125 РГИА. Ф. 560. Оп. 22. Д. 18б. Л. 56–56 об.; Д. 1. Л. 246–246 об.; ПСЗ-1. Т. 40. №30331. С. 211–213; ПСЗ-2. Т. 1. №358. С. 482–486; Т. 2. №813. С. 15–16; №1093. С. 430–431; Biały Z. Ekonomiczna i kulturowa rola targów i jarmarków w Małopolsce południowej w XIX i XX wieku // Etnografi a Polska. Wrocław, Warszawa, Kraków, 1968. T. 12. S. 34.
126 РГИА. Ф. 1409. Оп. 1. Д. 1313. Л. 1–132.
127 Зябловский Е. Ф. Землеописание Российской империи, Царства Польского и Великого Княжества Финляндского, для употребления в губернских гимназиях. СПб., 1822. С. 531–555; Maleczyński K. Najstarsze targi w Polsce i stosunek ich do miast przed kolonizacją na prawie niemieckim / Studia nad historią prawa polskiego wydawane pod redakcją Oswalda Balzera. Lwów, 1926. Tom 10. Zeszyt 1. S. 191–195.
128 Biały Z. Op. cit. S. 34–35; Jezierski A. Op. cit. S. 27; Jezierski A., Leszczyńska C. Historia gospodarcza Polski. Warszawa, 1998. S. 129; Strzeszewski Cz. Op. cit. S. 45.
129 Туманова А. С. Общественность и формы ее самоорганизации в имперской России конца XVIII – начала XX века // Отечественная история. М., 2007. № 6. С. 50–51; Нисселович Л. Н. Указ. соч. С. 46.
130 Dz. Pr. T. 4. S. 114–158; Воблый К. Г. Очерки… С. 199–201; Wóycicki A. Op. cit. S. 81–82.
131 Dz. Pr. T. 4. S. 159–177. Гильдии были введены в 1858 г. (Рейнке Н. М. Указ. соч. С. 35–36).
132 Dz. Pr. T. 3. S. 136–143; Obraz Królestwa Polskiego… S. 62; Воблый К. Г. Очерки… С. 203–207; Янжул И. И. Указ. соч. С. 16; Rynkowska A. Op. cit. S. 12.
133 ПСЗ-1. Т. 29. №22208. С. 482–484; Нисселович Л. Н. Указ. соч. С. 47–48.
134 ПСЗ-2. Т. 3. №2146. С. 683–686; Министерство финансов… С. 340; Киняпина Н. С. Указ. соч. С. 231–239, 245–246; Исторический очерк развития торговых учреждений в России. СПб., 1911. С. 57.
135 ПСЗ-2. T. 4. №3250. С. 736–738; Министерство финансов… С. 340; Исторический очерк развития… С. 57–58. См. также: Лурье Е. С. Организация и организации торгово-промышленных интересов в России. СПб., 1913.
136 Туманова А. С. Указ. соч. С. 52; Гросул В. Я. Русское общество XVII–XIX веков. Традиции и новации. М., 2003. С. 496.
137 Нисселович Л. Н. Указ. соч. С. 40–46; Киняпина Н. С. Указ. соч. С. 330–375. См. также: Калинина Н. Н., Тебиев Б. К. Люди дела: Очерки истории подготовки предпринимательских кадров в России XVIII – начала XX века. М., 1999; Лоранский А. М. Исторический очерк Горного института. СПб., 1873.
138 Милютин Н. А. Исследования в Царстве Польском, по высочайшему повелению произведенные под руководством сенатора, статс-секретаря Милютина. СПб., 1864. Т. 4. Материалы по делам Царства Польского. Тетрадь 1. С. 1–25; Сборник административных постановлений Царства Польского. Ведомство просвещения. Т. 1. Варшава, 1866. С. 1–125; Т. 2. Варшава, 1867. С. 246–531; Т. 3. Варшава, 1868; С. 14–109, Т. 5. Варшава, 1868; С. 2–4; Труды Варшавского статистического комитета. Варшава, 1907. Вып. 28. С. 13–14; Obraz Królestwa Polskiego… S. 33.
139 Dz. Pr. T. 2. S. 126–128; T. 3. S. 188–215; T. 4. S. 121–122; Сборник административных постановлений Царства Польского. Ведомство просвещения. Т. 1. С. 512–531; Т. 5. С. 8–11; Т. 6. Варшава, 1868. С. 80–162; Obraz Królestwa Polskiego… S. 34–36, 104–105; Завелейский М. Д. Указ. соч. С. 78–87; Wóycicki A. Op. cit. S. 83.
140 Национальные окраины Российской империи: становление и развитие системы управления. М., 1997. С. 383–384; Чернуха В. Г. Проблемы изучения империи и имперская функция паспорта // Исторические записки. М., 2003. №6 (124). С. 134; Россия в XVII – начале XX в.: региональные аспекты модернизации. Екатеринбург, 2006. С. 85–86.
141 Мартенс Ф. Ф. Указ. соч. СПб., 1876. Т. 3. С. 346; ВПР. Серия 1. Т. 7. Док. 40; 138; 242–243. С. 98–103, 335–340, 617–621. Аннотация. С. 11. Прим. 2, 3. С. 699–704; Т. 8. Док. 68. С. 157–165.
142 Трепавлов В. В. Особенности и закономерности «национальной политики» в России XVI–XIX вв. // История и историки. 2005. М., 2006. С. 172–173; Чернуха В. Г. Указ. соч. С. 137; Дякин В. С. Национальный вопрос во внутренней политике царизма (XIX в.) // Вопросы истории. М., 1995. №9. С. 133.
143 Скальковский К. А., Краевский Д. М. Указ. соч. С. 36.
144 Киняпина Н. С. Указ. соч. С. 94–95.
145 Воблый К. Г. Очерки… С. 218.
146 Янжул И. И. Указ. соч. С. 10.
147 Люксембург Р. Указ. соч. С. 4–7.
148 Ремнев А. В., Савельев П. И. Актуальные проблемы изучения региональных процессов в имперской России (вместо введения) // Имперский строй России в региональном измерении (XIX – начало XX века). М., 1997. С. 7.
Глава 4.
Государственный строй и политическое устройство Королевства Польского
1. Политика Реставрации и определение принципов государственного устройства Королевства Польского
По завершении наполеоновских войн становление государственного устройства и политической системы Королевства Польского происходило в условиях исключительного воздействия внешних сил, представленных великими державами, а также большого идейного влияния распространившихся в Европе политических и государственно-правовых теорий периода Реставрации. Спустя шесть дней после того, как 31 марта 1814 г. русские и прусские войска вступили в Париж, Наполеон отрекся от престола, а на следующий день, 6 апреля, французский сенат провозгласил королем вернувшегося из Англии брата казненного республиканцами короля. Новый монарх вступил на престол под именем Людовика XVIII. 4 июня он издал Конституционную хартию, которую предварительно собственноручно отредактировал. Одним из ее идейных вдохновителей был Ш. М. Талейран. Хартия порывала с республиканским принципом суверенитета народа и провозглашала восстановление законности и абсолютной королевской власти, то есть политической системы старого порядка (ancien regime).
Установленная во Франции после возвращения на престол династии Бурбонов политическая система получила название «Реставрации». Термин этот был введен в оборот бернским профессором К. Л. Галлером в сочинении «Реставрация науки о государстве» («Restauration der Staatswissenschaft»). Согласно воззрениям Галлера, власть монарха могла быть ограничена только категориями морали и теми правами, которые самодержец сам соизволил даровать подданным, а юридический статус и отношение последних к монарху определялись бы исходя из сословной организации общества. Основанный на абсолютной власти монархический принцип провозглашался Галлером единственным источникам права и законности, а сформированная на этой основе правовая система объявлялась универсальной и незыблемой. Принципы реставрации и легитимизма были положены в основу так называемого неоабсолютизма.
После низложения Наполеона принципы Реставрации были применены великими державами как для определения политического устройства отдельных государств, так и для восстановления системы международного права и международных отношений в Европе в целом. Эту задачу должен был разрешить собравшийся в австрийской столице Венский конгресс. Формально постановления конгресса принимались 8 странами, подписавшими Парижский мирный трактат: Австрией, Англией, Испанией, Португалией, Пруссией, Россией, Францией и Швецией, образовавшими на конгрессе Комитет 8-ми. Остальные же делегации получили лишь право делать им представления. Однако в действительности судьбами Европы вершили пять великих держав.
В ходе Венского конгресса участвовавшие в нем страны разделились по отношению к обсуждавшимся вопросам условно на три группы: победители, побежденные и сторонники так называемого равновесия. Первое место среди победителей Наполеона занимали Россия и Пруссия, рассчитывавшие на львиную долю добычи. Берлин еще в начале 1813 г. безоговорочно примкнул к Петербургу, всеми силами выступив против Франции, и ожидал удовлетворения своих претензий только в расчете на благосклонность России. Главным предметом прусских домогательств была Саксония, присоединение которой к владениям Гогенцоллернов давало бы Пруссии решающий перевес в Германии и открывало путь к объединению страны под властью прусской короны. Объектом русских притязаний были в первую очередь польские земли.