Учение магов [Компендиум зороастрийских верований]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

(30) Далее, я должен быть благодарным; и путем благодарности, поскольку это в моих силах, я могу сделать так, чтобы моя душа (ruvan) не попала в Ад. (31) Ибо, когда человек из чресел отца переходит во чрево матери, тогда Астовидат („Растворитель Костей“ и демон смерти) тайно (menokiha) набрасывает петлю вокруг его шеи, и в течение всей жизни человек не может ее стряхнуть ни силой доброго духа, ни силой злого духа; (32) после смерти, однако, эта петля спадает с шеи человека, если он спасен добрыми делами своих рук, но того, кто осужден, за эту петлю тащат в Ад“.

(33) Каждый, кто живет в этом мире, должен исполнять богослужение определенное число раз, а также знать, каким грехам рук и ног он подвержен, если только человек не слеп и не глух; в последнем случае его нельзя считать виновным. Если бы слепой или глухой исполнял богослужение, то оно было бы erpatastan, и ему следовало бы знать толкование к нему.

(34) Отцы и матери должны научить своих детей основному, что касается добрых дел, прежде чем им исполнится 15 лет. И если они научили их этому, то родители могут претендовать на честь и хвалу за всякое благое дело своего ребенка. Но если ребенок не обучен как должно, то на родителей падает ответственность за всякий грех, который он совершит после достижения совершеннолетия.

(35) Живи в согласии с добрыми делами, и не участвуй в грехе. Будь благодарен за добро, удовлетворен в несчастьи, терпелив в нужде (astanak) и ревностен в исполнении своего долга. (36) Раскаивайся во всех своих грехах, и не допускай, чтобы какой-то грех, за который следует понести наказание, оставался неисповеданным хоть на мгновенье.

(37) Преодолевай сомнения (varan) и неправедные желания разумом (khrat). Преодолевай похоть (аz) довольством, гнев — безмятежной ясностью (srosh), зависть — благожелательностью (huchashmih), (неумеренные) потребности — (неусыпной) бдительностью, раздоры (anashtih) — миролюбием, лживость — истиной. (39) Знай, что наилучшее место — это Небеса, что царство духа (menok) — самое приятное место, что небесные дворцы (deh) самые светлые, что Рай (Garodhman) — сияющая обитель, что совершение добрых дел приносит великую надежду „Окончательного тела“, которая не утратится.

(40) Насколько это в твоих силах, не оказывай почтения злым, ибо от похвалы тому, что неправедно, зло войдет в твое тело и вытеснит добро. (41) Будь прилежен в учении (frahang), ибо ученость есть семя знания, плодом которого является мудрость, а мудрость правит обоими мирами. (42) В отношении этого было сказано, что образованность — украшение во времена благоденствия, защита в лихолетье, помощник в несчастье (astanak) и проводник, выводящий из нужды. (43) Что бы ни происходило, избегай насмешек над кем бы то ни было, ибо насмешник и сам будет высмеян, он утратит свое достоинство (khwarr) и навлечет на себя отвращение; очень редко сын такого (насмешника) становится порядочным (shayandak) человеком или воином.

(44) Каждый день ищи общества добрых людей, чтобы спросить их совета, ибо тот, кто сделал своей привычкой искать общества добрых, будет благословлен большей долей добродетели и святости. (45) Трижды в день ходи в Храм Огня и воздавай должное Огню; ибо тот, у кого вошло в привычку ходить в Храм Огня и приносить ему почитание, будет благословлен большей долей как земного богатства, так и святости. (46) Всячески остерегайся чем-либо раздражать отца и мать, или иного, кто выше тебя, чтобы твое тело не было от того обесславлено, и твоя душа не узнала проклятия.

(47) Знай, что из бесчисленных напастей, изобретенных проклятым Духом Разрушения, три являются самыми прискорбными: слепота глаз, глухота ушей, и в-третьих — Ложь от несогласия (anashtih). (48) Ибо известно, что по этой причине трижды в день Солнце оглашает людям земли свои повеления. (49) На рассвете оно призывает: „Хормазд навеки повелевает вам, людям, быть усердными в добрых делах, чтобы я могло одарять вас земной жизнью“. (50) В полдень оно наставляет: „Будьте старательны в поисках жены, воспитании детей и исполнении других дел долга, ибо до наступления Окончательного Тела Дух Разрушения со своим отродьем не будет отделен от этого мира“. (51) А вечером оно увещевает: „Покайтесь в совершенных вами грехах, чтобы я могло простить вас“. Потому что открыто, что когда свет Солнца достигает земли, тогда и слова его нисходят на землю.

(52) В этом материальном мире не мысли, не говори, не делай ничего ложного, ни в мыслях, ни в словах, ни в делах. (53) Посредством силы богов и путем мудрости и советов с Религией будь неусыпным и ревностным в добрых делах, и разумей, что именно потому, что ценность добрых дел столь велика и безгранична, Дух Разрушения делает все, что в его силах, чтобы сокрыть эту истину и сделать всех вас несчастными, тогда как Хормазд делает все, чтобы открыть правду. И пусть каждый, кто достиг знания Религии, будет прилежен в добрых делах и навсегда укрепится в этом.

(54) В конце этого тысячелетия, когда злоба демонов не знает предела, а Религия Хормазда до крайности умаляется и повсюду господствует неправедная религия, когда прекращаются обсуждения Закона и Религии между добрыми и праведными, знающими свой долг людьми, когда дела Ахримана и демонов творятся открыто — и знаком этого будет всеобщий упадок, при котором (добрые) существа будут погибать, а нарушители договора и те, кто берет сторону демонов и противостоит Религии, будут гулять на свободе, и по всей дали и шири земель, признающих Закон Хормазда, добрые существа впадут в отчаянье (читая ometin) из-за нечестивых тиранов (azhidahakan) тогда каждый человек должен силой Вохумана (Благой Мысли) найти в своей внутренней тишине совет Мудрости через Религию, и благодаря мудрости обрести путь святости, и возрадовать душу щедростью и великодушием, выказать благочестие, благотворя простым людям, и снискать доброе имя мужеством, и привлечь к себе друзей скромностью, поддержать надежду долготерпением, умеренностью (khem) собрать (себе) добродетели и праведностью уготовить себе путь к сияющим небесам; ибо там он сможет насладиться плодами своих добрых дел.

(55) Смертно только тело, но душа бессмертна (asachishn). Делай добрые дела, ибо подлинно жива лишь душа, а не тело; истинно сущ лишь следующий мир, но не этот. (56) Не оставляй заботу о душе и не забывай ее ради забот о теле. (57) Из уважения к личности и по забывчивости, что все добро этого мира тленно и сгинет, не гонись за тем, что принесет наказание твоему телу, а душе — возмездие. Из всех вещей на свете возжелай лишь те, чьи плоды дают вечную радость.

(58) Деланье добра происходит от рвения, рвение — от молитвы (zhahishn), молитва — от стремления, стремление — от понимания, понимание от знания иного мира; а знание (иного мира) есть орудие, которое было, есть и будет (всегда). С помощью него узнается Тот, Кто заново творит все вещи, Кто обучает всему, Кто определяет распорядок вещей, Кто желает добра (sut)всему сущему и в этом мире, и в следующем».

ГЛАВА II ДВА ПЕРВОНАЧАЛЬНЫХ ДУХА И ТВОРЕНЬЕ

Предание о двух первичных Духах и о сотворении мира с большими подробностями изложено в первой главе книги, написанной в IX веке и обычно известной под названием «Бундахишн» или «Книга Первотворенья». Она дошла до наших дней в двух версиях: краткой и более полной. Текст, воспроизводимый ниже, до 18 следует краткой версии, а после него следует более полной. Думалось, что будет лучше ограничиться, в основном, краткой версией, так как ее изложение проще и представляет собой «ортодоксальный» вариант. Между 15 и 16 более полная версия, известная под названием «Большой Бундахишн» вставляет довольно длинный пассаж, не согласованный ни с предшествующим текстом, ни с тем, что следует за ним. Устрашенный вероятным смущением, которое это вызовет у читателей, я воздержался воспроизводить его здесь. Заинтересованные, однако, могут найти перевод этого отрывка в моей книге Zurvan, A Zoroastrian Dilemma (стр. 314–317) (далее как ZZZ). Как выяснится дальше, даже приводимый текст не всегда последователен. Кажущаяся непоследовательность появляется в самом начале. Если Ахриман представляет собой независимую сущность, вечно существующую наряду с Хормаздом, то отсюда следует, что сам Хормазд не может быть бесконечным, что он ограничен своим врагом. Это ясно видно из 4, где сказано, что «оба Духа сами в себе ограничены». И все же, в 1 утверждается, что «Хормазд и Пространство, Религия и Время Хормазда были, есть и будут всегда». По всей вероятности, однако, это противоречие лишь кажущееся, так как в этом отрывке Хормазд отождествляется с безграничным Временем, но не с безграничным Пространством, т. е. он не имеет предела во Времени, но не в Пространстве. Стало быть, изначально он вечен, но не бесконечен; не ограничен временем, но ограничен пространством, которое он вынужден делить с Ахриманом и Пустотой, лежащей между этими двумя царствами.

С другой стороны, Ахриман ограничен как Временем, так и Пространством. Пространственно он ограничен сверху Пустотой, а с точки зрения времени «он был, он есть, и все же его не будет». Поэтому автор текста, который мы привели в главе 1, считает возможным сказать, что «Ахриман существует в небытии» (3), поскольку в конце времен он будет уничтожен. Ахриман, таким образом, заключен, как в пространстве, то есть в своих владениях, неограниченно простирающихся вниз, но ограниченных сверху Пустотой, так и во времени, потому что он и его царство будут в конце уничтожены. В противоположность ему Хормазд, хотя он и не свободен в пространстве в начале, но в конечном счете не будет иметь никаких ограничений ни во времени, ни в пространстве, так как с уничтожением Ахримана для него не будет пространственных пределов: «он знает о пределе, который существует между двумя Духами до тех пор, пока творение Хормазда не воцарится в Последнем Теле навечно и навсегда, что он безграничен».

Таким образом, в зороастризме Бог изначально конечен, ограничен в себе самом противоположным принципом, Ахриманом. И так бы оно, и оставалось навеки веков, если бы Ахриман не был тем, что он есть, то есть Агрессором, причем плохо осведомленным агрессором. Сам факт нападения Ахримана открывает для Бога возможность бесконечности, так как позволяет Хормазду перейти в контрнаступление ради самообороны. Именно беспорядочные атаки Ахримана вызывают к жизни стройную систему защиты Хормазда; и именно беспорядочная сущность самого Ахримана — это то, что в конечном счете приведет его к поражению. Это предание о космической битве заканчивается не только уничтожением Ахримана, но и становлением совершенным несовершенного Бога: добрый Дух раздвигает свои границы и превращается в бесконечного. Ахриман, пожелай он этого, также мог бы стать бессмертным, но, будучи принципом смерти, он лишен такого желания. Стало быть, человек, сражаясь на стороне Хормазда, сражается за свое собственное бессмертие, за свое участие в «Окончательном Теле», которое не ограничено.

Итак, в самом начале, перед битвой два противника имеют равные шансы: один наделен «всеведением и благом», другой — Агрессор, вооруженный «волей сокрушать». Хормазд предвидит нападение и создает «идеальное» или духовное творение «без мысли, без движения, без ощущения», чтобы защитить себя; такое творение было необходимо ему, как орудие (5). Возникает вопрос, кто или что является этим «орудием»? По всей видимости, надо полагать, что это Вайю или Пустота, так как Вайю, который выступает и как божество, и как Пустота, везде описывается как «орудие Хормазда, нужное для дела» (ZZZ, стр. 316, 26). Таким образом, Хормазд заранее привлек Пустоту на свою сторону, заручившись ее поддержкой. Творение и Пустота (теперь) дополняют друг друга, и когда начинается битва, Вайю, Пустота, пробуждается к жизни, становится силой, которая сокрушает сопротивление, ибо «она преследует врага, чтобы поразить Агрессора и защитить творенье» (ZZZ, стр.333, 5).

Тем временем Ахриман не бездействует, он видел свет и хотел бы его уничтожить, для этого он приступает к изобретению собственных орудий в форме демонов. Хормазд предлагает мир, что немедленно отвергается. После чего в качестве компромисса два Духа соглашаются на битву в течение девяти тысяч лет, в конце которой Ахримана ждет полное уничтожение.

Итак, прошли первые три тысячи лет великого «Космического Года» длительностью двенадцать тысяч лет. Хормазд начинает битву с пения Ахунавар, ключевой молитвы зороастрийцев, соответствующей по значимости, которую они придают ей, нашему «Отче наш». Произнесение этой молитвы открывает Ахриману, что все уже кончено и что его полное уничтожение неизбежно. В обмороке он падает обратно во тьму, где и остается без сознания на протяжении трех тысяч лет.

В период немощи Ахримана Хормазд спокойно продолжает сотворение двух миров: мира духа и мира материи. Эти два мира дополняют друг друга: в одном находится Хормазд и шесть Амешаспентов (Бессмертных Святых), его архангелов, которые в то же время представляют отдельные аспекты его самого; в другом — человек и шесть остальных материальных творений, созданных ему в помощь. Сам человек является представителем Хормазда на земле, так как «из материальных творений он взял себе Первого Человека» (ZZZ, стр. 334, 11). Каждый из шести Амешаспентов также берет одно из материальных творений под свое особое покровительство. Имена Амешаспентов таковы: Вохуман (Благая Мысль), Ардавахишт (Наилучшая Праведность или Правда), Шахревар (Желанная Власть), Спендармат (Святое Благочестие, отождествляется с землей), Хордат (Целостность или Спасение) и Амердат (Бессмертие). Перечислим и материальные творения в порядке их создания: небо, вода, земля, растения, Первобык, Первочеловек (Гайомард) (ZZZ, стр.334, 8), и, наконец, огонь, который «проникал все шесть элементов» (ZZZ, стр. 342, 25). В третьей главе «Бундахишна» каждый из Амешаспентов усыновляет одно из материальных творений: Хормазд — человека, Вохуман скот, Хордат — воду, Амердат — растения. Шахревар, как и следовало ожидать, принимает оставшееся первотворенье — небо. При этом он получает металлы, которые в нашем тексте включены в творение земли. Это несоответствие, однако, исчезает, когда мы читаем, что небо сделано из «сверкающего металла, изготовленного из вещества стали». Итак, каждое материальное творение находится под опекой божества. Два мира соединены и в тесном взаимодействии готовы снова противостоять Ахриману. До сих пор как будто не возникает существенной непоследовательности в этом мифе творения, представленном в ортодоксальной зороастрийской версии. Начиная отсюда, однако, мы сталкиваемся с некоторыми аномалиями. Мы уже видели, что после произнесения Ахунавар Ахриман был полностью недвижим на протяжении трех тысяч лет. И, тем не менее, в 16 читаем: «Пока Ахриман лежал сокрушенным, Хормазд строил свой мир. Первым он произвел Вохумана, благодаря которому творение Хормазда пришло в движение. А Дух Разрушения произвел первым Лживое Слово, а затем Акомана (Злую Мысль)». Но как Ахриман мог сделать это, будучи без сознания?

В другом месте (ZZZ, стр. 99 и далее) я предложил считать, что в течение первых трех тысяч лет Космического Года из двенадцати тысяч лет Ахриман, должно быть, одержал первоначальную победу, по крайней мере, по неортодоксальной версии так называемых зерванитов, которые отличаются от ортодоксов тем, что делают высшим принципом Зерван или Бесконечное Время, и, будучи таковым, он является отцом Хормазда и Ахримана. Далее, расхождение в настоящем отрывке, по-видимому, указывает, что в первоначальном мифе было что-то изменено. Ясно, что если бы, как утверждает текст, Ахриман был полностью без сознания, то он не мог бы создать Лживое Слово и Злую Мысль (Акомана) и прочих демонов, упомянутых в 7. В таком случае этот эпизод, вероятно, перенесен из первого трехтысячелетия, когда Хормазд был удовлетворен завершением духовного мира «без мысли, без движения, без ощущения», который вследствие этого, надо полагать, был очень слабо приспособлен к тому, чтоб отражать разного рода нападения; тогда как Ахриман изобрел нечто, судя по всему, значительно более эффективное: «множество демонов, разрушительных тварей, готовых к битве». Этот демонический мир, несомненно, тот же самый, что детально описан далее. Тем более, что Лживое Слово точно противостоит Ахунавар, Слову Правды, которое, исходя из уст Хормазда, производит столь разрушительное действие (на Ахримана).

Стало быть, поскольку Ахриман не мог произнести Лживое Слово или произвести свой дьявольский мир, пока он был без сознания, то следует заключить, что эта страшная ложь была произнесена и нечестивая орда демонов была изготовлена на ранней стадии творенья. И хотя есть свидетельство, что в еретическом зороастризме эта ложь была столь же эффективна против Хормазда, как позднее Ахунавар против Ахримана, по данному тексту можно сказать лишь, что для ортодокса ложь заключена уже в самом глупейшем хвастовстве Ахримана (9): «Я склоню все твои существа к ненависти к тебе и к любви ко мне». В ортодоксальном зороастризме, следовательно, первое нападение Ахримана — это нападение лжи, и оно было обречено на неудачу, так как Хормазд видел его неправду и потому не был устрашен. Он нанес ответный удар, произнеся Ахунавар, Истинную Речь, и тем самым вывел из строя Ахримана на целых три тысячи лет. За это время он сотворил собственный мир, которым он будет отражать все дальнейшие покушения. Второе нападение Ахримана — тема нашей следующей главы. А теперь дадим слово самому «Бундахишну».

«(1) Как открыто в Доброй Религии, Хормазд был высшим по своему всеведенью и доброте, ибо безграничное время он пребывал в свете. Свет это пространство и место Хормазда; некоторые называют его Бесконечным Светом. А доброта и всеведенье — неизменные черты Хормазда; некоторые называют их Религией. Толкование их обеих одинаково, они суть непрерывный характер Бесконечного Времени, ибо Хормазд и Пространство, Религия и Время Хормазда были, есть и будут всегда.

(2) Ахриман, медленный в понимании, чья воля направлена к разрушению, был погружен в глубокий мрак; (он был) и есть, и все же, его не будет. Воля к разрушению — его неизменная склонность, а мрак — его место; некоторые называют его Бесконечной Тьмой.

(3) Между ними была Пустота; некоторые называют ее Вайю, в которой два Духа смешаны.

(4) В отношении предельного и беспредельного: высоты, именуемые Бесконечным Светом (поскольку у них нет конца), и глубины, называемые Бесконечной Тьмой, — они беспредельны. Но на границе они конечны, ибо среди них находится Пустота, и нет никакой связи между ними. Так что оба Духа ограничены сами в себе. А что касается всеведенья Хормазда, то все известное ему знание конечно, т. е. он знает о пределе, который существует между двумя Духами до тех пор, пока творение Хормазда не воцарится в Последнем Теле навечно и навсегда, что он безграничен. Когда придет время Последнего Тела, мир Ахримана будет разрушен, т. е. он также конечен.

(5) Хормазд в своем всеведеньи знал о том, что существует Дух Разрушения, что он собирается напасть, и поскольку его воля есть зависть, то попытается смешаться с ним; и от начала до конца он знал, какими орудиями он воспользуется, чтобы достичь своей цели. В идеальной форме он произвел такой мир, который был необходим ему, как орудие (предположительно, именно Вайю, Пустота, оживляет Божественное творение после того, как оно приходит к существованию). И на протяжении трех тысяч лет творение пребывало в идеальном состоянии, ибо оно было без мысли, без движения, без ощущения.

(6) Дух Разрушения, навек замедленный в познании, не ведал о существовании Хормазда. Затем он восстал из глубин и вышел к границе, откуда был виден свет. Когда он усмотрел непостижимый свет Хормазда, он ринулся в наступление. Поскольку его воля есть разрушение, а его сущность зависть, он захотел скорей уничтожить его, но при виде доблести и славы, превосходящих его собственные, унесся во тьму и произвел там множество демонов, разрушительных тварей, готовых к битве.

(7) Когда Хормазд узрел этот мир созданий Духа Разрушения, он не показался ему благим, этот мир ужасных, извращенных, мерзостных и злых; и он не нашел их достойными почитания. Затем Дух Разрушения взглянул на творение Хормазда, и оно показалось ему благим — мир мудрых, победоносных, обладающих всезнанием; и он нашел достойным почитания творение Хормазда.

(8) Тогда Хормазд, знавший о том, каким будет конец, предложил мир Духу Разрушения, говоря: „О Дух Разрушения! Окажи помощь моему творению и вознеси хвалу, и в награду ты станешь бессмертным и нестареющим, неразрушимым и нетленным. И на то есть разумный довод, ибо, если ты не начнешь сражение, то не доведешь себя до бессилия, и нам обоим это принесет обилие благ“.