жилетики, близнецы выглядели просто восхитительно.
— Благодарим за теплый прием, уважаемый Джамалутдин-ибн-Фейсар, — протянули переглянувшиеся парнишки и синхронно склонили головы в вежливом поклоне. Малес, в большинстве своём ведущий переговоры с кандидатами на роль будущих правителей, не раз говорил им, что джинны жутко горделивые существа и даже с самыми близкими существами предпочитают общаться степенно и с максимальным достоинством, а уж панибратства они на дух не переносят. Недовольство свое, конечно, вряд ли выскажут, но зарубочку в памяти сделают и будут относиться как к животному, с которым нельзя общаться на равных.
Правитель щедрым жестом указал на пышные подушки рядом с собой, предлагая гостям располагаться рядом со старыми друзьями, которые, судя по всему, были настолько увлечены приятным времяпрепровождением, что едва удостоили прибывших ленивыми приветствиями. Это показалось дракончикам немного странным, но сил на то, чтобы удивляться, у них уже не было. Да и тем более, втянутые ими в свои опасные авантюры, студенты наверняка хотели хоть немного отдохнуть перед тем, как приступать к важным обсуждениям. Последнее время им всем крепко досталось, хотя, пожалуй, расслабляться можно было и не так откровенно. Ингольф, Рангрид, Шиба, незнакомая демонесса и даже Хлоя — все они были будто в нирване, наслаждаясь заботой и ласками. К каждому из них было приставлено по двое-трое слуг обоих полов, обеспечивающих гостей качественным массажем с применением ароматных масел, а также непрекращающимся потоком крепкого вина и свежих фруктов. Каждое их ленивое желание исполнялось быстрее, чем они успевали его озвучить. В помещение висела плотная фиолетово-желтая дымка от кальянов и ароматных курилен, обладающая одновременно сладковатым и терпким запахом, от которого у новоприбывших даже слегка закружилась голова. Привыкшие к чистому морозному воздуху, они с трудом понимали, что жители юга и востока находят в подобной атмосфере.
— Это все, кому удалось бежать? — с легким беспокойством в голосе уточнил Алек, стараясь не набрасываться на еду как дикое животное. Хотя и очень хотелось. Урчащий желудок требовал как можно скорее восполнить двое суток вынужденного голодания, но из-за ненавистного этикета приходилось отщипывать от блюд понемногу и после каждого укуса запивать еду вином, как того и требовали традиции.