Хрупкое равновесие: читать начало книги онлайн

Укрыться было негде. Во всяком случае, ему. За прошедшие годы его мечты, столкнувшись с непреодолимыми препятствиями, умерли. Он боролся, он победил, он проиграл. И все же он может продолжать сопротивляться — что ему еще остается?

Но для сына мистер Кохлах стал впервые искать другие варианты.

Когда Манек приехал домой на двухнедельные каникулы перед последним семестром, отношения у них с отцом не улучшились. Чаще всего они сцеплялись по поводу ведения бизнеса. Манека переполняли предложения по вопросам розничной торговли и маркетингу, которые отец отмел на корню.

— Дай мне хотя бы договорить, — сказал Манек. — Почему ты упрямишься? Давай хотя бы попробуем.

— У нас не хобби, с которым можно экспериментировать, — произнес угрюмо мистер Кохлах. — Это наш хлеб с маслом.

— Вы опять ссоритесь? — сказала миссис Кохлах. — От ваших споров я с ума схожу.

— Ты не имеешь никакого влияния на сына. — Голос мистера Кохлаха прозвучал еще угрюмее. — Неужели ты не можешь переубедить его? Он во всем мне противоречит. Решил, что изобрел новую формулу успеха. Думает, что это научный эксперимент.

Отец не позволял Манеку заказывать новые сорта мыла или печенья, которые повсюду пользовались популярностью. Предложения улучшить освещение в темном магазине, покрасить стены, обновить полки и стеклянные контейнеры, чтобы товары выглядели привлекательнее, были приняты отцом в штыки.

Манек с трудом соотносил этого не в меру осторожного человека с тем образом, который сложился у него после рассказов матери и отцовских друзей, — образом бесстрашного человека, спускавшегося по веревке в затопленное ущелье, чтобы спасти щенка; перенесшего потерю выбитого осколком глаза, будто то был укус комара; преподавшего хороший урок трем ворам, забравшимся в магазин в поисках легкой добычи. Увидев за прилавком женщину, они не догадывались, что в подвале готовит фирменный напиток ее муж. Друзья рассказывали, что отец разбросал воришек, как мешки с рисом.

А теперь из-за какой-то дурацкой дороги отец впал в уныние. Манек тоже замечал, что мир вокруг меняется, однако с оптимизмом молодости верил, что в конце концов все как-то образуется. Ему исполнилось пятнадцать лет, он верил, что бессмертен, а горы вечны. Ну, а магазин? Он служил нескольким поколениям, прослужит и следующим, считал Манек.

Втайне и мистер Кохлах в это верил — некое чудо могло вернуть прошлое. Но происходящие изменения убеждали в обратном. Среди товаров, которые везли в горы ненавистные грузовики, притаились смертельные враги — безалкогольные напитки для новых магазинов и отелей.

Поначалу они проникали в городок небольшими партиями, и всеми любимый «Кейкей» легко их побеждал. Иногда из любопытства жители пробовали новые напитки, но пожимали плечами и возвращались к старой любимой «Кохлах-коле».

Однако крупные корпорации не выпускали из вида рынок в горах. Они использовали разные способы — агитацию, рекламу и более жесткие способы. К мистеру Кохлаху подкатывали разные агенты с предложением: «Прекратить свое производство, передать им права на “Кохлах-колу”, а самому стать представителем новой торговой марки. Присоединяйтесь, растите вместе с нами и преуспевайте!»

Мистер Кохлах, естественно, отклонял такие предложения. Его напиток был не просто бизнес-проектом — он являлся предметом семейной гордости. Кроме того, он верил, что соседи и все жители городка останутся верны «Кохлах-коле». Он был готов к честной конкурентной борьбе.

Но мистер Кохлах не заметил, как наряду с «бабочками» и часами на цепочке из моды вышла и честная борьба. Представители корпораций раздавали бесплатно на пробу напитки, снижали цены и развешивали огромные рекламные щиты, на которых были изображены смеющиеся родители с детьми или влюбленные парочки, которые, нежно соприкасаясь головами, потягивали из бутылки через соломинки прохладительный напиток. Тонкая струйка новых напитков постепенно превратилась в потоп. Торговые марки, продававшиеся раньше только в больших городах, наводнили поселок.

— Мы должны нанести ответный удар. — сказал Манек. — Надо рекламировать свой товар, раздавать бесплатно образцы. У них агрессивная реклама — значит, и нам нельзя отставать.

— Агрессивная реклама? — презрительно переспросил мистер Кохлах. — Что это такое? Звучит в высшей степени недостойно. Что-то вроде попрошайничества. Эти крупные городские компании иногда ведут себя как дикари. Но мы ведь цивилизованные люди. — И он печально взглянул на Манека, расстроенный тем, что сын предложил ему такое.

— Ну вот, он опять мной недоволен, — пожаловался Манек матери. — Что ни скажу — реакция одна. Он даже не пытается вдуматься в мои предложения.

Так что у «Кохлах-колы» не было шансов выжить. Магазину нанесли решающий удар, и семейный секретный рецепт доживал последние дни.

Теперь у мистера Кохлаха созрел новый план в отношении будущего своего сына, который вскоре должен был получить аттестат. Он стал наводить справки и запрашивал проспекты из разных колледжей.

— Ты думаешь, это необходимо, Фарух? — волновалась миссис Кохлах.

— Кто не спешит, тот опаздывает, — отвечал он. — А я не хочу, чтоб опоздавшим, вроде меня, оказался мой сын.

— О, Фарух, как можешь ты такое говорить? Ты многого добился! Потеряв все при Разделе, ты сумел обеспечить нам хорошую жизнь. Разве можно назвать тебя «опоздавшим»?

— Может, и не «опоздавший». Возможно, мир движется слишком быстро. Впрочем, результат один.

От своего плана он не отказался и обсуждал возможные перспективы с верными друзьями семьи. Те соглашались, что неплохо иметь несколько вариантов.

— Твой бизнес может остаться на плаву, — сказал бригадир Гревал. — Но иметь запасные ходы всегда хорошо.

— Я тоже так думаю, — согласился мистер Кохлах.

— Разве плохо, если он станет врачом или юристом? — сказала миссис Кохлах, мысленно переносясь в высшие сферы.

— Или инженером.

— Бухгалтер — тоже престижная профессия, — сказала миссис Гревал.