Fatal error: вне игры: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Теперь всё иначе. Не знаю, что происходит с обычными игроками, зато знаю, чем заканчивают Ошибки. Нас, Кира, и правда архивируют, так это называет Система. Ты, как бы, существуешь, но отличий от смерти не так уж и много. В таком состоянии испытываешь что–то вроде эмоционального паралича, только поэтому не слетаешь с катушек. Висишь целую вечность в какой–то бездонной чернильнице, в которой ничего не видно и не слышно. Есть только одна возможность, хотя бы ненадолго, из неё выходить. Дело в том, что у Системы приняты свои правила, как я уже говорил, обычно, они непонятные. Что с неё взять… она не человек, и логика у неё нечеловеческая. Система здесь может, что угодно сотворить, любой объект из ничего сделать, но почему–то разводит сложности в самых простых вещах. Ничто не берётся ниоткуда, всё должно быть создано чьим–то трудом. Получается, действует, по–своему, честно и от нас тоже это требует. Видишь эту машину? Она не из воздуха здесь возникла, где–то стоит телепортационная установка нолдов, которая забросила её в город. И есть какие–то вполне реальные люди или цифры, которую такую технику собирают на основе смеси технологий нолдов, игроков и фиг его знает кого ещё. Понимаешь, о чём я? Система может поразить тебя божественным громом с небес прямо сейчас, но она так никогда не поступает. Ей нужны реальные исполнители и честная смерть. Для таких дел у неё есть агрессивные цифры, боты и Посредники. Если заархивированная Ошибка считается перспективной, Система добавляет её в команду Посредников. Потом, при появления другой Ошибки, вытаскивает её из архива и держит наготове, чтобы, если понадобится, запустить в игру. В этом режиме возможностей у нас уже побольше. А у умных людей, которые даже издали засекают то, что другие в упор не замечают, ещё больше. Я, Кира, давно уже кое–что заметил, кое–какие возможности, но только в случае с тобой ввязался в это по самые уши. И как видишь, кое–что у меня получилось. Ты ведь не станешь заявлять, что я тебе ничем не помогал?

— Я так и не поняла, зачем ты это делал?

— Ну… во–первых, мне скучновато сидеть в архиве.

— Всего лишь? Не верю.

— Тебе это не понять.

— Обычно, я хорошо людей понимаю.

— Ладно, вот сама подумай, что может быть веселее, чем ещё раз щелкнуть Систему по носу? Это, Кира, редкий по силе кайф, вот я и воспользовался моментом. Во–вторых, у меня есть кое–какие перспективы. Дело в том, что далеко не все игроки тупые качки, среди них встречаются и думающие люди. Есть даже особая группа таких людей, они называют себя исследователями. Эти ребята изучают здесь всё, они пытаются понять саму Систему. Их уважают, потому что они уже много чего смогли нарыть, и никто не знает, что ещё выяснят. С такими знающими полезнее дружить, чем воевать, потому, они здесь на особом счету. Исследователи, Кира, это шанс для нас обоих, ведь они на что угодно пойдут, лишь бы посмотреть на системную ошибку в одном из своих научных центров. И у них всё без кидалова, эти ребята умеют благодарить, там репутация, как снег в Антарктиде, ни единого пятнышка. Так что, тот, кто привезёт им Ошибку, внакладе не останется.

— Получается, ты хочешь меня продать?

— Грубовато сказано, но можно назвать и так.

— Ну спасибочки…

— Тебе что–то не нравится?

— Да нет, ну что ты. Всё прекрасно, я обожаю, когда мной торгуют.

— Кир, а какие у нас, вообще, варианты? Вот посмотри: я, вместо того, чтобы тебя убить, наоборот, спасаю. А это наглость такая, что Система даже ничего не пишет по этому поводу. Я думаю, она сейчас в шоке, вообще, офигела и зависла. Как только придёт в себя, примет решение по моей негодяйской персоне. Почти не сомневаюсь, что дальше она отдаст команде приказ завалить не только тебя, но и меня. Здесь всегда всё одинаково, здесь всё решается смертью, все серьёзные вопросы. Если у тебя нарисовалась проблема, всегда можно кого–нибудь убить, и проблема решится. Правда, иногда придётся убить таких ребят, или не ребят, что все шансы на их стороне, а тебе, в лучшем случае, светит быстрая смерть. Такой уж это мир, легкие пути если и открываются, то лишь ненадолго и только для победителей. А победителями становятся не те, кто всех подряд валят, надо бить тех, кого надо. Понимаешь?

— Нет.

— Ну как бы тебе объяснить… Вот смотри, иногда у нас меняются стартовые задания, по ним видно, что Система, как бы, даёт подсказку, что ждёт от тебя определённой победы. Обычно, над одним противником. Но это противник, всем противникам, сложный. Ты, получается, рыцарь, которому надо убить дракона. Только там дракон до того серьёзный, что рыцарями зубах ковыряется, под настроение. Вот и попробуй поставить себя так, чтобы не улететь на воскрешение, но при этом сделать мир на одного дракона беднее. Убил своего дракона, и всё, ты крут, ты царь горы, ты альфа и мачо, ты победитель. И так здесь во всём: везде, по любому вопросу, всегда рулит смерть. У Системы сейчас две проблемы: ты да я, а у неё такая логика, что из всех вариантов решений она всегда выбирает тот, где надо убивать. Для меня второго шанса не будет, если поймаю пулю, тут же отправлюсь прямой дорогой в архив. И это, скорее всего, навсегда, я ведь не просто не выполнил задание, я сейчас делаю всё, чтобы оно осталось невыполненным. До сих пор такое никогда не случалось, это первый случай в истории команды Посредников. Посредники бывают разные, но в одном они все одинаковые, — никому не хочется остаться в архиве навечно. Чего ты так на меня косишься?

— Ты воду еле льешь, я так буду месяц отмываться.

— Одежду ты так не вычистишь.

— Ну хоть попробую. А ты, значит, хочешь вернуться в архив?

— С чего ты это взяла? Смеёшься, что ли?

— Ну ты же сам на это нарываешься, помогая мне.

— Я, Кира, не самый лучший в мире человек. Но и не последняя сволочь. Понимаешь, я никого никогда не стирал и стирать не собираюсь. Не моё это. У Системы свои правила, а у меня свои, так что, пусть она катится лесом, я на неё пахать не подряжался, меня не спрашивали. Система не может отнять жизнь просто так, сама, ей всегда нужны те, кто сделают черную работу. Чужие руки, не зря же нас называют Посредниками. Мы посредники между ней и некоторыми игроками. Я уже говорил, что божественным громом с небес она никого не поражает, вот и мне ничего не сможет сделать. Главное, вырваться из этого кластера, и пусть меня потом её шавки ловят по всему Континенту. Если помогут исследователи, есть хороший шанс протянуть приличный срок. Не знаю, сколько, но это уже настоящая жизнь, а не гниение в архиве с редкими перерывами на то, чтобы убивать таких милых девочек. Шучу, никакая ты не милая, милая не протянет четыре часа против ботов, Посредников и целого кластера злобствующих цифр. Как это у тебя получается? Ты ведь, на вид, безобиднее не придумаешь. Сама невинность. Просто везёт, или есть какой–то секрет?

— Я просто всё считаю. Везение, это статистическое понятие. Я его учитываю, когда возможно.

— Как это, учитываешь?

— В расчётах. Везение, это шанс, шанс, это вероятность, вероятность, это процент, а процент, это математика. Так понятно?

— Это я уже слышал, не такими словами, но слышал. И хочу тебе сказать, что считать умеют все, но как это помогло тебе столько протянуть, не понимаю.

— Ты так считать не умеешь. И другие не умеют.

— Ты о чём?

— Как это, о чём? Об умении считать, о нём же говорим.

— Поясни.

— Помнишь, когда всё только началось, ты нам, троим, советы давал? Голосом из телефона?