- Я ухожу, - резко развернувшись на каблуках, выпалила рыжеволосая гордячка. - С меня хватит этих издевательств. Передай своему боссу, что я не кукла, которой можно вертеть, как ему вздумается.
Мигель тихо усмехнулся, смерив ее своим долгим взглядом.
- А мне казалось, будто так оно и есть, – ничуть не смутившись, прямо произнес он, делая шаг ближе.
Микелина упрямо затрясла головой.
- Это он хочет меня такой видеть. Не я!
Мельком оглянувшись по сторонам, мужчина схватил ее за руку, вновь увлекая обратно внутрь небольшого помещения.
- Простите, - встретившись с тревожным взглядом Моники, он отдал ей один из приказов, как если бы она была одним из его служащих, - оставьте нас ненадолго.
Моника согласно кивнула, поспешно удаляясь за дверь служебной комнаты в дальней части салона.
- Разве? - встав напротив нее, вновь продолжил их беседу настырный охранник.
Уперев руки в боки, Микелина грозно нахмурилась. Ей уже порядком надоело отчитываться о своих мыслях и поступках перед каждым встречным. Но тут же поймав на себе строгий взгляд серых глаз, она протяжно вздохнула, несколько сбивая свою высокомерную спесь.
- Да. Я не такая.
- Так докажите это, - вполне серьезно проронил Мигель. - Докажите ему, что вы не кукла, которой можно помыкать, как ему заблагорассудится.
Микелина обессилено всплеснула руками.
- Вы думаете, я не пыталась? Да я только это и делаю.
Сероглазый мужчина тяжко вздохнул, слегка покачивая головой.
Черт бы его побрал за то, что он решил вмешаться в отношения этих двух упрямцев. Но все же, посмотрев в эти большие глаза изумрудного цвета, он невольно почувствовал сострадание к этой хоть и избалованной, но все же не совсем испорченной девочке.
- Вы все делаете неправильно, - наконец, сокрушенно произнес он.
- Неправильно? - непонимающе изумилась она. - А что я должна, по-вашему, сделать, чтобы он наконец-то посмотрел на меня как на человека, а не на обычную вещь?
Мигель слегка улыбнулся.
- Понравиться ему, - просто сказал он, - стать послушной… По-настоящему послушной. Перестать везде искать только свою выгоду. Перестать думать только о себе.
Ошеломленно округлив брови, Мике сделала шаг назад и, скрестив руки на груди, окончательно отвернулась от своего собеседника. Ей не особо нравился взгляд Мигеля, который словно сканировал насквозь. Но все же… Может быть, он был прав и ей стоит хотя бы попытаться?
Однако мгновенно вспомнив о весьма своеобразных желаниях Моретти, она тут же печально покачала головой.
- Я так не могу, - опустив плечи, поникшим голосом отозвалась девушка. - Это все не для меня. Я просто не приспособлена для услужения. Я никогда не была покорной. И я не смогу стать той, кем он хочет. Ему лучше позвонить в службу дорогого эскорта, чем иметь дело со мной.
Пристыженно опустив голову, Микелина нехотя развернулась лицом к Мигелю. Она не сомневалась, что он догадывался о заключенной между ней и Рикардо сделке, и, пожалуй, был единственным, кто не стал бы ее осуждать.
Глаза стоящего перед ней мужчины слегка оттаяли.
- Но ты уже слишком далеко зашла, не так ли? - тихо спросил он. - Так стоит ли останавливаться из-за одной глупой амбиции на полпути?
- Амбиции? - вновь вспомнив свое негодование, саркастически усмехнулась импульсивная собеседница. - Он мне волосы хочет обрезать!
- И тому есть вполне веская причина, - спокойно отозвался Мигель. - Ты слишком известна. Как думаешь, сколько ещё итальянок ходят по улицам с ярко-рыжими волосами? У тебя слишком примечательная и запоминающаяся внешность. Без изменения облика тебя очень быстро раскроют. И что ты тогда скажешь своему отцу? Пойми же, для выполнения требований Рикардо, тебе придется в себе что-то изменить. И, пожалуй, лучше всего начать с внешнего облика.
Понимая, что старый лис как всегда прав, Микелина нехотя кивнула. Сейчас она и правда походила на маленького обиженного ребенка, которому очень долго объясняли, что прыгать с высоты опасно, иначе можно серьезно пострадать.
Она пострадала. Но вот пилюля для заживления ран оказалась слишком горькой.