— А как же я?
— А ты, Аурелия, останешься полновластной хозяйкой замка в моё отсутствие, — ответил за всех Дамир. — Ты едва оправилась после потери ребёнка и не сможешь долго находиться в седле, — постарался смягчить свой отказ он.
— Великие духи, девочка моя, мне так жаль, — прошептала Малика, сжав в объятиях дочь.
— Согласен с Дамиром. Задерживаться нам в дороге никак нельзя. Время дорого, — поддержал брата Тарик.
Над головами собравшихся пролетел ворон и опустился на плечо Тарика.
— О, Кром! С чем пожаловал?
Ворон поднял крыло, их которого выпало на руку лёгкое пёрышко, превратившись в письмо. Пробежав по строкам глазами, Тарик смял его и подкинул вверх. Письмо тут же сгорело в воздухе, опустившись к ногам пеплом.
— Это действительно Ахерон. Мегара распознала остатки магического следа. Древняя магия тёмных фейри. Значит, у них сейчас и камень разума, и Арлетта.
— Только этого ещё недоставало, — покачал головой Доминик. — Связь между этими двумя событиями очевидна. Знать бы ещё, какая?
— А между тем нам нужно как можно скорее отправляться в дорогу. И чтобы сократить путь, ехать нужно через Ущелье Теней, а для этого необходимо пересечь волшебный лес Агератум.
— Это же голубой лес! — Воскликнул Дамир. — Запретная территория. Лес принадлежит Дому Розы ветров. Вольная стража не пропустит. С этими эльфарами шутки плохи.
— У нас нет другого выхода, — резко ответил Тарик. — Кто знает, что там задумал Дракс. Загнанные в угол чёрные маги, ведьмы, тельхины, тёмные фейри становятся во много раз злей и опасней. А их избранный драконоподобный повелитель, лишённый Советом магии, ещё тот фрукт. Этот шимори сильная тварь, хоть и с вырванным жалом. И под его началом другие шимори, грезящие о войнах и рабах.
— Ну, вот, всё ясно. Едем утром через лес Агератум, — подвёл итог Доминик.
— Я переночую сегодня с Аурелией, — сказала Малика, посылая дочери мягкую улыбку. — Нам есть, о чём поговорить. Ты уж прости, Дамир, но я знаю, что так будет правильно.
Дамир пожал плечами и не стал спорить. Мать и дочь не виделись много лет. А у него вся жизнь впереди. О возможной смерти в Ахероне он думать отказывался.
Мужчины, проводив дам глазами, прошли в главный зал и сели за стол. Говорить не хотелось, а потому они молча потягивали вино и поедали холодные закуски, что подавали на стол расторопные слуги.
Утром, чуть забрезжил свет, кавалькада всадников выехала за ворота Замка Данорад и, как ветер, устремилась на запад. Чуть впереди всех, морда к морде, шли два коня. Доминик не хотел ни пяди уступить Тарику. Но того волновала только неизвестность, что ждала на земле эльфаров. К полудню всадники увидели голубой лес во всей красе. Нет, многовековые деревья как раз были самые обычные, покрытые зелёной листвой, а вот земля под ними была сплошь усыпана мелкими синими цветами. Казалось, что в воздухе висит голубая дымка, придавая загадочность древним, покорёженным от времени исполинам. Едва кавалькада подъехала к кромке леса, как деревья зашелестели, словно шёпот прошёл высоко в кронах. Лошади пряли ушами и нерешительно переступали с ноги на ногу, не желая двигаться вперёд.
— Магия, — тихо сказал Вестар. — Животные далее не пойдут. Остаётся ждать хозяев леса.
Прошло совсем немного времени, и Тень, присоединившаяся к спешившимся всадникам после удачной охоты, насторожилась. Она вся подобралась, как натянутая до предела тетива лука, и впилась глазами в непролазную стену деревьев. Потом прижала уши к голове, оскалила пасть и утробно зарычала. Успокоившиеся было лошади тоже заволновались.
— Что такое? — спросил Тарик. — Я ничего не вижу.
— И, тем не менее, мы уже не одни. За нами наблюдают, — ответил вполголоса Вестар.
Словно в подтверждение его слов из-за деревьев показалась лесная стража эльфаров и застыла в ожидании.
— Мы пришли с миром и открытым сердцем, — громко крикнул Доминик. — Нам не нужны богатства леса, а только возможность проехать по лесной дороге. Мы держим путь к Ущелью Теней. И промедление смерти подобно. Проводите нас к своему луэ⁵, и мы всё обсудим.
— Ну, зачем же куда-то идти? Вот он я, — раздался звучный насмешливый голос.
Из тени огромного раскидистого дуба вышел светловолосый эльфар.
— А вот это очень плохо, — прошептал Вестар из-под капюшона дорожного плаща, поглаживая кошку по вздыбленной шерсти.
Однако его слова были услышаны. Все всматривались в двигающегося к ним навстречу с невероятной грацией, удивительной для столь высокой фигуры, эльфара. Если мужчины смотрели на хозяина лесов со спокойным интересом, то Малика была поражена до глубины души. В своей жизни она не раз встречала красивых людей, но чтобы настолько… Из рассказов гостей замка Велор она знала, что эльфары нелюдимы, и об их красоте и умении в совершенстве владеть многими видами оружия ходили легенды. И теперь она воочию могла убедиться, что слагаемые истории не всегда лгут, ибо этот мужчина был прекрасен.
«Наверное, так должны выглядеть земные ангелы, — подумала она, — если бы не ледяной взгляд ярко-голубых глаз и холодное отстранённое выражение красивого лица».
Луэ эльфаров обладал белыми, точно снег, волосами, заплетёнными в сложную косу, которая заканчивалась креплением из острых лезвий. Люб венчал обруч с синим камнем, переливающимся всеми гранями на солнце. Одет он был в светло-голубые сложные одежды, расшитые серебром, на ногах облегающие штаны и высокие сапоги из светлой замши. Нагрудник из непробиваемой чешуи кракона и такие же сверкающие наплечники. На поясе красовался меч, а рядом в искусных ножнах покоился кинжал.
— Вооружён и опасен, — заметил, как бы невзначай, Тарик.