молодой. Ужасная трагедия! Но Черчилль Тревис, его дядя, приглядывал за семьей и
проследил, чтобы дети получили образование. И включил их в свое завещание, – тут
Холлис многозначительно на меня посмотрела. – На проценты со своего трастового фонда
Райан мог бы жить припеваючи и ни дня не работать. Дэвид, я покажу Эйвери дом. Ты же
справишься без меня несколько минут? – резко сменив тему разговора, Холлис ухватила
меня за руку, звякнув своими многочисленными крупными кольцами.
– Попробую, – ответил Дэвид, за что получил в ответ игривое подмигивание.
Ведя меня через дом к стеклянному крылу, Холлис щебетала с легкостью опытной
хозяйки. По дороге она показала мне некоторые картины, отобранные для аукциона.
Каждая была пронумерована и сопровождалась информацией о художнике. Еще Холлис
успела отправить смс Райану с просьбой встретиться с нами в некой «поднебесной»
комнате.
– Он сбежит от Бетани на несколько минут, дабы поговорить с вами наедине. Райан хочет, чтобы предложение стало для нее сюрпризом. И правильно, как же иначе?
– Если ему удобнее приехать в наш офис в Монтроуз, мы можем обсудить всё там. Так
легче, да и обстановка у нас более уединенная.
– Нет, лучше сделать всё сегодня, – перебила меня Холлис. – Иначе Райан еще долго будет
раскачиваться. Сами знаете, каковы мужчины.
Я вежливо улыбнулась, искренне надеясь, что Холлис не пытается вынудить Райана Чейза
сделать предложение.
– Они давно вместе? – спросила я, когда мы вошли в маленький лифт со стеклянными
стенами.
– Два или три месяца. Повстречав того единственного, вы понимаете это сразу. Дэвид
предложил мне выйти за него замуж всего лишь через несколько недель после знакомства.
И посмотрите на нас сейчас – не расстаемся уже двадцать пять лет.
Пока лифт поднимался на третий этаж, я любовалась превосходным видом на шатер. От
дома к нему вела дорожка, засаженная по краям цветами.
– Моя поднебесная комната, – с гордостью объявила Холлис, показывая на удивительную
галерею – сооружение со стеклянными стенами и стеклянным же потолком, разделенным
на квадраты. Тут и там по всей галерее на постаментах из оргстекла стояли скульптуры.
Пол также был стеклянным, и опор особо не было видно. Тремя этажами ниже галереи