Напротив, все те, кого я знаю, имеют в своей наружности что-то мирное, довольное. Один вид их уже действует как-то благотворно.
Я не отрицаю необходимости надзирать за собой и избегать вредных удовольствий, если желаешь быть добрым христианином. Я не спорю, что борьба воли со страстями бывает иногда очень трудна.
Но найди же мне положение в свете без борьбы и пожертвований? Чтобы приготовиться к какому-нибудь званию, чтобы приобрести способы к жизни, не нужно ли заботиться, трудиться усиленно?
Даже для забав нужно принимать на себя и делать некоторые пожертвования!
Как же хотеть, чтобы важнейшее, необходимейшее из всех дел — вечное спасение — не стоило трудов? Это невозможно!
Светские люди видят, что христиане молятся, каются, жертвуют для бедных, избегают вредных забав, и потому жизнь их кажется строгой и неприятной.
Но это только с виду так кажется, а вникнув глубже, ты увидишь, что сердце их покойно и что великодушная решимость делает для них удобными и даже приятными эти пожертвования, столь, по-видимому, трудные.
Нет тягостных жертв для того, кто любит! Благочестие христианина превращает в сладость все, что есть горького в исполнении долга.
Попробуй сам, и ты узнаешь! Нужно самому испытать эти чувства. Словами нельзя дать понятия о них тем, которые не изведали их на опыте.
Тебе, может быть, стоит только мысленно возвратиться к счастливым дням твоего детства. Мало таких людей, которые не испытали этого блаженства любви священной в те торжественные минуты, когда, с чистым еще сердцем, приступали к Святому Причастию! Ты был счастлив тогда!.. Отчего же? Потому что ты не имел еще пороков, ты любил добро, одним словом — ты был христианином.
Сделайся тем же опять! Бог юности твоей не изменился! Он все еще любит тебя и милосердно ждет возвращения блудного сына! Не страшись Его, Он кроткий Спаситель, Он прибежище всех кающихся грешников. Его божественные уста изрекли: приходящего ко мне не изгоню вон (Ин. 6. 37).
Возьми на себя «иго благое и бремя легкое» жизни христианской, и ты обретешь покой души, мир сердца, истинную радость на земле и по смерти вечное блаженство. Оно стоит того, чтобы для него потрудиться!
Во всяком деле трудно только начало; а любовь к Господу облегчит все, что встретится тягостного на пути к небу!
Глава 32
В. — В молодости надо же позабавиться!
О. — Дело в том, как ты намерен забавляться. Неужели так, чтобы проводить время молодости в разгуле и разврате, губя душу свою, честь, здоровье, состояние с беспутными товарищами? Неужели так, чтобы делать то, что Бог и совесть запрещают? Безбожно мирское правило: «надобно в молодости перебеситься». Не значит ли это, что надобно пресытиться грехом, чтобы потом менее грешить? При этом забывают вовсе опасность греха и силу привычки к греху!
Правда, молодость имеет склонность к забавам. Но эти забавы и удовольствия должны быть скромны, чисты, благородны!
Время молодости, как и всю жизнь, нужно проводить в исполнении долга, приобретая навык к добру, избегая всякого зла.
В этом отношении между молодостью и старостью одно то различие, что молодость имеет более силы и живости, и потому должна стремиться к добру с большей ревностью и готовностью.
Время молодости нужно проводить так, чтобы сделаться приятным Богу и достойным уважения людского. Молодость должна быть приготовлением к почтенной и благословенной старости. Она должна заготовлять ту жатву, которую душа соберет у порога вечности.
Нет ничего восхитительнее, как юность благонравная и чистая! Нет ничего прекраснее, любезнее, как юноша скромный, трудолюбивый, верный чувству долга!
О, если бы молодые христиане понимали свою истинную славу, они бы ни за что в мире не согласились губить ее теми забавами, которые влекут за собой раскаяние и стыд!
Раз потерянная невинность уже не возвращается! Раскаяние, конечно, может многое загладить, но это уже не сладостная невинность!
Если бы молодость знала! Если бы старость могла!
Глава 33
В. — Я буду набожен, когда состарюсь, когда у меня будет меньше дел и забот!
О. — Когда состаришься? Да если бы ты был уверен, что у тебя будет старость!
Многие, подобно тебе, говорили: «Завтра, повременю», — для которых завтра принесло суд и вечность!
Многие не заботились об исповеди и Святом Причащении, когда могли, и были лишены спасительных таинств, когда пожелали их!
Ты покаешься перед смертью, говоришь ты? Но кто же поручится тебе, что ты будешь иметь время каяться?