— Да ты просто маньячка, — в голосе собеседника, почему–то, проскочили радостные нотки. — Слушай, а почему ты орёшь?
— Я разве ору?
— Ещё и как.
— Извини, пожалуйста. Меня сильно оглушило, я сама себя еле–еле слышу. Думала, что тихо разговариваю.
— Оглушило? Как?
— Пакет из «Урагана» прилетел. Почти на голову свалился. А может там ещё что–то было, я даже не поняла, слух сразу отключился.
— Пакет чего? Что за ураган? О чём ты, вообще?
— Ты мне допрос устроить решил, или, всё же, поможешь? Я ведь почти ничего не знаю.
— Да я тоже не знаю, с чего начинать. Значит, так, первым делом, держись подальше от игроков, это я тебе уже объяснил. И к цифрам тоже не приближайся, ты им не нравишься.
— Это я и без тебя знаю.
— Вот и прекрасно, что знаешь. Учти, что чем дальше ты уходишь от центра кластера, тем паршивее к тебе относятся цифры. Это потому что, весь город разделён на кольцевые зоны агрессии. Если в центре цифры тебя кое–как терпят, то на окраинах станут бросаться с кулаками, как только на глаза им попадёшься. Не все, конечно, некоторым до тебя и там дела нет, но мирно настроенных будет меньше всего. Такие здесь правила. А тебе надо по–быстрому валить из города, значит, срочно учись оставаться незаметной.
— Это ведь город, а не тайга. Ничего не получится.
— Старайся, Ошибка, как следует, старайся. У Посредников есть интерактивные карты с полным функционалом, по ним можно отслеживать возникающие очаги агрессивности. Если где–то попадешься на глаза злобным цифрам, там, скорее всего, появится отметка агрессии. Это я про окраины говорю, но может и в центре сработать, особенно на последних стадиях заражения, где нормальных уже не так много остаётся. Ты хоть что–нибудь про этот город помнишь?
— В каком смысле?
— Понимаешь, это ведь тот самый город, откуда взяли тебя и ещё двоих новичков. Даже при полной амнезии у тебя хоть что–то должно сохраниться, хоть какие–то воспоминания.
— Я помню абсолютно всё, нет у меня никакой амнезии. Только не помню, как я попала в тот морг.
— А что последнее ты помнишь? — неожиданно напрягся Шестьдесят Второй.
— Я шла с тренировки. Впереди на дорогу вылез щенок, за щенком на дорогу выскочил маленький мальчик, как раз под машину. Там водитель по телефону разговаривал, глаза стеклянные, он никак не успевал среагировать. Я успела добежать, выхватила мальчика из–под колёс, но до обочины добраться не смогла, с той стороны на меня огромный мужик нёсся, справа грузовик не давал ничего сделать, слева тоже.
— Что этот мужик от тебя хотел?
— От меня ничего он не хотел, он хотел мальчика подхватить, но не успевал, только дорогу мне загородил. Получается, помешал. Я откинула ребёнка подальше и врезалась в этого мужика, упала, крутанулась, чтобы грузовик проехал надо мной, не задев колёсами. Он, как раз, начал тормозить. А потом хлоп, и темнота. И слова красные. Что было между темнотой и тормозившим грузовиком, я не помню.
— У тебя что, повышенный показатель реакции?
— Ага, я долго спортом занималась.
— По твоему рассказу заметно. В общем, ничего не было.
— В каком смысле?
— Между темнотой и тормозившим грузовиком ничего не было.
— Как это, ничего?
— А так это. Совсем ничего. Ошибка, можно вопрос? Нескромный. Тебе сколько лет? Восемнадцать уже исполнилось?
— Почти.
— Почти? Это означает, что нет?
— Ещё нет.