увольнение, мы с Софией равноправные партнеры. И если она захочет, чтобы ты ушел, ты
уйдешь. Понятно?
– Понятно, – пробормотал Стивен.
Направившись к дому, я прошла мимо Тэнка, который нес две огромные связки гелиевых
шаров для павильона с десертами.
– Спасибо за помощь со Стивеном, – сказала я.
– В смысле за то, что швырнул его в бассейн? Без проблем! Я его снова туда швырну, если
хочешь.
– Спасибо, – сказала я со зловещей ухмылкой, – но если он опять выйдет за рамки
дозволенного, я сама это сделаю.
Я вернулась на кухню, где Ри-Энн и поставщики провизии распаковывали посуду для
обеденной зоны.
– Где София? – спросила я.
– Она пошла поздороваться с кем-то из Тревисов. Они только приехали.
– Когда закончишь здесь, нужно помочь Стивену с беседками около бассейна.
– Не вопрос.
Войдя в главную гостиную, я увидела хозяев дома и Софию, стоявших у ряда длинных
окон. Тревисы смотрели на бассейн и патио, что-то обсуждая, восклицая и смеясь.
Маленький темноволосый мальчик подпрыгивал и дергал Джека за край рубашки.
– Папа, пойдем туда! Я хочу посмотреть! Папа! Папа…
– Попридержи коней, сынок, – Джек потрепал сына по голове. – Еще не все готово.
– Эйвери, – при виде меня воскликнула Элла, – какую потрясающую работу вы проделали!
Я как раз говорила Софии, что у нас словно бы открылся Диснейленд.
– Очень рада, что вам нравится.
– Я больше никогда не буду устраивать без вас вечеринки. Можно держать вас на
абонентской плате, как адвокатов?
– Можно, – выпалила София.
Рассмеявшись, я опустила взгляд на младенца на руках Эллы. Прелесть, а не малыш:
пухлый, с розовыми щечками, большими голубыми глазами и кудрявыми белокурыми
волосами с поднятым чубом.