В больнице?
Придя в замешательство, я оглянулась на пищащий звук, увидела монитор и катетер в руке и, наконец, осознала, что лежу в больничной кровати.
— Больница? — повторила я.
Воспоминания накрыли меня словно лавиной. Все расплывалось. Боль. Кровь. Я очнулась на каталке, когда меня везли на машине скорой помощи. Встревоженное лицо Кейна. Моя кровь на его рубашке. Как он отказывался отпускать мою руку, пока врачи пытались успокоить меня.
Последнее, что помню: ко мне спешил врач скорой помощи.
Аппарат пищал в такт ударов сердца.
— Думаю, стоит сообщить доктору, что она очнулась, — произнес дедушка и вышел из одиночной палаты.
Когда он открыл дверь, я заметила крупного парня в обтягивающей футболке и джинсах, наблюдавшего за окружением, скрестив руки за спиной. На плече висела кобура. Он вооружен?
Понимая лишь частично, что произошло, я почувствовала усиливающуюся панику. Снова посмотрела на Кейна, его хватка на моей руке усилилась.
— Кто-то напал на меня.
Я помнила тень человека, прежде чем живот пронзила боль.
Зачем? Зачем кому-то нападать на меня?
В глазах Кейна полыхнула ярость, когда он сдавленно ответил:
— Да. Я не видел, как это произошло. Когда подошел, ты смотрела на меня со странным, полным боли выражением лица. Глаза расфокусированы. Вся бледная. А потом я увидел кровь на кофте. Ты отключилась. Мы привезли тебя сюда, ты на минуту очнулась в отделении скорой помощи, но потом опять потеряла сознание. Пришел врач и сказал, что вряд ли задеты важные органы. Тебя отвезли в операционную, чтобы осмотреть, но, к счастью, врач оказался прав. Нож не задел жизненно важные органы или артерии. Рану зашили, и теперь ты в одиночной палате. Сказали, что тебе нужно пару дней полежать в больнице.
Все это, конечно, прекрасно, но учитывая, что кто-то всадил мне нож в живот... больше интересовало то, о чем Кейн не рассказал.
— Зачем кому-то это делать? — попыталась сесть, но живот отозвался острой болью, и я вскрикнула.
— Господи, Лекси, — выругался Кейн, — тебя только что порезали. Постарайся не двигаться.
— Я забыла про рану, ладно? — сказала, бросив на него сердитый взгляд, и поморщилась от отголосков боли. — Больше не буду.
— Алекса, ты очнулась, — я подняла взгляд на густой приятный голос и обнаружила, что он принадлежит симпатичному молодому человеку. — Я твой лечащий врач, доктор Фредерикс. — Слишком юный вид доктора заставил меня понервничать, что тот копался в моей ране.
— Привет.
Он улыбнулся на мое слабое приветствие и подошел ближе, за ним следовал дедушка.
— Когда тебя привезли в отделение скорой помощи, я в операционной обследовал твою рану и удостоверился, что важные органы...
Я прослушала, как он повторил все то же, что сказал Кейн.
— Значит, все в порядке? — спросила я, когда он закончил.
— Да. Ты поправишься. Я рекомендую полежать под наблюдением пару дней, чтобы удостовериться, что нет угрозы заражения, а после выпишу домой. Период восстановления составит от четырех до шести недель. Скоро придет медсестра, чтобы обсудить антибиотики, обезболивающие и обработку раны. — Он посмотрел на нас с Кейном и, очевидно, сделав выводы, произнес: — Рад, что есть, кому тебе помочь. Как бы мне ни хотелось, чтобы ты осторожно двигалась, пока выздоравливаешь, первую неделю или около того будет тяжело. Тебе понадобится кто-то, кто поможет со всем управиться.
Я опустила взгляд в ответ на ошибочное мнение врача и задумалась, как, черт побери, буду сама справляться следующие полтора месяца.
— Спасибо, доктор.
— Пожалуйста. Мы дадим тебе что-нибудь обезболивающее, но, если что-то еще понадобится, просто нажми на кнопку вызова. Анджела, твоя медсестра, скоро появится.
Дверь закрылась за ним, и я вытащила ладонь из рук Кейна.
— Может быть, теперь мне кто-нибудь расскажет, почему мою палату охраняет громила? Думаю, это связано с нападением, но в прошлом я в подобных ситуациях уже ошибалась. Ох, подожди. Я никогда не была в подобной ситуации раньше.