Наседка (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Обнаружил среди разнообразного хлама документы, в том числе заверенную копию свидетельства о рождении, гласившего, что меня зовут Тиба Синдзи. Заодно узнал, что теперь я обладаю великим искусством читать иероглифы и понимать их смысл. Может местные и разговаривают совсем не на русском? Как бы проверить?

Выяснил, что мы, оказывается, ровесники — год рождения одинаковый. Скептически поглядел на собственные руки. На нормальные конечности тридцатипятилетнего мужчины эти тощие недоразумения недоразвитого японского школьника не походили ни в малейшей степени. Получается, что я еще и путешественник во времени. Интересно, какой сейчас год? И не спросишь ведь. Ориентировочно получается где-то середина девяностых — до создания первого смартфона еще лет пять. Осознав эту нехитрую мысль, я зажмурил глаза и тихо застонал. Гребаное средневековье! Да я убью кого-нибудь за компьютер!

— Эй, Син. — Из прострации меня вывело появление Таки. Уже одетая в домашний халат женщина прижала меня к себе, позволив уткнуться лбом в плечо, и принялась гладить по волосам. — Не расстраивайся ты так. Это ведь всего на год, не больше. Сам понимаешь, выгодные контракты каждый день не подворачиваются. Заработают твои родители денег в Европе и вернутся домой. Да и отпуск им наверняка дадут. Ну, будь мужчиной, прекращай плакать.

Я судорожно всхлипнул, втягивая сопли обратно в нос и прощаясь на долгие годы с мечтой о нормальной технике. Кое-как отлип от плеча женщины, не поднимая головы, протер увлажнившиеся глаза. И обнаружил, что смотрю прямо в декольте ее халатика, разошедшееся чуть больше, чем надо. Мысли о компьютере тут же выбило чудовищной волной гормонов. Черт возьми, тетя, что же вы делаете?! Мало того, что сам я далеко не аскет, так еще и нахожусь в теле ребенка, переживающего половое созревание! Сначала убили, а теперь еще и издеваются!

Резким движением я отодвинулся от женщины и, вскинув голову, постарался смотреть исключительно ей в глаза.

— Вот так гораздо лучше. — Таки улыбнулась. — Пойду приготовлю нам обед. А ты не реви больше. — Она шутливо погрозила мне пальцем.

— Не буду, — буркнул я.

Женщина еще раз ободряюще улыбнулась и ушла в направлении кухни. Забыв или просто не захотев закрыть за собой дверь в комнату. Пришлось вставать. Надо будет выклянчить у нее денег на щеколду или крючок какой-нибудь. А то не запирающаяся дверь меня однажды до ручки доведет. Возможно, даже сегодня, учитывая общее состояние психики. Развезло все-таки, сорвался. Не из-за отсутствия смартфона же я нюни распустил. Ну, может оно и к лучшему — выплеснул излишек эмоций, теперь поспокойнее буду. Поковыряюсь в вещах, поем, да и завалюсь спать от греха подальше.

Составив план действий, я приступил к его реализации. К сожалению, больше ничего особо интересного в вещах пацана не обнаружилось — обычный мальчишеский набор. Хотя кассетный плеер меня умилил, вызвав приступ ностальгии. Даже музыка оказалась вполне сносной: что-то плаксиво-романтическое на иностранном языке. Интересно, а русскую речь я сейчас понимать в состоянии или для меня родной теперь японский? Первая песня сменилась второй, в которой начали проскальзывать знакомые слова. Кажется, на английском. Ради интереса, отмотал немного назад, пытаясь опознать язык предыдущего исполнителя. Не опознал. То ли французский, то ли еще какой. Ну и черт с ним.

Пришла Таки, позвала есть. Занятый своими музыкальными экспериментами я как сомнамбула дошел до кухни и принялся за еду, бездумно накручивая на палочки итальянскую пасту и отправляя ее себе в рот. Автоматизм процесса дошел до меня только минуты через три, когда кончилась очередная мелодия. Я с некоторым удивлением уставился на деревяшки, непринужденно удерживаемые моими пальцами.

— Ты так смотришь, будто впервые в жизни палочки увидел, — хихикнула Таки.

— Что-то вроде того, — рассеянно отозвался я, подготавливая к поглощению очередную порцию спагетти. Забавно, я делал это вполне осознанно, и у меня получалось. Рефлексы тела?

Таки еще немного посмеялась надо мной. Я мило поулыбался в ответ, поддерживая ее веселое настроение, но по окончании обеда отказался от чая и поспешно ретировался, опасаясь быть втянутым в душевный разговор. Вновь оказавшись в комнате, плюхнулся на кровать и, принявшись размышлять над своим незавидным положением, сам не заметил, как заснул.

Утро выдалось крайне мерзким. Представьте, просыпаетесь вы, стряхивая остатки ночного кошмара, выдыхаете облегченно, садитесь на кровати и понимаете, что кошмар последовал за вами из сна в реальность. Дерьмовое ощущение.

Я рассматривал обстановку комнаты, принадлежащей японскому мальчику Синдзи, и подумывал о суициде. Не всерьез, а так… В качестве одного из вариантов решения всех стоящих передо мной проблем.

Наконец, тяжело вздохнув, я выкинул из головы идиотские мысли и побрел в ванну. Умыться, оставив душ и чистку зубов на потом, и вернуться в комнату делать зарядку. Сходить на пробежку, не зная окружающей местности, я пока не могу, тренажеров тоже нет, но уж обычная-то разминка мне вполне по силам.

Как оказалось минут пятнадцать спустя: нет, не по силам. Сидя на полу, тихо сипя и утирая обильный пот с лица, я думал исключительно матом. Новое тело, прекрасно умеющее такие жизненно необходимые для любого японца вещи, как есть палочками, абсолютно не унаследовало рефлексов моего любимого организма. А если быть точнее, я стал хилым японским подростком, которому еще тренироваться и тренироваться. Полная задница! Так ведь и досрочно помереть можно!

Я совершенно ничего не понимал в переселении душ. Зато обладал аналитическим складом ума. И этот самый ум мне подсказывал, что если бы перерождение наступило в связи с проявлением законов кармы, колеса сансары или еще каких-нибудь восточных заморочек, то очнулся бы я младенцем или, на худой конец, лягушкой на листе кувшинки. Но уж никак не взрослым (относительно) парнем, успешно отбывшим некоторое количество лет своего школьного заключения. Неординарные обстоятельства перерождения вкупе с читанной ранее фантастической литературой непрозрачно намекали на некоторую судьбоносность и значимость моего появления в этом мире. Из чего следовал один простой и крайне логичный вывод: спокойно пожить не удастся. И хорошо еще, если ко мне однажды явится благообразный старец с предложением донести колечко до вулкана на противоположном краю света. В таких обстоятельствах хотя бы поторговаться можно. Хуже, если судьбоносная встреча произойдет менее пафосно и мироздание ограничится выделением мне очередного нескладного очкарика, небрежно отправляющего парня Синдзи на следующее перерождение. После чего я, вполне возможно, действительно окажусь лягушкой на листе кувшинки. Перспектива не такая уж невероятная, особенно если пропорции ухудшения телесных кондиций при переносе душ сохранятся.

В общем, мне требовалось тренироваться. Хотя бы для того, чтобы иметь возможность унести ноги, когда начнется то, что должно начаться.

— Син, чего тебе не спиться в такую рань? — высунулась из своей комнаты позевывающая Таки.

— Э-э-э.. — Я посмотрел в сторону окна, за которым вовсю сияло солнце.

— Ну и что?! — возмутилась девица. — Сегодня воскресенье, а значит, еще рано! И вообще, ты можешь разговаривать словами, а не междометиями?

— Ну-у-у… — протянул я.

— Все с тобой понятно, — махнула рукой она и, раздирая рот в очередном чудовищном зевке, пошлепала в ванную.

Я проводил взглядом ее покачивающуюся фигуру и в очередной раз скрипнул зубами: проклятый подростковый организм упорно отказывался считать молодую и в меру привлекательную японку в легком халатике родней. А мне с ней ведь целый год на одной жилплощади обитать. Ужас. Подарить что ли тетушке халат поскромнее? Махровый, до пола длиной? Идея, конечно, шикарная, но где денег взять? Не устраиваться же мальчиком на побегушках в сеть местного общепита… С другой стороны, а голова мне на что?

К тому моменту, когда Таки добралась до кухни, я уже согрел чайник и вовсю составлял список возможных источников дохода. Количество способов относительно честного заработка денег уже приближалось к двум десяткам, а моя фантазия и не думала истощаться.

— Тетя, а сколько нам дней отдыхать осталось? — ненавязчиво поинтересовался я у девицы.

— Не волнуйся, недели две каникул у тебя еще есть. — Она принялась заваривать чай. — До начала второго триместра ровно восемнадцать дней, включая сегодняшний.

Второго триместра? Какого к черту второго триместра? Только не говорите, что японский учебный год начинается не первого сентября, и весь мой хитрый план по вычислению сегодняшнего числа и выеденного яйца не стоит.

Я тихо вздохнул, сдерживая ругательство, и вдруг понял, что знаю, когда начинается второй триместр. Как раз первого сентября и начинается. А значит, вычислить сегодняшнее число не составит никакого труда. Но прежде чем мой мозг совершил простейшую арифметическую операцию, я затряс головой, тщательно изгоняя из нее любые поползновения к исполнению умственной деятельности. Не считать, ни в коем случае не считать!