Ирландские сказки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Районак оказалась в центре всеобщего внимания, и каждый хотел сделать для девочки что-то приятное. Один моряк отдал ей свой кафтан, чтобы она не застудилась, а другой выпросил у кока кусок карамели, чтобы угостить ее. Районак же чувствовала себя счастливой, как никогда. В лицо ей бил свежий и прохладный ветер, она чувствовала соленые брызги на своем лице и могла, свесив руку, коснуться ладонью бегущих волн.

— Что, хорошо в море? — спросил ее стоящий рядом Брандан.

— Хорошо, словно у себя дома, — неожиданно серьезно ответила Районак. — И спокойно, как на коленях матери…

Она не успела договорить: сильный порыв ветра качнул судно, и вдруг Районак упала за борт. Брандан едва успел протянуть к ней руки, но только пальцы его сжались на том самом кафтане, а вот самой Районак и видно не было, так, одни круги на воде. Тогда Брандан страшно закричал, и на палубу тотчас выбежала вся команда, а капитан уже стянул с себя рубашку, как вдруг судно замерло.

Вода стала неподвижна, и не было ни ветерка, ни шелеста волн — все стихло, и тишина эта была неживая, пугающая. Кто-то из моряков потянулся к крестику на шее, но капитан вдруг тихо приказал:

— Не вздумай. Спугнешь.

А Районак, между тем, с головой ушла под воду, но страха она не чувствовала. Она все видела ясно, будто глядела сквозь горный хрусталь. Видела она и серебристые пузырьки, подымающиеся на поверхность, и стайки рыб, которые огибали ее, и темные водоросли, которые плавно и медленно колыхались на дне. А потом она стала на самое дно, и от ног ее взметнулся вверх песок, но вот чудо — Районак дышала полной грудью, даже не думала задыхаться и уж тем более не чувствовала холода!

И уж конечно, страшно ей не было. Совсем наоборот — ей показалось, что она наконец очутилась дома, после долгих странствий.

И Районак побрела по морскому дну, сама не зная куда, а вели ее собственные ноги и сердце. И так она шла, покуда перед ней не выросла каменная арка, а за ней — за этой самой аркой, был настоящий город, в котором плавали русалки.

Все они были заняты делом — играли на инструменте, украшали свое жилище, плели жемчужные нити. Вдруг одна из русалок, с пепельными волосами и темно-зеленым хвостом, густо оплетенным тиной и перламутром, подплыла прямо к арке, поднесла руки к лицу и певуче пропела:

— Маленькая королева вернулась домой!

Тотчас все жители морского города побросали свои дела и подплыли к арке, а Районак все стояла перед ней, не решаясь идти дальше.

— Ну что же ты, дитя, — ласково пропела русалка, протягивая ей руки, — проходи скорее, потому что мы ждали тебя долгих девять лет.

Районак, колеблясь, уже собралась делать шаг вперед, но вдруг неведомое чувство захватило ее, и она обернулась.

Прямо позади нее стоял ее отец, это она знала наверняка. Бледный, со спутанной бородой, в изорванной рубахе, но это был он, в этом Районак не сомневалась. Он, прихрамывая, подошел к ней, а русалки между тем зашипели и отпрянули от арки.

— Милая, милая Районак, — ее отец протянул ей руки, — прости за то, что я оставил вас. Но неужели и ты хочешь оставить свою мать, своего брата и сестру и остаться на дне морском? Я не выбирал такую судьбу, но ты вольна выбирать. Подумай, милая, подумай хорошенько, потому что дороги назад нет.

— Но папа, — у Районак по лицу потекли слезы, но она не замечала этого, потому что они смешивались с соленой морской водой, — почему та русалка назвала меня маленькой королевой? Где мой истинный дом?

— Истинный дом там, где сердце, — ответил ей отец, — но это правда, ты потеряла дорогу домой еще младенцем, но мы вырастили тебя и полюбили, как собственное дитя. Ты вольна остаться здесь, среди своих морских сестер, но подумай о тех, кто ждет тебя там, на земле.

При этих его словах русалки снова зашипели, а Районак стояла, остолбенев. Море, которое ее так манило, оказалось ей родным домом, и вот она здесь, на дне морском — но почему же так болит в груди?

— Папа! — вдруг закричала Районак, кидаясь к отцу, — папа, верни меня домой!

И тотчас, словно он и ждал этих слов, отец сорвал с шеи свой прогнивший, но чудом уцелевший крестик и надел его на дочь, и тут же ее подбросило вверх и дальше, дальше от дна, дальше от морских дев, которые страшно кричали ей вслед.

И выбросило ее прямо на борт судна, которое страшно качнулось, но устояло, обдав всех на палубе волной брызг. И капитан тут же кинулся к девочке, которая, страшно рыдая, вцепилась в почерневший кусок деревяшки на черном шнурке, а по морю вновь побежали волны, и в паруса задул ветер.

Сразу же после возвращения Районак со дна морского капитан велел поворачивать к берегу, и судно помчалось назад в порт. А там уже металась вдоль судов госпожа Мур, которая, едва увидев дочь на палубе, чуть не кинулась в воду и обняла Районак так крепко, что девочке перехватило дыхание. А потом Районак вцепилась в шею матери, все повторяя «матушка, милая моя матушка», покуда женщина вытирала слезы и все целовала свою дочь.

А уже дома, выпив горячего молока и лежа в постели, Районак вдруг схватила руку матери и сказала:

— Матушка, отец по нам очень скучает.

Госпожа Мур хотела было спросить, но осеклась — по глазам дочери все поняла. Только вздохнула да поцеловала ее на ночь, но с тех пор жизнь в семье Мур стала куда спокойнее, потому что Районак вернулась домой.

Старуха и ее огород

В Ирландии все люди славные, это факт. Да вот бывают въедливые старушки, которым сам черт не брат, потому что с такой старушкой любой побоится брататься. Они будут тыкать в тебя своей клюкой, шамкать что-то сквозь зубы и зыркать на тебя своими огромными глазами.

Старушка Макгомери относилась как раз к такой категории. Старая карга была проклятием всей деревушки, и ее дом обходили стороной. И немудрено: иной раз она выливала прямо вам под ноги помои или просто ушат, полный горячей воды. Все жители деревни обычно говорили о ней «старая дьяволица», а некоторые так и вовсе крестились или плевали себе под ноги, когда видели ее, бредущей по тропе.

Однажды какой-то путешественник, чьего имени мы не знаем, забрел в ту самую деревушку и очутился прямо у порога дьяволицы Макгомери. Он-то, конечно, не знал, куда привела его судьба, а потому, ни о чем не подозревая, он от души постучал кулаком в дверь.