– Да тошнит от правильности твоей! Хочу большего. Широких полномочий. И я все это получу, потому что президент поддерживает. Хватит, мне некогда тут с тобой…
Речь свою комендант закончить не успел, потому что Ковальчук молниеносно, в два прыжка, уже оказался рядом с ним. Перемахнув через стол, отбил дернувшуюся к пистолету руку Смагина. И в то же мгновение воткнул ему в шею свой охотничий нож. Вскрикнуть комендант не успел, потому что начстанции придавил его, зажав левой рукой рот, правой проворачивая лезвие.
– Хватит, Степаныч, пока ты мне на станции дров не наломал, – глядя в глаза жертве, проговорил Ковальчук. – Извини, нехорошо получилось, но выбора нет. С изменниками нельзя иначе…
Полковник Смагин умирал медленно. Будучи физически крепким человеком он попытался сбросить Ковальчука, но после поворота ножа в шее в горло плеснула горячая кровь. Захлебываясь ею, глядя в глаза ненавистному ему человеку, он дернулся и затих через несколько секунд.
Владимир Михайлович слез с коменданта, закрыл изнутри кабинет и поднял трубку телефона с надписью: «ОД». На другом конце провода раздался грубый голос:
– Оперативный дежурный Басов! Слушаю вас, товарищ полковник.
– Это начальник станции Ковальчук. Полковник Смагин убит за измену Республике, а внутренние войска пытаются уничтожить оперативные группы и руководство станций. Я сам заблокирован в комендантской. Приказываю немедленно собрать все четыре оперативные группы, находящиеся на станции, и обезоружить внутренние войска.
– Владимир Михайлович, вы-то не ранены? Мы скоро подойдем к вам.
– Миша, только постарайтесь без жертв. Если получится…
– Мы ждали вашего приказа, все сделаем, – ответил дежурный и повесил трубку.
Долго ждать не пришлось. Уже через несколько минут со стороны станции послышались короткие выстрелы. Ковальчук оставался в кабинете – внешний периметр хорошо охранялся. Он приоткрыл дверь, но тут же закрыл, услышав шаги нескольких человек, поднимающихся по лестнице. Нервно пройдя еще круг по кабинету, начальник станции положил пистолет «ТТ» в карман плаща и вышел, захлопнув за собой дверь. Снаружи он почти сразу столкнулся лицом к лицу с людьми коменданта.
Комендантский взвод насчитывал около двадцати человек. Больше до самого блокпоста никого не было. Гарнизон же станции насчитывал двести тридцать человек личного состава внутренних войск против двадцати шести оперативников, не считая троих из группы Смирнова, не вернувшихся из рейда. Прокрутив эти цифры в голове, Ковальчук задал вопрос:
– Где командир комендантского взвода?
– Он внизу. Приказал доложить коменданту о стрельбе, – ответил ближний из трех солдат.
– Комендант в курсе событий! Просил не беспокоить и передать оперативную информацию командиру взвода.
Зная отношения коменданта с начальником станции, люди полковника Смагина недоверчиво выслушали Владимира Михайловича, но испытывать судьбу не стали и спустились по лестнице.
Быстро последовавший за ними Ковальчук уверенно подошел к командиру взвода:
– Власов, комендант просил тебе передать, чтобы ты выделил мне пару бойцов для сопровождения. На станции беспорядки, и мне нужно успеть добежать до дежурки. Сам поднимись к Смагину, получишь дальнейшие указания.
Последняя фраза рассеяла всякие сомнения командира комендантского взвода. Отдав краткие распоряжения, он отправился в кабинет полковника, а Владимир Михайлович вскоре перешел на бег, но никто не обратил на это внимания.
Но не успел Ковальчук удалиться с двумя провожатыми и на пятьдесят метров, как послышался истошный крик командира взвода:
– Догнать, огонь на поражение, комендант убит!
Не дожидаясь реакции спутников, начальник станции резко дернул из кармана «ТТ», направил в голову ближайшему из бойцов и выстрелил. Не издав ни звука, тот рухнул на рельсы. Второй успел лишь скинуть с плеча АК-74 – и получил две пули в грудь.
– Ломов, бегом ко мне! – задыхаясь от бега и запинаясь о рельсы, кричал, приближаясь к блокпосту, Ковальчук.
Старший сержант Ломов был в смятении. Услышав стрельбу на станции, он понял, что творится неладное, но кто кого и за какие дела убивает, еще не разобрался.
– Владимир Михайлович, что происходит? – перепрыгнув через мешки с песком и скидывая из-за спины АКСУ, спросил он.
– Я убил Смагина за измену Республике. Внутренние войска пытаются сделать зачистку, уничтожив оперативные группы, и отстранить от власти начальников станций.
– Мне придется вас задержать, – еще не понимая, что происходит, следовал инструкции Ломов.
– Послушай, сынок, – уверенно продолжил Ковальчук. – Если ты меня остановишь, то мои ребята там, на станции, столько дров наломают. Ты же их знаешь… Мне надо до них добраться, а то крови будет еще больше! Твоя задача – не впускать на станцию комендантский взвод.
С этими словами Владимир Михайлович обошел сержанта и скрылся в темноте.
Оценив возможные непростые последствия, Ломов скомандовал: