– Трудно сказать, можно ли это назвать везением… – замялся Окш. – К сожалению, это не люди, а мрызлы. А возглавляет их парочка максаров.
– Вот так сюрприз! – Хавр вскочил с таким проворством, словно до врагов было рукой подать. – Нельзя этих гадов вот так просто отпускать! Если быстренько прикончить максаров, то и мрызлы сопротивляться не посмеют!
– Но от мрызлов мы ничего не узнаем, – возразил Окш, рука которого уже ласкала эфес клинка. – Более тупых существ, чем эти, редко встретишь. Я уже пробовал проникнуть в их сознание. Это даже не каша, это помои. Не знаю, из кого делают таких мрызлов, но только не из людей.
– Что ты тогда предлагаешь?
– Поболтаем с максарами.
– Вот так просто – возьмем и поболтаем? – усомнился Хавр.
– Почему бы и нет! Разве мы похожи на жестянщиков? Во мне сейчас максара за версту видно. Да и одежка подходящая. – Окш встряхнул полами синего атласного плаща, позаимствованного в кладовых Карглака. – Скажем, что мы на их стороне. А лошадей утопили на переправе.
– Не опознают они тебя?
– После того, что сотворила со мной Эштра? Никогда!
– Давай попробуем, – без особого энтузиазма согласился Хавр. – Ты в любом случае ничего не теряешь… Тебя ведь, в отличие от некоторых, железо уже не берет.
– Будешь держаться позади меня и помалкивать, – распорядился Окш. – Тогда уцелеешь.
– Ты бы сначала чужие гербы спорол, – посоветовал Хавр. – Максары в таких делах весьма сведущи. Сразу поймут, что одежка ворованная.
– Слова-то подбирай, – обиделся Окш. – Не ворованная, а взятая в бою. Почетная добыча, значит… А без герба мне нельзя. Максар без герба выглядит куда подозрительней, чем максар с чужим гербом.
Когда колонна приблизилась на расстояние, позволяющее легко отличить едущих впереди максаров от топающих вслед за ними мрызлов (если их собратьев, сражавшихся на стороне Карглака, можно было отнести к первому сорту, то здесь подобрались сплошные отходы производства – косопузые, подслеповатые, колченогие, плешивые, но от этого еще более злобные и кровожадные), Окш, вместе с Хавром скрывавшийся в придорожных зарослях, произнес:
– Надо выбираться на дорогу. Максары уже нас почуяли. Нельзя вызывать у них подозрение.
Покинув укрытие, они небрежной походкой хозяев жизни направились к тракту – Окш впереди, а Хавр, взваливший на себя всю поклажу, на несколько шагов сзади.
Богато изукрашенный плащ Окша победно развевался на ветру. Сапоги, тщательно очищенные от пыли пучками листьев, сверкали. Золоченый шлем, до этого хранившийся в дорожной сумке, был глубоко надвинут на глаза.
Хавр на фоне этого великолепия выглядел как бедный родственник, хотя его нездешняя, пусть и несколько простоватая внешность внушала невольное уважение.
Всадники, возглавлявшие колонну, во все глаза пялились на эту неизвестно откуда взявшуюся парочку, однако продолжали ехать вперед в том же размеренном темпе. Мрызлы, чуявшие максара нутром, как поганая псина чует палку, глаз на Окша старались не поднимать.
Денек выдался какой-то скучный, сумрачный, душный. С одной стороны воняло торфяным болотом, а с другой – ветер нес мелкую едкую пыль. По небу гуляли смутные тени, готовые вот-вот превратить светлый день в темную ночь, что неминуемо сорвало бы все планы Окша.
Выйдя на середину тракта, он повелительным жестом вскинул вверх правую руку и безо всякого подобострастия, как это принято у максаров, произнес:
– Привет, благородные воины!
– И тебе привет, – хором откликнулись максары, а затем тот из них, что ехал слева, сказал, пристально глядя на Окша: – А я-то думаю, кто это пытается влезть в души моих слуг?
– Вначале мне показалось, что это идут жестянщики, – сдержанно объяснил Окш.
– Теперь на здешних дорогах волки да медведи встречаются чаще, чем жестянщики. Извели мы, слава небесам, этот поганый народишко, – с важностью произнес другой максар. – А ты кто такой будешь? Я тебя раньше что-то не видел…
– Меня зовут Секчерн. – Окш назвал первое пришедшее ему на ум имя. – Отца своего я, к сожалению, не знаю.
– Странное имя, – призадумался первый максар. – Кто же тогда твоя мать, благородный воин?
– Эштра, – брякнул Окш, дабы побыстрее покончить с генеалогическими проблемами.
– Достойная женщина! – в один голос вскричали максары. – Пусть небеса продлят ее счастливые дни!
Затем они поспешили представиться Окшу: