— Как же так, — удивился майор. — Я думал, это вы вызвали полицию.
— Да, мы, — в разговор снова вступил парень, приобняв свою подругу.
Она тут же спрятала лицо у него на плече. Макс поймал себя на мыслях, что было бы неплохо, если бы Агафья вот так же прижималась к нему, ища защиты от какого-нибудь страшного зрелища. Оперативник улыбнулся своим неуместным мыслям. Лейтенант Полозкова скорее отпихнет его в сторону, чтобы побыстрее осмотреть очередной труп.
— Тогда почему вы решили, что перед вами тело… — он снова заглянул в найденный паспорт, — гражданки Леоновой?
— Да не знаем мы, как ее звали, — взорвался молодой человек. — Мы соседнюю квартиру купили. Обрадовались, что цена не высока. Только эти гады риэлторы «забыли» рассказать о настоящих причинах такой дешевизны! Дескать, лифт в дом в девяностые годы поставили, с нарушениями всех норм лестницу переделали.
— Да, действительно, не очень удобно, — согласился майор, окинув взглядом пространство шириной сантиметров семьдесят, отделявшее двери квартир от лифта и ступенек. — Но не смертельно.
— И я, дурак, так решил, — горячился парень. — Пока ремонт делали, ни о чем не подозревали. Я получаю хорошую зарплату, нанял серьезную бригаду. А вот когда въехали — началось. В первую же ночь за стеной шум, крики. Леночка перепугалась, я полицию вызвал. Так они, дармоеды, даже не приехали. У вас за стеной, говорят, буйная парочка живет. На семейные разборки они, видите ли, не выезжают! Благо, соседка, Алевтина Михайловна, разъяснила, в чем дело.
— И в чем же? — уточнил Макс, делая зарубку в памяти: пообщаться с всезнающей соседкой.
— Наша квартира уже три года пустая стояла. Из-за этой вот наркоманки продать ее не могли. Негодяи из агентства уже и цену спустили ниже плинтуса, все равно никак. Алевтина Михайловна обманутых покупателей жалела, и про соседку буйную рассказывала. Только нам не повезло… В жизни бы не купил жилье с таким «довеском»! Но когда нас сюда проклятые риэлторы привезли, Алевтина Михайловна в санатории отдыхала. И вот результат.
— Понятно. Значит, опознать покойную вы не можете?
— Нет. Мы ее сегодня первый раз увидели. И, слава Богу, в последний.
— Боюсь, что вынужден буду вас разочаровать.
— В каком смысле?!
— Похоже, что это не ваша неудачная соседка, — майор кивнул на тело, которое как раз паковали в черный пластиковый мешок.
— О, Господи, — ахнула девушка. — А кто?
— Разберемся. Скандалы какие-нибудь вчера и сегодня утром у соседей были?
— Нет. Редкая тихая ночь.
— Понятно, — кивнул Макс. Он написал на листке из блокнота свой номер телефона и вручил свидетелю. — Если что-то еще вспомните — звоните. А пока спасибо за помощь. Кстати, в какой квартире Алевтина Михайловна живет?
— В соседней, — парень кивнул на правую дверь.
— Она на работе?
— Нет, соседка давно на пенсии.
— Спасибо, — поблагодарил майор и шагнул через куцую лестничную клетку.
Ему показалось весьма странным, что соседка-пенсионерка не проявила любопытства, не поинтересовалась, что такое происходит рядом. «Клиентов горе-риэлторов бабуля выслеживала виртуозно, а теперь молчок. Может, в магазин отправилась?»— думал оперативник, нажимая на звонок. За дверью царила тишина.
— Ребров, глянь-ка сюда, — позвал вдруг эксперт, снимавший отпечатки пальцев. — Тебе понравится!
— Что там? — спросил Макс, присаживаясь на корточки.
— Смотри, — ткнул пальцем тот.
Рядом с дверным косяком в стену на высоте сантиметров двадцати была вкручена маленькая стальная петелька.
— С другой стороны — то же самое, — хмыкнул эксперт. — Вот тебе и причина «полета». А я все думал, как же девица умудрилась так споткнуться. Порожек-то низкий. Глянь, как красиво привертели. За косяком и не видно практически.
— Леску натянули?
— Скорей уж, тонкую проволоку. Одно меня смущает, Ребров. Дверь-то наружу открывается.