— Слушаю вас, сэр.
— Ты меня попросишь.
— Сэр?!
Он насмешливо прищурился и глубокомысленно изрек:
— Ты скажешь: “Папа, пожалуйста, присмотри за внучкой!” Громко и отчетливо.
Я с изумлением уставился на него. Нет, надо же мне было утром такое ляпнуть! Теперь он не отстанет. Ничего не поделаешь, сам виноват. Я вздохнул и послушно произнес:
— Папа, пожалуйста, присмотри за внучкой! Так хорошо?
— Замечательно.
Лорд Эвард удовлетворенно кивнул и добавил:
— Теперь я хочу слышать это обращение каждый день. Это понятно? Не слышу!
— Да, сэр.
— Да, кто?
— Да, отец.
— Так-то лучше. Пару недель тренировок, и сможешь выдавать это с менее зверским выражением лица. Можешь идти и решать свои проблемы. Мы с крошкой найдем, чем заняться.
Он поднялся и величественно покинул столовую. А я остался сидеть, как полный кретин. Быстро же он сориентировался, и не подкопаешься, ведь я первый начал! Еще один манипулятор на мою голову.
Уложив Азарику для дневного сна, я наконец остался один и мог основательно поразмыслить. Где же он мог быть, маленький ребенок, в одну страшную ночь потерявший всю семью?
Укрыв мальчика от всего магического мира, Дамблдор, разумеется, был абсолютно прав. Странно, конечно, что он решил оставить его среди магглов, но сейчас не об этом. Гарри Поттер действительно нуждался в надежной защите. Далеко не все Пожиратели Смерти оказались в Азкабане. Многие затаились. И после шумихи, которая разразилась вокруг Мальчика-который-выжил, он стал для них мишенью номер один. Да уж, немыслимый ажиотаж развернулся вокруг гибели молодой четы Поттер. Я, по понятным причинам, не мог получать тогда новости, но, выйдя на свободу, выписал целые подшивки “Пророка” и “Придиры”. Шумиха не утихала почти полгода. Каждое уважающее себя издание посвящало целые страницы этому трагическому событию. Причем репортеры рассказывали такие подробности, что как минимум должны были сидеть у детской кроватки во время описываемых ими событий. Иначе чем этим полную уверенность всех в том, что к развоплощению Темного Лорда имеет отношение именно полуторагодовалый ребенок, нельзя было объяснить. По неведомой мне причине никто и не думал выдвигать другую версию событий. Странно, учитывая, что свидетелей не было. Я первый пришел тогда в этот дом… При воспоминании о той ночи боль сдавила мне грудь, и я поспешил отогнать от себя горькие мысли. Не время предаваться печали. Надо найти единственное, что осталось от Лили.
Итак, к делу. Где его могут прятать? При первой встрече директор обмолвился, что Гарри находиться под защитой крови матери. Значит, надо искать среди близкой родни. Ближайшие родственники Лили: ее родители и сестра Петуния. Мистер и миссис Эванс переехали из Коукворта, еще когда мы учились на седьмом курсе. По словам Лили, куда-то за город. Но куда именно, она не уточняла. Да я и не спрашивал. Лили тогда уже была девушкой Джеймса Поттера, и я не горел желанием часто видеть ее. Это было слишком больно. Ревность душила меня. А где живет Петуния, я вообще не представлял. Она вышла замуж еще до переезда родителей Лили. Черт, я даже фамилии ее не помню!
Значит, надо начинать с менее трудного — поисков родителей Лили. Хотя первоначально я был почему-то уверен, что Гарри у тетки. Мать Лили уже в возрасте, и ей должно быть тяжело с таким малышом. Хотя с точки зрения магии крови родительский дом лучше всего подходил для защиты ребенка. Он, наверняка, хранил отпечаток магии Лили. Хоть он и маггловский, но, как все дома, имеет собственную память, а это немаловажно.
Я хорошо помнил мистера и миссис Эванс. Очень милые люди. Их семья никогда не отличалась большим достатком, но крепко стояла на ногах. Мистер Эванс, работал, если мне не изменяет память, главным инженером небольшой фабрики на окраине Коукворта. Только убей, не помню, что именно они там выпускали. Какое-то строительное оборудование, по-моему. Значит, поиски надо начинать именно оттуда. Главный инженер — заметная фигура, и наверняка кто-нибудь знает, где он живет, даже если он уже уволился с предприятия.
На следующий день сразу после завтрака я отправился в Коукворт.
В родном городе было необходимо соблюдать осторожность, все же меня многие знали, поэтому я воспользовался чарами Гламура. Пить Оборотное для первой разведки не было острой необходимости. Выполнив необходимые манипуляции, я посмотрел в зеркало. Что ж, совсем неплохо: смуглый брюнет с чуть длинноватым носом и карими глазами. Вполне подойдет. Оставалось чуть укоротить волосы — и в путь.
Найти фабрику не составило труда. Ее было видно издали, по безбожно дымящей печной трубе, возвышающейся над трущобами бедной окраины. При ближайшем рассмотрении фабрика не производила впечатление процветающего предприятия. Несколько производственных корпусов из серых плит и маленькое здание офиса, вот, собственно говоря, и все. Ни охраны, ни простого дежурного на входе я не обнаружил и смог беспрепятственно попасть на территорию. Пыльный двор, украшенный чахлой клумбой у крыльца офиса, был абсолютно пуст. Если бы не глухой шум, доносящийся из цеха, и упомянутый дым из трубы, могло показаться, что территория заброшена. Я решительно направился прямо к офису и, спугнув задремавшую на крыльце довольно упитанную кошку, вошел в помещение. Преодолев короткий коридор, я остановился возле единственной двери. За ней оказалась приемная. За маленьким столом дремала дородная дама в белой блузе и трещавшей на ее упитанных боках очень узкой черной юбке. При виде меня она встрепенулась и приветливо улыбнулась.
— Здравствуйте, сэр. Я могу вам чем-нибудь помочь?
— Доброе утро. Мисс?
— Мисс Кларк, сэр.
— Очень приятно, мисс Кларк. Меня зовут Сэмюэль Смит. Я хотел бы встретиться с главным инженером вашего предприятия.
— Мистером Стенли? Он назначил вам встречу?
— Нет, мисс. С мистером Эвансом. Разве он у вас больше не работает?
— Мистер Эванс…