Он дотронулся до моего бедра, провёл ладонью по коже, а потом его рука скользнула на внутреннюю часть, раздвигая мои ноги.
– Закрой глаза. Просто закрой. Представь, что это у нас впервые.
Я послушалась. Старалась не думать о том, что сейчас произойдёт. Но неожиданно его пальцы раздвинули мои складочки, и я почувствовала горячее дыхание и его язык, который мгновенно нашёл самое чувствительное место. На миг Макс замер, а потом провёл языком медленно и чувственно по всей длине, до самого входа, а потом скользнул внутрь.
Я вцепилась в простыни, сжала зубы. Ощущение оказалось на удивление приятным. Он на миг приподнял голову – видимо, чтобы оценить мою реакцию, но ни о чём не стал спрашивать. Он просто знал, что я не признаюсь в том, что мне чертовски хорошо. Не признаюсь лишь потому, что это он. Хотя никого другого я не хотела так же сильно, как и ненавидела до того.
Он продолжил ласкать меня языком, одновременно поглаживая кожу на внутренней стороне бёдер. Прерывался лишь для того, чтобы продолжить с новой силой. Проникал всё глубже – так, что кровь пульсировала неистово в венах, усиливал напор именно там, где касался меня. И я поняла, что вот-вот взорвусь.
Стало жарко до безумия. Хотелось ещё. Хотелось большего, но Макс и сам чувствовал это. Он ускорил темп, дразня меня и нажимая всё сильнее. Я напряглась и прикусила губы, мысленно умоляя его не останавливаться. Макс пальцами приоткрыл себе территорию для действий, продолжая сладкую пытку, и я выгнулась ему навстречу. Приподнялась, чтобы полностью почувствовать его язык, а потом в голове застучал пульс, и перед глазами пронеслись яркие звёзды.
– Остановись, – еле слышно прошептала я, не в силах открыть глаза и прервать эту эйфорию.
Пульсация не прекращалась, разливалась по всему телу с неведомым ранее жаром. Само ощущение уже было мне известно, но именно так всё происходило впервые. Со стороны Макса даже не потребовалось никаких телепатических приёмов.
Он поднялся, обнял меня, прижавшись всем телом, поцеловал сжатые губы. Я приоткрыла рот, впуская его, почувствовала пряный привкус, но это ни капли не смущало. Макс обнял меня одной рукой. Потом остановился, и я увидела его сверкающие глаза и довольную улыбку.
– Хорошо? – спросил он, хотя вряд ли ему требовались доказательства.
– Угу, – проурчала я.
– Останься сегодня здесь, у меня. Я обещаю, мы поговорим завтра обо всём, что тебя интересует. И ещё: я не трону тебя больше. Клянусь.
– Я буду спать здесь, с тобой? – удивлённо спросила я.
– Это лишь моя просьба. Я не настаиваю. Хотя Винс свободен, – ухмыльнулся он. – Хочешь опять встретиться с ним?
Я отрицательно кивнула головой, поняв его намёк.
– Заодно, у Лави и Астона не останется сомнений в подлинности наших отношений, – вкрадчиво добавил он.
Ага, отношений, из-за которых теперь и я подвергаюсь смертельной опасности.
– Хорошо. Я останусь, – неожиданно для себя же согласилась я.
– Вот и прекрасно. Пойдёшь в душ?
– Да. Пойду. Но без тебя.
Макс убрал руки, показав их мне.
– Сама. Я устал сегодня. Ещё и тот странный корабль.
– Мне он тоже странным показался. – Я натянула простынь и тревожно посмотрела на Макса, вспомнив события этого дня. – Что с тобой произошло, когда ты его увидел?
– Понимаешь ли, Ким, я уже видел его раньше. Сам не знаю где. Словно это происходило не со мной и вообще во сне. Будто он – часть моего детства. Я многих вещей пока не понимаю.
– А почему люди Лаверн не нашли его? Высокая степень защиты?
– У меня нет ответа на этот вопрос. Лаверн ничего не знает о нём. В тот момент, когда она рассматривала корабль, она отключила блок своих эмоций, и я немного успел разобраться в них. Она не знает, кто это такие. И она не та, за кого выдаёт себя.
– Я так хочу поскорее попасть домой, – прошептала я.
– Я тоже. Хочу показать тебе свою находку. Но нам ещё почти две недели предстоит провести на Трентоне, поэтому постараемся прожить их так, чтобы они запомнились тебе.
– Я в душ, – сообщила я.
Он улыбнулся, увидев, как я заворачиваюсь в его простынь, но ничего не сказал. Откинулся на подушки, сложив руки под головой.
Конец ознакомительного фрагмента.