Волки и вепри: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да, они теперь везде, эти «ублюдки», — спокойно заметил Лейф.

И опустил клевец.

Железный клюв пробил череп Богварда, вошёл глубоко, до самых позвонков. Рукоять торчала из макушки. Так они и упали — два бойца, два викинга. Но если Богварда мало кто оплакивал, то по сыну Лейфа Чёрного зарыдали тут же. Бобёр сидел в грязи, обнимая брата, и выл. Жутко, по-звериному. Капли дождя мешались со слезами на перекошенном лице. Кто-то из уцелевших родичей Лафи нацелился в него из лука, но Вальдер Учёный швырнул подобранное копьё. Метил в грудь, попал в бедро. Стрелок пустил стелу в небо, припал на колено и завопил.

— Хороший бросок для слепого, — отрешённо заметил Хаген.

А небо, чья чаша терпения переполнилась, вновь разорвалось громом. И гром на земле ответил ему. Хаген кричал, разрывал горло:

— Братья! Братья!! ХВАТИТ!!! Хватит крови…

— Это приказ? — обернулся Торкель. Вода и брага жизни струились по светлым волосам. Глаза, обычно синие, почернели от гнева. Был Волчонок, стал Фенрир. Зверь Часа Рагнарёк.

— Это мольба… — прошептал Хаген.

Фенрир запрокинул голову к небу и взвыл. Великий Волк желал сожрать солнце, но не стало солнце в мире, где пал твой брат. Некого резать. Некого грызть. Никто не виноват.

— Хватит, — громко повторил Хаген, закрывая глаза.

Из родичей невесты в живых остался только Товар сын Радорма, младший братишка Альвдис. Ему и двадцати не было. Хаген велел пощадить его да ещё троих из рода Лёрмунда.

— Идите отсюда и расскажите всем на Линсее, что видели и как всё вышло, — сказал Хаген. — И лучше бы вам говорить нелживо. Не хочу возвращаться сюда, чтобы…

Замолк. Не было сил угрожать и пояснять. Кровь из свежих ран бежала под одеждами.

— Всё было решено по закону, — кивнул Товар. Парнишка дрожал от холода и страха, но не было злости в его глазах. — Отец преступил закон. Пролил кровь в священном месте. Пали мои братья, пали и другие славные люди, но никто не заставит меня за них мстить. Клянусь.

Родичи жениха тоже принесли клятву. Пробубнили нехотя над осквернённым алтарём. Хаген отпустил их небрежным жестом:

— Я не намерен хоронить ваших мертвецов. Приводите подмогу назавтра. Мы тут пока приберёмся. Кьяртан! Кьяртан, поди сюда…

Бобёр наконец-то отпустил тело брата, подошёл. Руки и ноги плохо слушались, но жизнь продолжалась. И её следовало как-то жить.

— Что он сказал перед смертью? — прошептал Хаген.

— Что-то про ублюдков, — буркнул Кьяртан.

— Это я слышал, — устало отмахнулся Хаген. — Что ещё?

— Сказал: «жалко, на могилу матери не сходил». Я спросил его: «Герде что-то передать?». Он головой покачал…

— Что за Герда?

— Его любимая.

— Никогда он не поминал её, — тяжко вздохнул Хаген. — Что-нибудь ещё?

— Отца поминал… — проронил Кьяртан.

— Добро, — печально улыбнулся Хаген. — Учтём это.

Кьяртан вздрогнул. Что бы сие значило — «учтём»?

— Он не сказал, как его схоронить? — уточнил Хаген.

— Не сказал, — покачал головой Кьяртан. — Думаю, в кургане ему будет хорошо.

— Сожжём его, — возразил Торкель. — Помнишь, он в Гримсале обмолвился, что, мол, это плохой обычай — класть людей в землю?