— А я откуда знаю? — Арабелла пожала плечами. — Кошки всегда сами приходят. И магические, и обычные.
— Куда же его теперь? Может заберете? — я с надеждой посмотрел на добрую старушку, но меня отвлек голос отца:
— И речи быть не может! Я оставлю его себе. Назовем его Принц. Думаю, ему подойдет.
Он ласково почесал нового питомца за ухом.
— Вынуждена тебя разочаровать, Эвард. Имя совсем не подходит, — мягко улыбнулась миссис Фигг и поднялась с места. — Придумай что нибудь другое.
— Почему? — отец с изумлением посмотрел на нее, а потом на котенка, и даже приподнял его, чтобы на глаз определить, почему ему не подходит наше родовое имя.
— Потому, что это кошка, — рассмеялась старушка. — Она как минимум — Принцесса, если тебе так нравится. Я могу забрать детей? Думаю, Петуния вот-вот вернется. Не стоит ее волновать. Сегодня был тяжелый день.
*
Время бежало с головокружительной быстротой. Как мы ни ломали голову над способом отыскать крестраж в Министерстве магии, ничего путного на ум не приходило. У отца не было никаких связей в этой клоаке. У моих предков, по понятной причине, не было никакого желания вмешиваться в управление Магической Британией. Своих проблем хватало. Принцы на протяжении нескольких веков держались особняком от чистокровных семейств, посещая только редкие приемы старых друзей семьи. Но со временем и эта связь прервалась. Дед вообще жил отшельником. А лорд Эвард водил какое-то знакомство только с семьей покойной жены, но они жили во Франции. Мне же лучше было не показываться в Министерстве. Память о моей преданной службе Тому-кого-нельзя-называть еще была достаточно свежа. К тому же активная деятельность могла привлечь внимание Дамблдора, а этого никак нельзя было допустить. В общем, поиски крестража, хранящегося в Министерстве, решено было отложить до лучших времен. И сконцентрироваться на планах поиска диадемы Ровены Ревенкло. Ведь до моего поступления в Хогвартс осталось чуть меньше двух месяцев.
Кстати, моя будущая педагогическая деятельность изрядно веселила отца. Я и сам с трудом представлял себя за кафедрой, объясняющем куче учеников, как приготовить Зелье от Фурункулов или Бодроперцовое. Бедные дети! Ни особым терпением, ни талантом рассказчика я не обладал. Да и мелкие спиногрызы ничего, кроме содрогания, во мне не вызывали. Я любил только Азарику. Кое-как общался с Гарри и Дадли, но и они меня откровенно побаивались. Так что никаких иллюзий на свой счет я не питал. Ладно. Может быть, до директора дойдет моя полная профнепригодность, и он через пару месяцев меня уволит? Вот бы повезло! Но таких чудес не бывает. Во всяком случае, не с моим везением.
По вечерам я листал учебные планы Слагхорна и покрывался холодным потом. И это все я один должен делать?! Три занятия в неделю у факультетов с первого по пятый курс. И по четыре занятия Высших Зелий у пожелавших продолжать занятия шестого и седьмого курсов. Плюс контрольные работы, эссе и домашние задания. А также практические занятия, закупка ингредиентов и ночное патрулирование! Впору вцепиться в мантию отца и молить о защите. Мерлин, ну надо же было так вляпаться, в конце концов!
На ужин я спускался бледным и злым как мантикора. На язвительные подколки лорда Эварда злобно шипел и плевался ядом. И только обязательные сказки по вечерам у кроватки моей девочки немного успокаивали. Все же какой она ангелочек! Пока спит…
Так продолжалось до конца июля. Размеренное течение нашей жизни было прервано письмом, которое ранним утром доставил старый одноглазый филин с ошейником банка Гринготтс. Письмо было адресовано мне, так что я, не дожидаясь пробуждения лорда Эварда, без зазрения совести вскрыл тонкий конверт.
“Милорд Северус Принц. Я взял на себя смелость побеспокоить вас, ибо уверен, что имеющаяся у меня информация может вас заинтересовать. Однако передать ее посредством письма было бы крайне неразумно с моей стороны. Поэтому, рискуя навлечь на себя ваш гнев, прошу посетить мой дом или назначить встречу в любом удобном для вас месте. С нетерпением буду ждать от вас ответа. И заверяю вас, вы не в коем случае не пожалеете о потраченном времени. С глубоким уважением, эксперт банка Гринготтс Рагнок.
P.S. Вынужден вас просить о сугубой конфиденциальности этого послания и последующей встречи. Никто, включая вашего глубокоуважаемого отца, лорда Эварда Принца, не должен об этом знать. Я в отчаянии от своей дерзостной просьбы, но в случае, если вы не захотите исполнить ее, информация останется при мне. Все подробности вы услышите при личной встрече, и я искренне надеюсь, что поймете вынужденность такой меры предосторожности”.
Послание было настолько интригующим, что я на минуту задумался. Нет, скрывать что-либо от отца я вовсе не желал, однако и узнать, о чем идет речь, очень хотелось. Учитывая, что второй крестраж мы получили от гоблинов, а Рагнок сумел распознать запах черной магии, выводы напрашивались сами собой. Все утро я раздумывал, как мне поступить. Ведь это могла быть ловушка, а вляпаться в очередную историю мне вовсе не улыбалось. Но если самому выбрать место встречи и тем самым обеспечить свою безопасность, можно и рискнуть. Вернувшись после завтрака в свой кабинет, я взял пергамент и набросал ответ для старого гоблина:
“Достопочтенный Рагнок! Я принимаю ваши условия и буду ждать вас в Паучьем тупике, город Коукворт, завтра в полдень. Камин будет открыт лично для вас. Если вас по какой либо причине не устраивает место или время нашей встречи, прошу сообщить дополнительно.
С.П.”
Отправив ворона, я принялся ждать. Но ответ так и не пришел, старый гоблин принял мое приглашение. Оставалось только подготовить родительский дом к приему такого необычного посетителя и дождаться завтрашнего дня.
На следующее утро я потихоньку улизнул из мэнора в Паучий тупик. У отца, разумеется, возникнут вопросы о моем внезапном исчезновении, но придумывать мне ничего не хотелось, а после встречи можно будет рассказать все без утайки. Во всяком случае, я на это надеялся.
Мой старый дом предсказуемо встретил меня тишиной и запустением. Особой разрухи, конечно, не наблюдалось. Напротив, здесь было даже чище, чем в то время, когда я обитал под этим кровом. Домовики мэнора регулярно наведывались сюда, чтобы смахнуть пыль и протопить камин. Я не слишком понимал смысл поддерживать этот дом в порядке, но и не возражал. В сущности, мне было абсолютно все равно: стоит эта хибара или рухнула. Но сегодня дом пришелся как раз кстати. Настроив камин на прием важного гостя, я проверил охранные чары и уселся в кресло. Ждать еще оставалось чуть больше часа, и я просто сгорал от любопытства и смутного беспокойства.
Ровно в полдень камин вспыхнул зеленым пламенем и в комнату вошел достопочтенный Рагнок. Внешне он никак не поменялся с момента нашей последней встречи, вот только в движениях я невольно заметил некоторую настороженность. Впрочем, его можно было понять: место я выбрал не самое презентабельное.
— Добрый день, достопочтенный Рагнок. Вы пунктуальны.
— Здравствуйте, милорд. Тому кто не ценит чужое время, люди вряд ли доверят собственные деньги, — ответил мой гость, переступая решетку камина и устраиваясь в предложенном кресле. — Я очень рад, что вы согласились встретиться со мной. И вижу, что вы исполнили мою маленькую просьбу. Я и не сомневался в вашей честности, мой юный лорд.
— Видите? — я был несколько удивлен его уверенностью. — Вы можете читать мои мысли, достопочтенный?
— Нет, лорд Принц. Ваши мысли останутся при вас, вы можете за это совсем не беспокоиться. Но я бы почувствовал запах лжи. В этом меня невозможно обмануть.
Так значит старый гоблин — нюхач. Я не ошибся в своих предположениях. Впрочем, он, можно сказать, прямо об этом сказал при передаче Чаши. Очень редкий дар. Среди магов он практически не встречается, гораздо чаше он проявляется у гоблинов, оборотней и, как ни странно, у домашних эльфов. Они воспринимают магию и некоторые человеческие эмоции на запах. Вроде бы так. Я никогда не задавался целью изучить это явление, да и нюхача в своей жизни видел в первый раз, но в книгах мне попадалось несколько описаний этого дара.
— Так что же привело вас ко мне, достопочтенный Рагнок? Я просто теряюсь в догадках!
Но гоблин не спешил с ответом. Вообще, сегодняшняя его манера общения в корне отличалась от предыдущей нашей встречи: исчез южный говор и комичные жесты. Он был собран и очень задумчив. Складывалось впечатление, что он до сих пор сомневается в разумности этого тайного свидания.
— Мой юный лорд, давайте говорить откровенно. Я не хочу сегодня плести интриги и ходить вокруг да около. Это слишком утомительно и займет много времени. Скажу вам прямо: я прекрасно понимаю, что вы выкупили Чашу за столь дорогую цену вовсе не из светлой привязанности к памяти к покойной Хельге Хаффлпафф и не из любви к искусству. Вас интересовала та вонючая дрянь, что оскверняла этот шедевр. Не надо, не отвечайте, — заметив, что я пытаюсь возразить ему, поднял руку гоблин. — Это было очевидно, лорд Северус. Но гоблины не открывают секретов своих клиентов. И ваш уважаемый отец прекрасно об этом знает.