Под защитой Темного императора: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я переживаю за Кайла, — прошептала я. Он думает, что я это съем? Мне кусок в горло не лезет.

— Не нужно, — с раздражением ответил Лан. Он ходил по дому и собирал мои вещи, бросая их в кожаную сумку. — Сравнительно скоро он будет дома. Как раз подышит воздухом, ему полезно. Гретта, я больше не желаю слышать от тебя об этом слизняке, — жестко заявил маг. — Забудь о нем раз и навсегда!

— Я собиралась выйти за него замуж! — выплюнула ему в лицо. Лан тут же нахмурился, его светлые зеленые глаза стали совсем темными, как ночное небо. Разве такое возможно? Разве могут глаза меня цвет?

— Замуж за необразованного, нищего, недалекого деревенского юнца? — процеживая каждое слово, произнес Лан. — Это с ним ты потеряла невинность? — прищурился он, но, не получив ответа, продолжил дальше. — Забудь об этом раз и навсегда! Как твой опекун я никогда не дам согласие на подобный брак. Если тебе не терпится замуж, подберем более приличного жениха.

— Лучше убей меня! — выпалила я, чувствуя, что не столько боюсь подобной перспективы, сколько злюсь на темного мага за его наглость и стремление все решать за меня. — Я никогда не выйду замуж по указке, тем более за мага, тем более, за темного! Слышишь меня?! Никогда!

— За деревенского неуча ты тоже не выйдешь, — нахально улыбнулся Лан. В отличие от меня, он не повышал голос и говорил очень спокойно. От этого я чувствовала себя истеричкой, хотя и понимала, что он намеренно выводит меня из себя. — Так что решай, что тебе нравится больше: брак с богатым аристократом или участь старой девы. Всё, вещи собраны, — Лан хлопнул рукой по набитой сумке. — Ты как? На лошади сидеть сможешь?

— Издеваешься? — прошипела я. — У меня голова кружится, ноги не держат. Куда я поеду? Если хочешь меня убить, то лучше сделай это быстро и без мучений! — я не могла успокоиться и унять свои эмоции. Факт того, что маг прибрал меня к рукам, в считанные минуты получив право распоряжаться моей жизнью, ужасно злил. Мне хотелось скулить от собственного бессилия. В один миг вся моя жизнь перевернулась, и тот, кто может в любой момент лишить меня жизнь, получил в свои руки все рычаги влияния и давления. Где справедливость?

— Гретта, — неожиданно проникновенно произнес маг и присел на корточки рядом с кроватью. Его лицо оказалось совсем близко, и я смотрела в него с отчаянным упреком. — Во-первых, покушай. Я взял с собой в дорогу воду и еду, но булочку лучше съесть сейчас. Мы проведем в пути не так уж много времени. Обещаю тебе, что уже к вечеру мы приедем в ближайший городок, и вот там я накормлю тебя до отвала и сниму номер с самой большой и мягкой кроватью, — окончание фразы прозвучало очень двусмысленно, и Лан понял это очень быстро. Я задохнулась от возмущения. Да кто он такой, чтобы делать мне столь грязные намеки?! — Нет, нет, не в этом смысле! — поспешно воскликнул маг, примирительно подняв руки. — Гретта, — вздохнул он и посмотрел на меня мягким, по-отечески добрым взглядом, — не надо меня бояться. Поверь, лучше, чем я, тебя никто не защитит.

— Ты слишком сильно льстишь себе, — мрачно заметила я. — Если мной заинтересуется император, ты вряд ли сможешь что-то сделать.

— Не бойся, я как-нибудь решу с ним этот вопрос, — рассмеялся Лан, чем очень удивил меня. Неужели он настолько высокопоставленный маг, что общается на короткой ноге с самим императором? — Вставай. Съешь булку по дороге, — он встал на ноги и протянул мне свою руку, предлагая ухватиться за неё. Я проигнорировала этот жест и начала подниматься самостоятельно. Сначала оперлась на локоть и оторвала голову и туловище от подушки, а потом и вовсе села. Оглядев комнату прощальным взглядом, я прикрыла глаза и с трудом сдержала рвущиеся наружу слезы. Не хочу уезжать! Это мой дом! Здесь я выросла. — Клянусь, ты ответишь за то, что вырываешь меня отсюда, — прошипела я, вложив в устремленный на мага взгляд всю боль, которая переполняла сердце. — Я отомщу тебе.

— Клянусь, что уже через месяц ты будешь с ужасом и стыдом вспоминать о том, как жила в глухой нищете, — плохо скрывая раздражение, ответил мне Лан и тут же добавил со странной интонацией: — А на своей свадьбе ты поблагодаришь меня за то, что я вытащил тебя отсюда и дал дорогу в жизнь.

Глава 12

Неблагодарная! Да любая девушка на месте этой лесной отшельницы упала бы в обморок от счастья. Из грязи в князи — вот как называется то, что случилось с Греттой благодаря решению императора. Но вместо того, чтобы благодарить его, нимфа строит из себя не пойми что!

Лан сделал глубокий вдох и выдох. Не нужно так сильно волноваться. Боги всего лишь проверяют его терпение, только и всего. Это испытание, и нужно вынести его с достоинством. Когда они доберутся до дворца, он передаст эту дикарку в руки педагогов, чтобы из неё сделали приличного человека. Ещё немного, и нимфа доиграется. У него не железные нервы.

Когда девушка наконец-то встала и поклялась ему в мести (!), он сдержал порыв ярости и подхватил девчонку на руки.

Император видел, что она не желает покидать это захолустье. Пусть он не понимал, чем так ценен для неё покосившийся дом, но взгляд девушки выражал немыслимую тоску и нежелание расставаться с этим местом. Поднеся Гретту к лошади, Лан поставил её на землю, взобрался в седло, а затем склонился, обхватил девушку за талию и затащил к себе. Она выглядела очень подавленной, бледной и грустной. Лан взял поводья, его руки оказались по обе стороны от нимфы. Девушка попыталась отстраниться от него, но это мешало удерживать равновесие.

— Прижмись, — император мягко коснулся ладонью её живота и придвинул Гретту поближе к себе. Теперь её спина вжималась в его грудь, а руками он надежно фиксировал девушку в седле. Теперь можно трогаться.

Лан повел лошадь через лес. Единственное, что действовало на нервы, это напряженное молчание и неестественно прямая спина девчонки. Она все время смотрела строго вперед, медленно доедая булочку и не позволяя императору даже заглянуть в её лицо. На секунду Лану показалось, что он слышит всхлипы, но император списал это на шелест деревьев и хруст веток.

Через несколько минут Лан осознал, что ему приятна её близость. Гретта обладала удивительно хрупкой фигурой, которая покачивалась при любом движении. Казалось, при сильном порыве ветра её попросту сдует с лошади. Их бедра соприкасались, а ритмичные движения навевали мысли совсем не о том, о чем положено думать мужчине, помолвленном с другой женщиной. Руки императора держали поводья и одновременно будто обнимали девушку, придерживая и не позволяя упасть. Девушка уложила волосы в тугой пучок, и их аромат так или иначе долетал до его носа.

Неожиданно Лан поймал себя на желании прикоснуться к нимфе, вновь ощутить под пальцами бархат нежной кожи, поцеловать полуоткрытые влажные губы. Нахлынули воспоминания об их совместной ночи. Яркие, сочные, с новыми подробностями, которых раньше император не помнил. Тонкая талия, изгибающаяся от удовольствия. Он ласкал её руками, а она стонала и извивалась, при этом разводя ножки ещё шире. Вспомнил и то наслаждение, которое накрыло его, когда Лан ворвался в юное тело, буравя его. Гретта была очень узкой и влажной, как он и любит, а ещё слабой, нежной, податливой. Лан безраздельно владел ею, ощущая себя хозяином положения, и оттого позволил себе чуть больше обычного. Он не заботился о её ощущениях, вонзаясь со всей силы, стремясь доказать самому себе власть над этим прекрасным существом.

Император дернул головой, отгоняя навязчивые видения. Он так глубоко погрузился в воспоминания, что нимфа рискует почувствовать его возбуждение, упирающееся ей прямо в копчик. Стыдиться тут нечего. Он — взрослый мужчина, она — красивая молодая девушка. Абсолютно естественно, что её близость волнует его. Это инстинкт, но Лан имеет контролировать свои порывы. Если секс с ним может убить нимфу, то о нем нужно забыть. Он будет беречь это сокровище как сосуд с живой водой.

Император сам не понимал, зачем он ляпнул о замужестве. Наверное, затем, чтобы выбить из её головы глупости о браке с этим…как его…Кайлом? Его выводила из равновесия сама мысль о том, что нимфа собиралась связать свою жизнь с этим сопляком. Интересно, это ему она отдала свою невинность? Размышляя об этом, Лан и вовсе зверел. Возникало ощущение, что этот простак украл у него важнейшую драгоценность. Императору хотелось стать первым у Гретты, лишить её невинности, сорвать цветок целомудрия. В таком случае он мог бы стать её законным покровителем, то есть официальным любовником. Мальчишка лишил его этой возможности, поэтому приходится довольствоваться званием опекуна. И ещё неизвестно, как семья отреагирует на такое решение.

— Гретта, как ты относишься к императору Регаллану? — нарушил молчание Лан. Девчонка растерялась от этого вопроса.

— Как я могу к нему относиться? — с удивлением спросила она, пожав плечами. — Где он и где я?

— И всё-таки, — настаивал Лан. — Что ты о нем думаешь?

— Я думаю, что он жестокий человек, — удивила она своим ответом. Причем, произнесла это так спокойно, без ярости или ненависти, будто это что-то само собой разумеющееся. Лан изумился её ответу.

— Почему? — не удалось скрыть напряжение в голосе, и Гретта это почувствовала.

— Вы с ним знакомы, да? — холодно усмехнулась она, подпрыгивая в такт скачущей лошади. — Понятно. Сытый голодного не разумеет, Лан. У вас, магов, аристократов, господ, своя жизнь, а у нас здесь своя.

— Объясни. Что именно тебе не нравится в его правлении?

— Лан, он ведет две войны! — закатила глаза нимфа. — Десятерых мужчин из нашей деревни забрали в армию, пятеро уже убиты. Осиротело пятнадцать детей. В прошлом году из амбаров вывезли половину собранного зерна. По словам старосты, для нужд армии. Мы голодали. Несколько ребятишек умерли от голода, две женщины, родившие осенью, были вынуждены оставить своих детей в лесу в лютые холода, потому что они не могут прокормить ещё один рот. Я сама питалась лишь овощами, которые вырастила у себя. Все, что давал лес, относила в деревню, помогала людям пережить голод. Я могу исцелить раны, но излечить оголодавшего человека сложно. Лучше всего просто накормить его. Той зимой люди съели всю скотину, с трудом дождались первого урожая. Я сама три раза падала в голодный обморок. И после этого ты спрашиваешь, почему я не люблю императора? — последней фразой нимфа словно дала ему пощечину.