«Какой красивый юноша, — думала она, — и эти милые ямочки, когда он улыбается. Однако стоит избавиться от редких волосков на верхней губе, которые при всем желании не могут считаться усами».
— Можно называть тебя Маком?
— Терпеть не могу этого сокращения.
Манек выложил вещи из чемодана, сменил рубашку, и они сели ужинать. Один раз он поднял глаза, встретился с ней взглядом и грустно улыбнулся. Юноша ел мало, и Дина спросила, нравится ли ему еда.
— О да, очень вкусно. Спасибо, тетя.
— Если б мой брат Нусван заглянул в твою тарелку, он сказал бы, что даже воробей останется голодным после такого ужина.
— Слишком жарко — нет аппетита, — пробормотал смущенно Манек.
— Наверно, после целебного воздуха гор ты здесь задыхаешься. — Дина решила оставить тему еды. — А как дела в университете?
— Спасибо, хорошо.
— Но в общежитии тебе не понравилось?
— Там слишком шумно. Невозможно заниматься.
Снова воцарилось молчание, на этот раз его прервал Манек.
— А те двое портных все еще работают на вас?
— Да, — ответила Дина. — Они придут утром.
— Вот хорошо. Будет приятно снова их увидеть.
— Правда?
Манек не почувствовал иронии в ее голосе и только согласно кивнул. Увидев, что Дина убирает со стола, юноша предложил свою помощь.
— Нет, спасибо.
Она замочила на кухне посуду, чтобы помыть ее утром. Манек осматривался. Квартира привела его в уныние — как и в первый раз, когда он пришел посмотреть комнату. Слава богу, меньше чем через год он съедет отсюда. Но для тети Дины эта квартира — дом. Следы борьбы с бедностью здесь бросались в глаза: опрятностью и порядком хозяйка пыталась скрыть убожество обстановки. А об этом все говорило — проволочная сетка на разбитом оконном стекле, почерневшая стена на кухне, осыпавшаяся штукатурка, следы штопки на воротничке и рукавах блузки.
— Если устал, иди спать, не жди меня, — сказала она.
Решив, что таким образом его деликатно выпроваживают, Манек ушел в свою комнату — «Ту, что была раньше комнатой тети Дины», — виновато подумал он, и сидя прислушивался к звукам из глубины квартиры, пытаясь представить, что делает женщина.
Перед сном Дина не забыла открыть кран на кухне, чтобы проснуться сразу, как пойдет вода. Некоторое время она лежала без сна, думая о своем жильце. Первое впечатление хорошее — не требовательный, вежливый, хорошие манеры и очень молчаливый. Хотя, может, он сегодня просто устал, а завтра разговорится.
Манек спал плохо. Окно хлопало на ветру, а он не решался встать и посмотреть, в чем там дело, боясь споткнуться обо что-то в темноте и разбудить миссис Далал. Он ворочался и никак не мог найти удобное положение — его преследовали воспоминания об общежитии. «Наконец-то, это позади, — думал он. — Хотя лучше всего было бы поехать сразу домой…»
Манек встал рано — открытый кран и для него стал будильником. Почистив зубы, он вернулся к себе и стал отжиматься в нижнем белье, не зная, что Дина, покончив с делами на кухне, смотрит на него в приоткрытую дверь.
Ее привела в восхищение красота его мышц — они напрягались и расслаблялись вместе с движениями тела. «Я не ошиблась вчера, — подумала Дина, — у него действительно крепкие руки и плечи. И очень красивое тело». От этой мысли она стыдливо покраснела… Абан моя одноклассница… он мне в сыновья годится. И она решительно отвернулась.
— Доброе утро, тетя.
Дина осторожно повернула голову и с облегчением увидела, что юноша полностью одет.
— Доброе утро, Манек. Хорошо спал?
— Да, спасибо.
Она отвела его в ванную, показала, как работает нагреватель воды, и потом ушла. Манек запер дверь и разделся, осторожно передвигаясь в небольшом незнакомом помещении. От воды, переливающейся через край ведра, шел пар. Манек попробовал воду сначала кончиками пальцев, потом погрузил всю руку, радуясь, что вода не обжигает. Пар был густой всего лишь из-за влажного, дождливого дня — так бывает и дома, когда призрачный туман висит в горах.