— До сих пор боишься, что я сожгу тебя, как тех вампиров? — сказал он шепотом, чтобы услышать могла только она.
Он так привык к восхищению всех придворных дам, что ее страх замешательство, казались ему в новинку. Именно эта девушка отлично понимала, кем он на самом деле был. Чудовищем в человеческом теле. Но все равно послушно подала руку.
Зазвучал имперский вальс.
— Я не умею танцевать, — тихо проронила она, когда его рука легла на талию.
Одним движением он притянул ее к себе, смотря прямо в глаза произнес:
— Это неважно. Я умею.
Три шага, поворот, три шага, наклон.
— Так что еще за траур? — спросила Ксандра, почти вплотную прижимаясь к нему. В ее глазах он видел сердитые огоньки. — Зачем было нужно менять цвет платья?
— Белый — траурный цвет для нас, — она сейчас была так близко, он чувствовал ее дыхание на коже, ощущал, как бешено бьется ее пульс. Смотрел в блестящие голубые глаза. — Но это тоже неважно. Разберемся позднее.
Ксения:
Как только двери открылись, я вошла в зал, мне предстояло пройти через толпу придворных, и, находясь возле трона, присесть в реверансе. Вот только Оливия не предупредила, что я буду идти в кромешном молчании под тысячами взглядов. Но ничего, держала спину прямо, гордо приподняла подбородок. Как сказал Влад, именно от меня зависело, как со мной будет обращаться местная аристократия. Пока направлялась к трону, разглядывала краешком глаза гостей. Мужчины в дорогих, расшитых золотом и серебром камзолах. Наряды девушек и женщин пестрили яркими красками, бриллиантами и драгоценными камнями. Я была уверена, что выглядела не хуже них. Но откуда, же это гробовая тишина?
И тут, прямо на ходу, мое платье изменило цвет.
— Даже жрица богини Шиад решила снять свой траур, дабы почтить мой праздник, — произнес Влад. Совсем иначе, громогласно, чтобы слышали все.
Какой траур, я не поняла, но все же присела в положенном реверансе перед императором и наследником трона. Из-под опущенных ресниц я пыталась разглядеть здешнего правителя. Император оказался высоким и крупным мужчиной лет пятидесяти на вид. Жесткие черты лица. Темные волосы уже тронула седина, но аура, исходящая от этого человека, не позволяла усомниться в его власти и силе. Голову монарха венчала корона, украшенная многочисленными драгоценными камнями. На волосах же наследника был просто золотой обруч с каким-то большим фиолетовым камнем.
Император внимательно рассматривал меня, и от этого взгляда мне стало немного не по себе. Но тут произошло то, чего я не ожидала, ко мне подошел Влад. Заиграла музыка.
— Я не умею танцевать.
— Неважно, я умею, — произнес принц, и я почувствовала на своей коже разгоряченное дыхание. Взгляд в глаза в глаза.
Сейчас он контролировал любое мое движение, Отпуская и вновь прижимая к себе. Я чувствовала себя послушной куклой, марионеткой, которую ведут умелые руки кукловода, заставляющие выполнить сложные па.
— Так что еще за траур? — спросила я.
— Я разберусь, — ответил принц, направляя меня в поворот и заставляя кружиться, словно желая выбить из меня все дурные мысли и беспокойство. Будто бы сейчас не время для этого.
Я едва касалась пальцами его руки. Он отпускал меня, но ненадолго. Шаг назад. Я отклонилась в сторону от принца, показывая всю свою гибкость. Одним резким рывком он притянул меня назад. От грубого и сильного толчка весь воздух вышел из легких.
Он нежно подставил локоть под мою руку. Другую же цепко схватил, намекая, что теперь точно никуда не отпустит меня.
И вновь это обжигающее прикосновение, легкое, невесомое. Кончики его пальцев едва задели мои лопатки, но этого было достаточно, чтобы мое дыхание вновь стало прерывистым. Я чувствовала биение его сердца, жар, исходящий от него.
А темп танца все нарастал. И было так сложно отвести взгляд от лица принца. Его взгляд притягивал, казалось, я тону в его темных глазах.
Каким-то чудом я заставила себя произнести:
— Но все же смотрят?
— И что? — произнес он, в очередной раз, прижимая к себе во время танца. Так, близко, что становилось трудно дышать.
Но несмотря на это, я чувствовала чужие взгляды на себе, внимательные и цепкие, ожидающие ошибки. И от этого мне становилось не по себе. Казалось, местные аристократки сейчас готовы были меня растерзать.
Щелчок пальцев, и все окружающие люди исчезли, мы оказались в пустынном слабо освещенном зале.
— Так, лучше? — мягко поинтересовалась Влад, вновь направляя меня.