Волки и вепри: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вы не люди, — буркнул Сельмунд, — вы — волки. Без ножа режете…

Поселили викингов по воле королевы в замке. Точнее, в хольде у восточной стены, куда со двора вёл крытый переход. Из хольда можно было выйти прямо в город. Сельмунд предупредил стражу, чтобы их пропускали в любое время.

— Сдаётся мне, — заметил Торкель, — этот сын Сигмунда не всё нам поведал.

— Это ясно, — отмахнулся Хаген, — вопрос в том, о чём он умолчал — и почему. Меня, впрочем, больше беспокоит Её Величество Хейдис.

— А меня-то как беспокоит! — вздохнул Торкель. — До утра стоять будет…

— Хравен, отрежь ему член, — устало бросил Хродгар.

— И скорми козлам, — ехидно добавил Хаген.

— Здесь нет козлов, Полумуж, — рассмеялся Торкель, — разве что кроме тебя. МЕКЕКЕ!

Куда бы направиться в первую очередь, чтобы разузнать, о чём говорят в городе? Правильно, на рынок. Рынков в Гримсале было целых два: на речной пристани и на главной площади. Друзья разделились и пошли расспрашивать жителей города, а Хравен отправился на Хаугенфельд — побеседовать с обитателями курганов. Солнце клонилось к закату, народ начал расходиться по корчмам. Пришлось и братьям-викингам наведаться в пару-тройку пивных.

И Хаген снова нашёл себе славное приключение.

— Ну, старик? — донеслось от стола в углу. — Платить-то будешь? Задолжал твой ублюдок.

Хаген обернулся. Единственный из всех посетителей. Люди нет-нет да и потянулись к выходу, а другие опускали глаза. Отворачивались. Хаген поискал взглядом Торкеля: тот отошёл на задний двор отлить. Сукин сын Варф сидел под стойкой, высунув язык и скалясь: не любил хмельного духу, как и всякий пёс. Корчмарь тронул Хагена за плечо:

— Слушай, парень, ты или иди отсюда, или хоть не лезь. Мне тут не нужны лужи крови.

— Как говорит мой мудрый хёвдинг, — каменным голосом ответил Хаген, — вот уж хрен.

И прислушался.

— Ну так чего? Сто марок и три эйрира. Долг в кости — святое дело, старик.

Говоривший сидел в углу и его было плохо видно. За столом, уставленным кружками да мисками, собрались трое его дружков — народец вроде тех, что встретились Хагену у рынка. Все — при скрамасаксах, у одного — малый боевой топор. Между ними сидел, уткнувшись лицом в миску и блаженно похрапывая, пьяный парень, ровесник Хагена. Ещё одним был упомянутый старик. Одежда на нём могла бы поспорить возрастом с ним самим, но казалась чистой. В свете очага тускло блестела лысина — поляна в кругу седой стерни. Белая борода падала на грудь. Это был крепкий, но невысокий человек с коротким носом и усталыми, подслеповатыми глазами. На руках его Хаген заметил въевшиеся следы от чернил.

— Сто марок? — растерянно прокряхтел старик. — Помилуйте, да откуда бы. Разве по мне скажешь, что я имею достатка на сто марок?

— Однако твой Грис основательно насвинячил, — возразил главарь. — Я бы, пожалуй, взял его в уплату долга в рабы, но такие недоумки мне ни к чему. Ты тоже староват, чтобы быть рабом. Я взял бы твои книги, но мне трудно будет их продать. Ищи, где хочешь. Или мне перерезать глотку этому славному поросёнку[9]? Что скажешь, учёный старик?

И тут уж Хаген не выдержал:

— Эй, говноеды! Оставьте деда в покое. Держите три эйрира.

И бросил горсть медных монет в бородатые лица.

— Да ты… — главарь в углу подавился яростью, так стремительно всё случилось. Сидевший слева от пьяного Гриса потянулся к поясу. Хаген пригвоздил его руку к столу крюком от топора, выдернул из-под него стул. Сидевший справа оттолкнул беспамятного пьянчугу, занёс топорик — и получил стулом прямо в лоб. Стул разлетелся, но и разбойнику здоровья не прибавилось. Третий вскочил, бросился на подмогу — и взвыл: умница Варф ткнулся зубами ему в промежность и крепко сжал челюсти. Хаген поднял неудачливого игрока, а через весь зал уже мчался Торкель, выхватывая на бегу меч. Он не знал, что случилось и кто заварил кровавое пиво. Он знал одно: на его друга подняли оружие. И да будет отсечена та рука!

В назидание.

Корчмарь открыл было рот, но Хаген злобно и коротко бросил через плечо:

— Ни слова.

Потом обратился к старику:

— Пойдём отсюда, учёный муж. Помоги мне нести своё несчастное отродье.

— Ещё свидимся! — донеслось из угла.

— Свистни в буй, — посоветовал Торкель.

[9] Игра слов: исл. gríss и шведско-датское gris означает «поросёнок».