MoreKnig.org

Цикл романов "Тропа и Тропа: Миры под лезвием секиры". Компиляция. Книги 1-9: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Чадович Николай, Брайдер Юрий



Шрифт:

Лишь в слепяще-белой, насквозь промерзшей стране, где не существовало другой защиты от холода и ветра, кроме безостановочного, упорного движения, тень надежды однажды посетила меня, когда высоко-высоко в бесцветном, прозрачном как льдинка небе промелькнула едва заметная пурпурная искра. Еще долго после этого я всматривался в опустевший небосвод, и мне страстно хотелось поверить, что это был один из тех, кто по нелегкому и извилистому пути послал меня к неведомой цели, что мне наконец-то дано долгожданное знамение.

Шутки ради я сначала окрестил тот неласковый мир Леденцом – так он сиял и переливался всеми существующими оттенками льда, начиная от прозрачнейшего горного хрусталя и кончая бледно-лазоревым топазом.

Но шутки очень скоро кончились, и мне пришлось пожалеть о собственной неосторожности, проистекавшей из довольно сомнительного постулата: там, где могут выжить другие человекоподобные существа, не пропаду и я. Страна эта, представлявшая собой одно огромное водное пространство, покрытое многометровым слоем голого льда, была абсолютно бесплодна. Такие места лучше обходить стороной, но возвращаться было уже поздно, да и некуда – соседние миры, еще пребывавшие в стадии зарождения или уже умершие, отринули меня.

Природа Леденца не ведала ни о зеленой траве, ни о клейких почках, ни о распоследнем червячке, ни даже о мертвом камне. Один только лед, а под ним до неведомых глубин – чистая, горьковатая светло-голубая вода. Невозможно было даже представить себе, что люди способны существовать здесь хоть сколь-нибудь продолжительное время, но тем не менее это было так. Местом обитания каждого племени являлись ближайшие окрестности просторной полыньи, пробитой во льду плугообразными хребтами свирепых подводных хищников, представлявших собой нечто среднее между касаткой и выросшим до неимоверных размеров осетром. К полынье отовсюду собирались неисчислимые стаи рыб, раков, прочей живности, готовые погибнуть за возможность пополнить кровь скудной дозой кислорода. Вода кипела как в Мальстреме, когда покрытые роговым панцирем левиафаны пожирали своих менее крупных и проворных собратьев.

Сплетенными из рыбьих кишок сетями, костяными острогами, а то и просто руками люди умудрялись брать с этой жестокой жатвы свою десятину. Более того, находились смельчаки, нагишом нырявшие в ледяную воду, чтобы в чуждой для себя стихии сразиться с могучими хищниками, имевшими лишь одно-единственное уязвимое место – круглые глаза-блюдечки. Метровая острога, пробивавшая этот глаз, доставала до мозга хозяина подводного мира, который спустя некоторое время всплывал под торжествующие вопли всего племени. Такая охота редко обходилась без жертв, но была вполне оправданной: она приносила самые прочные кишки, самые острые и длинные кости, самый вкусный и питательный жир.

Не знавшие огня и не строившие жилищ, прикрытые лишь жалкой одежонкой из рыбьей чешуи, эти люди могли выжить только при условии непрерывного движения, а непрерывно двигаться могли только питаясь обильной, высококалорийной пищей. Сбившись тесной толпой, места в которой располагались строго по ранжиру – женщины с детьми, подростки и только что побывавшие в воде охотники в центре, все остальные по краям, – племя трусцой описывало возле полыньи бесконечные круги, и пар столбом поднимался над ним. В этой давке люди, согреваемые теплом друг друга, умудрялись спать, есть, совокупляться и разрешаться от бремени. Само собой, что век человеческий в Леденце был недолог. Каждый неспособный выдержать однажды заданный темп был обречен. Сесть, а тем более лечь на лед – означало умереть. Та же участь грозила одиночке или даже группе, численность особей в которой не превышала нескольких десятков.

Случалось, что левиафаны по неизвестной причине покидали полынью и она вскоре замерзала. Тогда племя, бросив все, чрезмерно отягощавшее его, включая грудных детей, устремлялось на поиски другой кормушки. Краткие остановки в пути допускались только для рекогносцировки окружающей местности. В плоском, практически двухмерном мире это возможно было сделать только одним способом – на прочной рыбьей шкуре, как на батуте, подбрасывать вверх самого зоркого подростка. Если вожделенной полыньи все же не оказывалось в поле его зрения, племя продолжало путешествие наугад. Такие поиски не всегда кончались удачей. В своих скитаниях по Леденцу мне не однажды случалось натыкаться на как бы олицетворявшие этот мир жуткие памятники, состоявшие из нескольких сотен или даже тысяч плотно смерзшихся человеческих тел. Их бледные лица, едва различимые сквозь корку кристаллического льда, не выражали ни страха смерти, ни покорности судьбе, а только лишь напряжение последнего, уже запредельного усилия.

В столь суровой и своеобразной стране любого одинокого странника, даже такого искушенного, как я, ожидала весьма незавидная участь. Поначалу я питался тем, что оставалось на льду после обильных трапез аборигенов: потрохами, плавательными пузырями, обглоданными головами. Однако для восстановления быстро иссякающих сил этого было явно недостаточно. Скорой развязке до поры до времени препятствовала моя привычка к полуголодному существованию, да еще хорошая одежда, сохранявшая каждую калорию тепла.

Кое-как соорудив примитивную острогу, я попытался рыбачить самостоятельно, но тут же подвергся атаке разобиженных местных жителей. Не знаю, кем я им казался, но ни моя меховая доха, ни стальной нож, ни даже извлеченное из зажигалки бледно-фиолетовое пламя должного впечатления не произвели. Однако этих коренастых короткоруких молодцов нельзя было назвать мастерами боевых искусств, и, очень скоро убедившись, что мериться со мной силой – себе дороже, они отступили. В порядке компенсации за причиненный моральный ущерб я изъял некоторую толику их последнего улова.

Так и повелось – я брел от полыньи к полынье, иногда рыбачил сам, но чаще брал свою долю из общей добычи, всякий раз кулаками доказывая право на это. Никаких угрызений совести я, естественно, не испытывал – утоляющего голод нельзя обвинять в краже или в разбое.

Мне уже стало казаться: еще одно последнее усилие – и я вырвусь из студеных объятий Леденца. Но он был куда коварнее, чем я предполагал. В один не слишком прекрасный, но и не обещавший никаких особых сюрпризов день ледяная броня внезапно треснула во всех направлениях. От неспокойной замутившейся воды потянуло теплом. Льдины, сталкиваясь, крошились и наползали друг на друга. Меня утешало лишь поведение аборигенов, случайно оказавшихся со мной в одной компании. Они равнодушно вязали новые сети, нянчили детей и чинили одежду. Недостатка в пище тоже не ощущалось: огромные крабы сами выбирались на лед поохладиться, а играющую рыбу ничего не стоило подцепить острогой.

Довольно долго нас носило по вскрывшемуся океану, а затем случилось то, что впоследствии мне довелось наблюдать неоднократно – волны улеглись, воды вновь просветлели и стали остывать пугающе быстро. Дрейфующие льдины застряли в обильной, неизвестно откуда взявшейся шуге, и скоро неживая искристая белизна вновь объяла весь окоем.

С тех пор путь мой уподобился трудам проклятого богами хитреца и стяжателя Сизифа. Как бы далеко я ни проникал в глубь Леденца, после очередного возвращения тепла все приходилось начинать сначала. Аборигены уже узнавали меня и, добровольно наделяя рыбой, естественно, самой костлявой, живо лопотали не то ободряющие слова, не то проклятия.

В один из моментов глубочайшего отчаяния, когда я из последних сил ковылял от одной полыньи к другой, мне в небе, столь же бледном, как и сливающаяся с ним ледяная пустыня, почудилась так хорошо знакомая ярко-красная точка.

В следующую секунду окружающий мир был сметен Звуком чудовищной, апокалипсической силы, и все вокруг исказилось: светлое небо вдруг потемнело и приблизилось, в лицо пахнуло копотью и гнилью, каменные громады зданий вознеслись там, где только что поблескивал лед, отполированный ветром не хуже, чем полы во дворце Снежной Королевы.

Льдина весьма причудливой формы, на которой, кроме меня, находилось еще немало всякой замерзшей гадости, всегда отмечавшей кочевые пути полудиких рыболовов, неведомым образом оказалась впечатанной в серую кремнистую твердь порожденного технологической цивилизацией города. От того места, где я находился, до самого дальнего конца льдины было шагов полтораста, а до ближайшего – не больше тридцати. Как вскоре выяснилось, это имело весьма немаловажное значение.

Рассуждать над тем, что же именно сейчас произошло, было недосуг, но случившееся, без сомнения, не могло быть зрительной иллюзией, а тем более моим собственным бредом. Не бывает такого детально проработанного бреда! Судя по всему, я только что был насильственно перемещен в другой мир Тропы, а возможно, и за ее пределы. И мне еще повезло. Шансов оказаться в обжитом и даже благоустроенном местечке у меня имелось не больше, чем у посланной наобум стрелы угодить в жирную утку. Впрочем, первое впечатление еще ничего не значило, и мне предстояло самому оценить степень безопасности этого нового мира.

Чувствительность к моим барабанным перепонкам все еще не вернулась, зато зрение служило по-прежнему исправно. Ближайший ко мне край льдины вплотную примыкал к высокому каменному зданию весьма утилитарного вида. Эдакий многоэтажный барак безо всяких признаков украшательства – улей для самого непритязательного человеческого роя. Угол его серой стены был вскрыт сверху донизу, и я мог видеть винтовые лестницы, закопченные потолки, какие-то ржавые решетки и выходящие на противоположную сторону полукруглые окна. В самой нижней клетушке располагалось что-то вроде мясной лавки (по крайней мере так мне тогда показалось). Среди развешанных на крючьях ободранных туш – каждая побольше бараньей, но поменьше телячьей – в позе крайнего удивления застыло существо вполне человеческого вида с ножом в руках. Лезвие ножа было косо срезано почти у самой рукоятки и сейчас, судя по всему, вместе с исчезнувшей частью здания и всем остальным, что раньше находилось на месте моей льдины, тонуло в соленом океане Леденца. Дверь в лавку пропала вместе со стеной, и мясник оказался как бы в нише, из которой был только один выход – на лед. Но на лед он не хотел, а пялился на меня как агнец на волка и непосредственной опасности, даже принимая во внимание обломок ножа, явно не представлял.

На всякий случай дружески помахав ему рукой (он немедленно ответил тем же), я обернулся в другую сторону. Точно такие же серые, скупо снабженные окнами, но неповрежденные громады подковой окружали льдину. Дальний ее край соседствовал с пустырем, образовавшимся, очевидно, в результате пожара. Именно оттуда ко мне приближался неуклюжий многоколесный экипаж, за которым следовала густая цепь одинаково одетых и, несомненно, вооруженных людей. Меня всегда шокировало излишнее внимание к моей особе, тем более что быстрота, с которой явилась эта публика, и слаженность их действий свидетельствовали о наличии заранее отработанного плана. Чтобы убедиться в этом, достаточно было взглянуть по сторонам. Промежутки между зданиями были уже перекрыты, а вдали маячило несколько бочкообразных машин, аналогичных первой. Мне они почему-то сразу очень не понравились.

Бежать скорее всего было уже поздно. На поверхности льдины, края которой начала заливать вода (видно, сюда перенеслась и частичка океанской бездны), я был заметен как апельсин на березе. Я не до конца понимал намерения людей, методично и споро окружавших меня, но по крайней мере потолковать с ними стоило. Если меня собираются арестовать – заранее согласен. А если хотят возвести на престол или провозгласить живым богом, решительно отказываюсь. Не по моему нынешнему профилю.

Экипаж, от которого почему-то явственно тянуло брагой, уже подкатил к границе, разделяющей серое и белое. Из-под его днища ударила длинная струя коптящего пламени, прокатившаяся через всю льдину.

Вот это настоящее откровение! Гостей здесь, оказывается, просто-напросто сжигают, не позволяя им представиться или сказать что-либо в свою защиту. Ожидая получить в спину следующий испепеляющий заряд, я бросился к единственному доступному убежищу – лавке мясника. Но огненный смерч, прокатившись намного левее, вдвое расширил черную полосу, на которой что-то еще продолжало гореть, разбрасывая смоляные искры. Значит, целились не в меня лично. Из такого оружия да с такой дистанции промахнуться просто невозможно. Неведомые мне огнеметчики выжигали все чужое, проникшее в их мир, не делая особой разницы между людьми и микробами. Очередь, конечно, дойдет и до меня, но не сразу. Это работают не маньяки-пироманы, а санитары-дезинфекторы. Завтра здесь будет гладкая и, возможно, даже замощенная площадь. Я же обращусь в уголь уже сегодня.

Со всех ног я влетел в лавку (черная закопченная полоса к тому времени покрывала уже добрую половину льдины) и, на всякий случай выбив у мясника нож, спешно занялся возведением баррикады из мясных туш. Сработанная из столь экзотического материала стена (как мне помнится, только викинги имели привычку укрываться за валом из свежезарезанных коров) вскоре достигла потолка. Недавно освежеванные туши прилегали друг к другу достаточно плотно, почти не оставляя щелей. Удар пламени мое сооружение приняло не дрогнув – только снаружи заскворчало да сильно запахло подгоревшими бифштексами.

Тем временем я быстренько обследовал все закоулки этой каменной мышеловки. Ничего – ни черного хода, ни окон, ни подвала! Огонь вновь лизнул импровизированную стену – на этот раз уже прицельно. Мной занялись персонально.

Что же предпринять? Давно я так глупо не попадался. Можно, конечно, продержаться час или два, но это лишь растянет агонию. До меня все равно доберутся. Или изжарят, или еще какую-нибудь пакость устроят. Уж очень настырный народец здесь проживает. Если что, они и дом этот на кусочки разнести не постесняются.

Словно в подтверждение моих мыслей снаружи в глухую стену ударили чем-то тяжелым с такой силой, что в лавке загудело как в колоколе. После следующего удара между грубо обтесанными глыбами, из которых было сложено здание, побежали первые трещины. Таран или нечто его заменяющее бил с размеренностью метронома и неотвратимостью злого рока. Вся лавка наполнилась пылью, а сверху мне на голову посыпалась всякая труха. Она-то и подбросила мне спасительную мысль.

Из чего, интересно, сооружаются здесь межэтажные перекрытия? Полумрак и приличный слой копоти не позволяли определить это визуально. Но, исходя из общего впечатления о конструктивных особенностях здания, можно было предположить, что до железобетонных панелей в этом мире еще не додумались. Будь потолок сработан из камня, он скорее всего имел бы сводчатую форму. Значит, остается дерево. Даже если это дубовые доски толщиной в пядь, я разнесу их в щепки. Что-что, а труд лесоруба мне не в новинку.

Мясницкий топор я приметил еще раньше. Лавочник с готовностью помог мне водрузить одну разделочную колоду на другую. Взобравшись на верхнюю, я принялся энергично рубить потолок (действительно оказавшийся деревянным), невольно попадая в такт ударам тарана. В несколько приемов одолев три довольно хлипких доски, я едва успел уклониться от хлынувшего сверху потока песка, перемешанного с опилками. По тому, как изменился звук ударов в стену, стало ясно, что она долго не устоит. Я рубил половицы верхнего помещения – для этого топорище пришлось перехватить за самый конец, – когда в лавку сбоку ворвался узкий луч тусклого света. Началось соревнование на скорость.

Пока таран нанес четыре удара, я успел сделать шесть. И в то и в другое отверстие теперь мог пролезть человек. Я знаком подозвал мясника, и тот, вскарабкавшись на колоду, подставил мне руки. Едва я успел уцепиться за края проделанной в потолке дыры, как что-то похожее на шарик для пинг-понга, пролетев через всю лавку, тюкнуло моего невольного помощника в щеку. Предмет этот оказался хрупким, как голубиное яйцо, но своей эффективностью превосходил пули дум-дум. Полголовы мясника превратились в кровавую кашу, и он рухнул на пол таким же бездыханным, как и разбросанные повсюду выпотрошенные туши. Следующий загадочный снаряд угодил мне в ляжку за миг до того, как я покинул злосчастную лавку. Боль была такая, словно ногу окунули в горящий напалм. Скрежеща зубами, я доковылял до винтовой лестницы и взобрался на третий этаж. Попадись мне сейчас кто-нибудь из местных вояк, топору нашлась бы работа, вполне отвечающая его первоначальному назначению.

Соединявшая этажи лестница тоже была деревянной, и я без труда вырубил из нее целое звено. Теперь можно было заняться осмотром раны. В левой брючине и во всем, что было надето под ней, зияла огромная дыра, словно прожженная серной кислотой, но моя плоть кое-как устояла, хотя и выглядела как вареное мясо (и это при моей-то дубленой шкуре!).

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Кровь Отверженных. Пробуждение истинной
Кровь Отверженных. Пробуждение истинной
[Детективы / Триллер / Боевик / Современная проза]
Подпольных аукционов, где женщин и детей продают как товар, не существует. Так считает весь мир. Но дети продолжают исчезать, как когда-то исчезла сестра Эмми. Когда сама героиня становится следующей
0
Расцвет Стальной Розы
Расцвет Стальной Розы
[Юмористическое фэнтези]
Я обрела силу рода Стальной розы и теперь сама могу решать, как мне жить. Но принцы не оставляют попыток получить моё доверие и присвоить магию жизни, которой я обладаю. Им нужна власть, мне –
0
Калиновая мостовая - 13
Калиновая мостовая - 13
[Триллер]
Чернореченск возник на берегу таинственной реки, где древний лес хранил мрачные тайны. Ослушавшись старинных запретов, люди вырубили чащу, и на город обрушилось проклятие. Даже в советскую эпоху
0
Империя пламени и шипов
Империя пламени и шипов
[Эротика, Секс / Любовная фантастика]
Мятежная фейри. Безжалостный дракон-командир. И смертельное испытание, которое перевернет их жизнь с ног на голову. Оказавшись в ловушке Двора Благих из-за тернового леса, Селена Хейл живет во
0
Похоронное бюро попаданки, или Генерала-дракона рано хоронить
Похоронное бюро попаданки, или Генерала-дракона рано хоронить
[Детективы / Фантастика / Фэнтези / Попаданцы]
Шесть лет я готовила покойников к похоронам и думала, что меня уже ничем не удивить. А потом сама очнулась в гробу — в чужом мире и чужом теле. * * * Теперь меня зовут Мира Вельс. В наследство
0
Библиотекарь и Орк
Библиотекарь и Орк
[Любовное фэнтези / Современная проза / Роман / Фэнтези]
Он — свирепый, жестокий, несущий смерть зверь. И он читает книгу в ее библиотеке… В мире, где орки и люди еще недавно вели войну, Роза Рольф ведет тихую, ученую жизнь обедневшего библиотекаря — до
0
Какао с маршмеллоу
Какао с маршмеллоу
[Любовные романы / Современные любовные романы]
Мысли Раи о том, что буквально через пару дней наступит Новый год, который обязательно подарит ей какие-нибудь удивительные чудеса, прервал звук колокольчика на входной двери. Рая как раз закончила с
0
Отпечатки. Дети окраин
Отпечатки. Дети окраин
[Детективы / Триллер / Проза / Современная проза]
Одна ошибка. Один секрет. Один призрак из прошлого, готовый на все ради мести. Владислав Светлов — писатель. Он давно переехал в Москву из маленького сибирского города и много лет провел в
0
Петр Первый. Реальная жизнь и деятельность против «петровской» легенды
Петр Первый. Реальная жизнь и деятельность против «петровской» легенды
[Исторические приключения / Биографии и Мемуары / Документалистика]
Очерки о Петре Первом содержат интересные и малоизвестные факты биографии первого императора всероссийского, изложенные в работах различных историков и в архивных документах. Предлагается широкому
0
Лун-Лейк
Лун-Лейк
[Проза / Современная проза / Историческая проза / Приключения]
Лун-Лейк Эдгар Лоуренс Доктороу
0
Девочка Смерть
Девочка Смерть
[Любовное фэнтези / Фэнтези]
Она не должна была обладать такой силой. В одно мгновение она была девочка, а уже в следующее - Ангел и Смерть в одном обличье. Оказавшись между двумя противоположностями, она отправляется в
0
Площадь оружия
Площадь оружия
[Научная фантастика / Социальная фантастика / Космическая фантастика]
Новый роман из вселенной «Сороки на виселице», соединяющий в себе светлую грусть произведений Владислава Крапивина, смелую космогонию Нила Стивенсона и романтику галактических странствий Клиффорда
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
8
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Графиня Леваньер. Тайна живой стали - 2
Графиня Леваньер. Тайна живой стали - 2
[Любовная фантастика]
В мире, навсегда укрытом пеленой туч, родилась девочка, заплатившая страшную цену за своё существование. Гвендолин Леваньер - наследница древнего рода и изгой в собственном доме. Сможет ли
0
Дневник экспедиции
Дневник экспедиции
[Попаданцы]
Петербург, ноябрь 1913 года. Морозова вызывают в департамент полиции — и оказывается, что там о нём знают больше, чем ему хотелось бы: и про шесть раскрытых дел, и про неустановленное лицо, стоящее
0
Вторая жена поневоле
Вторая жена поневоле
[Современные любовные романы / Самиздат]
— Стань моей женой, Асель. Я хочу забрать тебя по “аменгерству”. Я вскинула на Алихана - брата покойного мужа - потрясенный взгляд. — Что вы говорите, кайнага? (старший брат мужа) Нет! — По
1
Мой. Дикий. Бывший
Мой. Дикий. Бывший
[Современные любовные романы]
- Я слышала, он сколотил целое состояние после того, как его бросила девушка. Вот это я понимаю - отомстил! - Да не бывает так, - усмехаюсь и иду к сцене, глядя на высокую фигуру.Мужчина
2
Фиктивная жена. Настоящая опасность
Фиктивная жена. Настоящая опасность
[Современные любовные романы]
Согласиться на фиктивный брак с человеком, которого ненавидишь — что может быть хуже? Анна знает ответ: понять, что этот брак — ловушка. Бизнесмен Артём Штормов предлагает сделку: её дом в обмен на
0
Развод. Коронное блюдо – месть
Развод. Коронное блюдо – месть
[Короткие любовные романы]
— У тебя роман с Диной? В глазах Славы нет сожаления. — Вот так, да. Подруга оказалась змеёй. — А ты потаскун! Ты же понимаешь, что теперь я точно не подпишу контракт? — Уже не важно, —
3
Последний секретный агент: Шпионка Его Величества в тылу нацистов
Последний секретный агент: Шпионка Его Величества в тылу нацистов
[Военная документалистика / Биографии и Мемуары]
В период Второй мировой войны юная Пиппа Латур в качестве британского секретного агента выполняла опасные поручения на территории оккупированной Франции, в частности перед высадкой союзников в
0
На хрустальных осколках. Исцели мое сердце
На хрустальных осколках. Исцели мое сердце
[Современные любовные романы]
Год назад кардиохирург Алексей потерял в аварии беременную жену. С тех пор он словно проживал «день сурка»: работа в больнице, дом и снова работа. Но в один миг все перевернулось с ног на голову,
0
Волкодав
Волкодав
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Детройт 20-е годы. Золотая пора бутлегеров и всякой прочей дряни. Сотни молодчиков веселясь и распихивая друг друга локтями строят свою личную подпольную империю. Мне с этими ребятами
4
Золотая лихорадка. Урал. 19 век. Книга 4
Золотая лихорадка. Урал. 19 век. Книга 4
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Вроде всё хорошо - строй империю, богатей и процветай... Но не все так просто: тень Демидовых, бунты, визит императора... а еще... кто такая Анна?
1
Три раны
Три раны
[Современная проза / Историческая проза / О войне]
Писатель Эрнесто, вечно ищущий вдохновения, приобретает на блошином рынке металлическую коробочку, в которой обнаруживает несколько писем, перехваченных бечевкой, и фотографию молодой пары у фонтана
0
Кромешник. Том 2
Кромешник. Том 2
[Юмористическое фэнтези / Самиздат]
Троюродная бабка дала дуба, а на моей руке появилась странная татуировка. Я начал видеть невероятные вещи, не имеющие ничего общего с реальностью. Домовые, лешие, кикиморы, ведьмы, волколаки, упыри
5