И он следовал за ними...
Брюс сам готовит место под костер.
Первым делом он роет неглубокую прямоугольную траншею в земле.
По указанию Кассандры он собирает поленья и укладывает их в траншею через равные промежутки, как железнодорожные шпалы. Другие поленья он кладет поперек, а на них еще один горизонтальный слой поленьев.
Когда получается штабель длиной около четырех метров и высотой в метр, Кассандра велит забить пространство между поленьями сухим тростником.
Потом Брюс зажигает тростник от огня, на котором Кассандра готовит еду, и поджигает – вскоре поленья начинают пылать.
Глядя на пламя, Брюс и Кассандра беседуют.
– Боль – это ощущение, телесное или духовное. Одно из множества ощущений, которые способен различать твой разум. Боль – ничто. Она подвластна нашей воли.
Брюс кивает.
– Знаю. Я изучал подобные методики: контроль дыхания, гипноз...
– А как насчет духовной природы? Ее ты тоже изучал?
Брюс не отвечает.
– Внутренний мир – это то, что ты отвергаешь... – Кассандра говорит с сожалением и упреком.
Брюс пожимает плечами.
– Нет. Это то, чем я управляю.
– Вот как?
Брюс смотрит на огонь.
– Кассандра, это больно? Ходить по раскаленным углям?
– Иногда. Некоторым людям.
– А шрамы?
Кассандра серьезно смотрит на него.
– Брюс, а какая боль не оставляет шрамов?
Он хмурится.
– Боль можно преодолеть.
Кассандра качает головой.
– Преодолевать следует боязнь боли. Неужели ты не понял это за столько месяцев? Как только научишься управлять страхом, сможешь все. Даже ходить по углям.
К ночи поленья прогорели, стали пеплом и тлеющими углями.
Как было велено, Брюс сгребает угли, выкладывает из них поблескивающую горячую ленту. При этом его деревянные грабли обугливаются.
Брюс смотрит на мерцающие угли. Он ощущает их жар. И бормочет:
– Должно быть, я спятил, если отважился на это.