— А я смотрю, ты тут быстро утешился, — цинично сказала женщина и усмехнулась. Потом обошла Андрея и, делая вид, что Арины тут нет, придвинула свободный стул от соседнего столика и уселась, закинув ногу на ногу.
Полюбоваться там было на что — ноги длинные, стройные, сама дама фигуристая, с пышной грудью. Почти как та, в кабинете Саши, с каким-то странным чувством подумала Арина. Сначала захотелось заявить на Филатова свои права — ведь она действительно приревновала, и было обидно, что эта женщина сидит здесь и пялится на Андрея… Но потом Арина решила, что не имеет никакого права ревновать. Мало ли, что это за женщина, а она все же замужем. Пусть и не слишком счастливо.
— Не буду вам мешать, — с каменным лицом сказала Арина, поднимаясь, но Андрей через стол схватил ее за руку.
— Погоди, я сразу хочу все объяснить, чтобы снова не было каких-то недоразумений, еще придумаешь того, чего нет, — жестко сказал он, удерживая Арину.
— Ну, хорошо, — неожиданно для самой себя сказал она, садясь. — Объясняй.
Ей стало приятно, что Андрей так повел себя, а то, что блондинку после этой его фразы перекосило, будто она лимон откусила, и вовсе бальзам на сердце. Даже вернулось желание показать, что этот мужчина — ее, Арины, пусть это и не совсем так.
— И что же ты собираешься объяснять своей девке? — продолжала усмехаться блондинка. — Что жена приехала?
Жена? Арина с огромным усилием удержала на лице маску равнодушия, хотя хотелось кричать от ярости. Какая еще жена? Он же говорил, что развелся?.. Если в этом врал, то и остальное… тоже вранье?
Молчание затянулось неприлично долго, а потом Андрей проговорил:
— Бывшая. Арина, позволь представить, Светлана, моя бывшая жена. Которая все еще не может смириться с этим фактом. А если ты, — он чуть наклонился в сторону блондинки и холодно посмотрел на нее, — еще раз посмеешь оскорбить Арину, то очень сильно пожалеешь. Я даже не посмотрю, что ты женщина.
— Новая любовь? — вскинула брови Светлана, скривившись. — Ой, Филатов, кому ты заливаешь. У тебя прежде ни одни отношения дольше трех месяцев не длились. Наш брак рекорды побил — целых полгода! Дорогуша, если ты думаешь, что этот бабник способен на что-то большее, чем конфетно-букетный период, то вот тебе неудобная правда — он бросил меня беременной ради очередной юбки!
Арина замерла, посмотрела на Андрея, лицо которого вытянулось от удивления — про ребенка он явно слышал впервые — и встала.
— Вы тут… сами разбирайтесь, — сказала она.
И в этот раз Филатов не стал ее удерживать.
На пляже было шумно и лучшие места уже заняли — оставались шезлонги на солнцепеке, но Арине нельзя было в самое пекло находиться на открытой местности без зонтика, не хватало потом мучиться от ожогов или аллергии. Несмотря на нежную кожу, девушка все равно любила лето и море, благо сейчас было много хороших кремов и лекарств. Но даже с защитными лосьонами лучше было поберечься — впереди еще весь отдых, провести его в номере, мучаясь от крапивницы или волдырей, не хотелось.
Быстро окунувшись, Арина решила пройтись по берегу, чтобы отыскать себе место под каким-нибудь камнем или небольшим скалистым уступом и не заметила, как ноги сами привели ее к той самой бухточке, где она вчера сгорала от желания в объятиях Андрея. На песке лежала пачка сигарет — видимо, выпала из кармана брюк Филатова, когда он раздевался, чтобы искупаться. Вспомнив, как они целовались на этом самом месте, и как бесстыдно она раскрывалась ему навстречу, отвечая на ласки и поцелуи, Арина ощутила, что краснеет. Сначала решила уйти, но потом все же бросила свои вещи под большим камнем, дающим длинную густую тень, и вошла в прибой, с наслаждением ощущая, как волны хлещут по ногам. Они были не слишком высокими, и до камней не доставали.
Арина любила море. С самого детства, еще не видя его, не зная, она любила саму мечту о бескрайней голубой бездне, сливающейся на горизонте с небом. Она с восторгом смотрела на картины Айвазовского и читала о морских приключениях капитана Блада, и когда уже подростком впервые попала в «Артек», то поняла, что нет ничего лучше, чем этот край. С тех пор Арина бывала во многих местах, в разных круизах, в свадебное путешествие муж даже купил путевку на лайнер по Средиземному морю, но ничто не вызывало в Арине такой бури эмоций, как Крым. Белоснежные дворцы, скалистые утесы, виноградники и высокие горы… край магнолий и пальм, степей и старинных крепостей, край загадочных пещерных городов манил и очаровывал. Стало жаль, что на Чуфут-Кале, заброшенный город караимов, ей так и не удалось попасть.
Но у нее есть еще целых десять дней! И она обязательно поедет в Судак — старинную крепость над морем, и обязательно побродит по старинным узким улочкам Евпатории, и прогуляется по Никитскому ботаническому, и отправится к Ласточкину гнезду. Хотелось везде и всюду!
А еще вдруг остро захотелось, чтобы с ней в этих поездках был Андрей. И от этой мысли настроение резко испортилось, а день перестал быть солнечным. Словно тучи зашли.
В отеле Арину уже ждал Филатов. Она попыталась пройти мимо, проскользнуть между ним и пальмой, но мужчина не дал. Он заступил ей дорогу, сложив руки на груди. Мощной, мускулистой. Верхние пуговички его легкой летней рубашки были расстегнуты, загорелая кожа констатировала с белой тканью, и Арина невольно засмотрелась на Андрея. Сердце привычно забилось сильнее, а горло перехватило.
— Это не мой ребенок, — мрачно сказал Филатов, сверля Арину взглядом.
— А почему я должна тебе верить? — взвилась девушка. — Я еще не решила, поверить ли в то, что ты тогда мне не изменял! И тут появляется твоя бывшая с… с такими новостями!
— Повторяю — Светка просто хочет вернуть мои деньги. Не меня. Я ей на фиг не нужен, она гуляла и будет гулять, на всех мужиков вешается.
— И что ж ты женился на такой? — скептично протянула Арина, тоже защитным жестом скрестив руки на груди, потому что показалось, что Андрей слишком пристально смотрит в вырез ее пляжного платья, и от этого сердце забилось еще сильнее, а низ живота скрутило. Дыхание участилось и, кажется, даже глаза заблестели.
И Андрей это понял. Усмехнулся. Схватив Арину за локоть, потащил в укромный уголок за пальмами, чтобы их не было видно с террасы и коридора отеля.
— Дурак был, — ответил он, упираясь в стену ладонями так, чтобы Арина оказалась зажата между ним и стеной. — Но не слишком расстроился, не она первая…
— Не она последняя? — ехидно закончила Арина, вскинув подбородок, чтобы показать — она не боится этого мужчины.
— Я знаю, кто бы мог ею стать. Ты стала той недостижимой мечтой, за которой я мчался все эти годы, которую искал в других женщинах, — страстно зашептал он, склоняясь к ее шее и между словами покрывая ее быстрыми, едва ощутимыми поцелуями, от которых Арина начала дрожать, как в лихорадке. Поцелуи спустились ниже, к острой ключице, а одна рука мужчины скользнула к груди, погладив ее сквозь тонкую ткань платья. Большим пальцем Андрей отодвинул край выреза, высвободил грудь девушки из чашечки купальника и с довольным рыком впился в мгновенно затвердевшее навершие губами.
— Нет, не нужно, — прошептала Арина, запуская при этом пальцы в его густые волосы, которые слегка вились, и прижала голову Андрея к своей груди, словно ей мало было этой ласки. — Не нужно…
— Я тебя больше не отпущу, — он резко отстранился, приведя в порядок ее одежду — совсем рядом послышались чьи-то голоса, а пальмы были не так густы, чтобы совсем невозможно было разглядеть обнимающуюся за ними парочку. — Ты поняла? Я слишком долго тебя искал.