— Честно слово, — она взяла меня за руку и сказала.
— Мы так недавно знакомы, а мне кажется, что всю жизнь. Просто ты однажды уехал от меня очень надолго, и я тебя все это время просто ждала. Ждала, когда ты вернешься, — она посмотрела на меня, и в её взгляде было столько любви и нежности, что я не нашел ничего другого, как ответить:
— Я больше никогда и никуда от тебя не уеду.
Я снял куртку, прошел в комнату и сел на диван.
— Пойдем завтракать, ты с дороги, наверное, голодный? — она протянула мне руку, чтобы помочь встать, но я потянул её к себе, и она оказалась у меня на коленях.
— Вика, мне так о многом надо с тобой поговорить.
Она провела рукой по моей щеке и, поцеловав, обняла и крепко прижалась ко мне.
— А ты сегодня никуда не уедешь?
— Никуда, — ответил я, — и завтра и послезавтра.
Она смотрела на меня детским взором, и я видел, как она была счастлива. Вскочив с дивана, она потащила меня на кухню. Еще в дверях, я почувствовал, манящий запах еды. Яичница, тосты с ветчиной и сыром украшали стол. Мы ели, и Вика рассказывала мне о том, чем занималась эти дни, пока меня не было. Потом неожиданно она замолчала и вдруг спросила:
— Что-то случилось, Сережа? — она произнесла это так же, как несколько месяцев назад меня об этом спросила Наташа. Надо же, — подумал я, — наверно женщины действительно чувствуют гораздо сильнее внутренний мир мужчин и каким-то шестым чувством определяют это.
— С чего ты решила?
— Не знаю, просто… показалось, — робко ответила она.
Я положил вилку на стол, и, отодвинув чашку с кофе, взял её руку обеими руками и произнес:
— Вика, пойдем в комнату, я хочу тебе кое-что рассказать.
Мы встали и, пройдя в комнату, уселись друг напротив друга. Я смотрел на неё и не знал, как начать разговор. Пауза затянулась, и Вика первая нарушила молчание.
— Мне кажется, ты хотел со мной поговорить.
— Да верно. Я просто не знаю с чего начать. Все просто и в тоже время сложно.
— Тогда начни с простого, — сказав это, она вся сжалась в комочек, и я почувствовал, как она напряглась, в ожидании чего-то, что могло разрушить наши взаимоотношения, и тот мир, который мы успели создать за это короткое время.
— Черт возьми, даже не знаю с чего начать. Для меня все кажется простым, а когда подумаю, то кажется, что все не так просто. А потому и не знаю, с чего начать, чтобы ты поняла, точнее поверила.
— Ты так странно говоришь…
— Да, верно. Это оттого, что я… Я люблю тебя, и хочу, чтобы нашим взаимоотношениям ничего не мешало. Поэтому и хочу поделиться с тобой…, — я снова запнулся и замолчал.
— Говори, я тебя внимательно слушаю.
— Хорошо, тогда ответь мне на такой вопрос, как ты относишься на возможность встречи с инопланетянами?
— Не знаю, — спокойно ответила она, — я с ними никогда не встречалась. Наверное, это интересно, но, честно говоря, мне было бы очень страшно. А при чем тут инопланетяне?
— А я встречаюсь, точнее, общаюсь с ними уже больше года. При чем не просто общаюсь, а фактически работаю с ними.
— Ты смеёшься надо мной?
— Я говорю абсолютно серьёзно.
— И у тебя есть доказательства? — её спокойный тон и сам вопрос успокоил меня и в тоже время, удивил. Я ожидал любой реакции, но только не такой.
— Да, разумеется, есть. Если бы я был психом или шизофреником, я бы начал плести всякую околесицу, но я могу привести не просто доказательства, а познакомить тебя с ними и даже самой поговорить и убедиться в достоверности моих слов.