Танки идут на мины: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Шел поединок щита и меча, снаряда и брони. Кто кого качественно перевесит? Кто кого обгонит?

…Осенью 1929 года студента Мугалева из Одесского политехнического института направили в Московское высшее техническое училище. Три года занимался он в этом учебном заведении. Отличную учебу сочетал с активной общественной работой. Был членом бюро комитета комсомола и профбюро. А с 1931 года стал членом партии.

Годы студенческие помнят все хорошо. Особенно отчетливо врезались в память Павла Михайловича весенние месяцы 1932 года, когда он проходил практику. Его направили в Магнитогорск, на самую большую ударную стройку страны. Там его поставили мастером возведения цеха-стана «500». Спустя два месяца в конторе стройки ему вручили телеграмму. В ней говорилось, что по партмобилизации он призван в ряды Красной Армии и зачислен в Военно-инженерную академию имени В. В. Куйбышева.

Тактика, фортификация, общетехнические дисциплины… Вчерашний студент снова ворошит горы книг и учебников, и все это он делает с завидным упорством и настойчивостью.

Вечером, когда классные занятия заканчивались, Мугалева обычно видели в лаборатории академии. Как и все слушатели, он приходил сюда после напряженного учебного дня и сидел допоздна. Задуманное делал методично, последовательно и вдумчиво.

Однажды в мирную тишину лаборатории ворвалась тревожная весть — во льдах Арктики потерпела бедствие знаменитая экспедиция Отто Юльевича Шмидта.

Радиограмма о том, что базовый корабль арктической экспедиции «Челюскин» затонул, раздавленный льдами полярного моря, а 104 человека высадились на лед, взволновала весь мир. С разных сторон к мысу Ванкарем направлялась помощь. Страна мобилизовала силы и изыскивала средства спасения экспедиции.

В Главсевморпути в эти дни наряду с другими рассматривался проект по созданию герметического сухопутно-морского малогабаритного катера вездехода. Катер вмещал до 60 человек, предназначался для движения по воде, суше и льду с преодолением торосов в полтора метра, был способен выйти с воды на кромку льда высотой также до полутора метров.

Автором этой оригинальной разработки был слушатель Военно-инженерной академии имени В. В. Куйбышева Павел Михайлович Мугалев. Но реализовать предложение в те дни из-за отсутствия времени не представлялось возможным. Челюскинцам нужна была экстренная помощь. Как известно, такая помощь была блестяще осуществлена советскими летчиками М. В. Водопьяновым, И. В. Ворониным, С. А. Леваневским, А. В. Ляпидевским, В. С. Молоковым, Н. П. Каманиным, М. Т. Слепневым. На отечественных двухместных самолетах Р-5 они перевозили по шесть-семь человек, размещая часть пассажиров в сигарообразных парашютных ящиках, подвешенных под плоскостями самолетов.

13 апреля 1934 года были вывезены последние шесть членов экспедиции. Подобной операции по спасению потерпевших бедствие людей не знала мировая история авиации и мореплавания.

Счастливо завершенное спасение челюскинцев не отбросило в сторону многие другие конструкторские разработки, предложенные в те дни. В частности, не без внимания остался и катер-амфибия Мугалева. Он дал толчок к разработке и созданию в Советском Союзе машин-вездеходов для Арктики и для работы на лесосплавах.

В эти годы конструктор создает также машину для ускоренной прокладки полевых колонных путей. Анализируя возможные условия передвижения войск и транспорта в наступательных операциях, он предлагает оригинальную сверхскоростную по тому времени машину «П» для прокладки колонных путей в поле, кустарнике и молодом лесу.

По поводу машины «П» было много разноречивых мнений. Некоторые специалисты сомневались в ее необходимости и полезности. Однако коллективом николаевского завода «Дормашина» был изготовлен образец и проведены испытания. В полевых условиях колонный путь прокладывался со скоростью до 14 километров в час, в кустарнике — 8-10, в молодом лесу — 4–6 километров в час. На этом работа над изобретением прекратилась.

Но машина «П», как в свое время катер-вездеход, послужила прототипом других конструкций скоростных прокладчиков колонных путей, значительно облегчавших труд войсковых саперов.

В эти же тридцатые годы закладывались прочные основы советских бронетанковых войск. Разрабатывались и создавались новые боевые машины коллективами таких ведущих конструкторов, как М. И. Кошкин, Н. А. Кучеренко, А. А. Морозов, Ж. Я. Котин. Мугалев имел тесные деловые контакты с этими корифеями советского танкостроения. Он был членом междуведомственной комиссии по испытаниям пробегов первых танков Т-34 и КВ весной 1940 года.

После того как работы над наземными минными тральщиками приостановились, конструктор часто возвращался к этой своей основной идее. «Как они необходимы в современных условиях ведения боя, в наступлении! — думал он. — Именно в наступлении, когда враг возлагает надежду на километры минированных дорог и сплошные минные поля у переднего края своих оборонительных рубежей».

Да! Тральщики, безусловно, понадобятся наступающим сухопутным войскам как средство, повышающее темпы их продвижения при прорыве оборонительных рубежей противника.

А пока что в инженерно-саперных частях на вооружении продолжал оставаться миноискатель или обыкновенный щуп для обнаружения мин и взрывчатка для их уничтожения.

И конструктор снова добивается признания своей идеи — создания и внедрения в войска наземных минных тральщиков.

В начале 1940 года военно-технический совет при начальнике Главного автобронетанкового управления генерале Н. А. Лебедеве рассмотрел докладную записку Мугалева и заслушал его доводы. Совет вынес решение, что наземные тральщики танковым войскам не нужны, и предложение конструктора о продолжении работ по тральщику отклонил…

Возвратившись в академию, Мугалев зашел к секретарю партийного комитета А. И. Севко. Это был молодой, но вдумчивый и опытный партийный руководитель. Выслушав товарища, он посоветовал:

— Ты остынь малость, Павел Михайлович, глубже продумай вопрос и учти сложившуюся ситуацию. Потом вернемся к нему. При случае доложу о твоей работе начальнику инженерных войск Красной Армии генералу Воробьеву. Он ведь бывший начальник вашего факультета и хорошо знает тебя.

Но с этим не согласился присутствовавший при разговоре член парткома Д. И. Шор:

— Мне звонили из ГАБТу, я в курсе дела. Считаю, что мимо деляческого уклона Мугалева нельзя проходить, и оставляю за собой право поставить этот вопрос на обсуждение партийного собрания.

И поставил с конкретной формулировкой: или Мугалев согласится с мнением специалистов о ненужности его работ по тралу и прекратит заниматься делячеством, посылать докладные записки, или поставит себя вне рядов партии.

…Собрание, заседавшее бурно и долго, не разделило мнения Шора. Адъюнкт академии остался в рядах партии.

Шел уже 1941 год.

☆

ИСПЫТАНИЕ В БОЮ

Война!.. Никто не знал в том, 1941 году, сколь долгой будет она и какой трагедией обернется для миллионов и миллионов людей.

Пока же встревоженные люди на улицах, стоя у репродукторов-громкоговорителей и вслушиваясь в слова диктора, делали предположения, пытаясь предвидеть ход событий.