– Я вернул нашему другу в маске то, что принадлежит ему, и поблагодарил от твоего имени, – сообщил Гордон. – Он рассказал мне, что ты прострелил шины «хаммеров», и добавил, что без таких копов, как вы с Монтойей, Готэм ни за что не сделать мирным городом. Сказал, что я разбираюсь в людях, – он невесело усмехнулся. – Хотите, чтобы кто-нибудь развез вас по домам?
– Спасибо, мы сами, – отказался Аллен и окинул взглядом переполненную комнату. – Рано или поздно и до нас очередь дойдет.
Небо уже светлело на востоке, когда Бэтмен направил «тамблер» по узкой улочке вдоль сортировочной станции железной дороги, к тайному входу в бункер. Ударив по тормозам, он сделал поворот на 180 градусов и остановился так, что расстояние от выхлопной трубы до задней стенки гаража не превысило пятнадцати сантиметров. Наконец-то у него это получилось, тренировки и практика не прошли даром. Бэтмен отключил зажигание, нажал кнопку, открывающую люк, и выбрался из кабины.
Альфред оторвался от компьютерной консоли, с которой работал.
– Вам бы следовало действовать поосторожнее, сэр. Гордыня – верный путь к падению. Но я понимаю, что вы были заняты всю ночь, притом успешно, поэтому не могли не дать выход молодому задору.
Бэтмен улыбнулся, стаскивая капюшон и вытирая кровь, которая сочилась из глубокого пореза на щеке.
Альфред нахмурился.
– Вы ранены, сэр?
Брюс пожал плечами.
– Возможно, задело осколком... или пуля срикошетила. Это всего лишь царапина. В разгар боя я ее даже не заметил.
– Необходимо наложить швы, – решил Альфред, осмотрев порез. – Иначе останется заметный шрам, и вам придется объяснять каждому любопытному, что «Брюс Уэйн порезался, когда брился опасной бритвой».
Согласно законам Готэма, предварительное слушание по делу о тяжких преступлениях проводили в присутствии большой комиссии и не позднее чем через неделю после ареста обвиняемого.
Один за другим гангстеры из кланов Марони и Русского представали перед судом. Как всегда, доказательства предъявлял только обвинитель. Эта мера имела практическое значение, поскольку предварительное слушание для того и проводилось, чтобы убедиться, что обвиняемый действительно совершил преступления, в которых его обвиняют, и улик против него достаточно для судебного разбирательства.
Неделя выдалась напряженной для детективов Аллена и Монтойи, которые выступали в качестве свидетелей на всех досудебных слушаниях. Судмедэкспертиза представила свои доказательства. Окружной прокурор требовал передать дело в суд.
Комиссия предъявила нескольким бандитам Марони обвинение в убийствах первой степени и лишении жизни той же степени.
Однако присяжные отказались предъявить обвинения бандитам Русского, несмотря на все улики против них.
– Не может быть! – Монтойя резко встала, распрямила плечи и по проходу между столами направилась к рабочему месту Аллена, чтобы взять из коробки еще один пончик. Сидя в полицейском управлении, оба заливали гнев и досаду скверным кофе и заедали вкусными пончиками из булочной Ноченти.
Коробка была уже наполовину пуста, но легче полицейским не стало.
– О чем они думают? – возмущалась Монтойя. – Парни Марони далеко не ангелы, но рядом с бандой Русского выглядят бойскаутами. По крайней мере, гангстеры Марони целились в вооруженных противников, а Русский отправил людей в Малый Рим стрелять в мирных граждан. Но доказать это невозможно, – мрачно добавила она и с досады откусила пончик.
– Быть может, этим и объясняется вердикт, – Аллен взял из коробки пончик с кокосом и шоколадом. – Нескольким присяжным, которые высказывались за обвинения против воров, я уверен, пригрозили расправой. Присяжные перепугались и пошли на попятную. В чем их вина?
Монтойя вздохнула.
Жареное тесто и сахарная глазурь не оказали привычного антидепрессантного эффекта. Она запила выпечку черным кофе и бросила недоеденный пончик в ведро.
Аллен тоже вздохнул, но продолжал жевать.
– Мы их прищучим, – заявила Монтойя. – Главарей, и Марони, и Русского. Отныне они – наши мишени.
Оба повернулись в сторону кабинета Гордона. За матовым стеклом двери двигалась большая темная тень.
– Пожалуй, городу все-таки не обойтись без Готэмского Рыцаря, – заключил Аллен.
Лейтенант Гордон скинул со лба пряди волос и нахмурился, глядя на Бэтмена.
– Если мы не можем добиться обвинений даже для мелких сошек, против Русского мы бессильны. Кстати, и против Марони тоже.
Бэтмен скрестил руки на груди.
– На это я и не рассчитывал. Я намерен убедить гангстеров на время отказаться от насилия. А мы в это время соберем доказательства их причастности к торговле оружием и наркотиками.