— Общие сведения. Развивающаяся цивилизация. Население порядка семи миллиардов. Активное использование двигателей внутреннего сгорания на основе углеводородов. Быстрыми темпами поглощают собственные ресурсы в энергетических целях. Простейшие знания о ядерной энергии, первые попытки выхода за пределы поля тяготения. Внешнего контакта не имеют. Со стороны Совета по инопланетным контактом, даны рекомендации на соблюдение моратория о невмешательство в их жизнедеятельность.
— Это с чего вдруг?
— Есть данные о том, что цивилизация имеет весьма агрессивные намерения внутри собственного ореола и потому может представлять опасность в случае получения технических средств, способных вывести её за пределы внешних границ. Поэтому ограничены какие-либо контакты.
— Это что-то новенькое. Прямо планета монстров каких-то.
— Нет, но практически постоянное ведение внутренних военных действий на протяжении нескольких тысяч лет, наводит на определенные выводы в их развитии. Видимо это сказалось на рекомендациях в плане контакта с ними.
— Черт возьми, час от часу не легче. А что с климатом и прочими условиями существования?
— Параметры близкие к Норфону. Состав воздуха на восемьдесят два процента идентичный. Температурный баланс так же весьма близок. Так что здесь особо больших отклонений нет.
— Хоть чем-то обрадовала. Ладно, я пойду, отдохну. Как только будем на подходе, дай знать, ну и если какие осложнения возникнут тоже.
— Хорошо.
— Да, приблизить картинку планеты пока еще нельзя?
— Нет, мы слишком далеко, могу только дать изображение из каталога.
— Не надо. Подлетим, посмотрим, — и, поднявшись, Глейб вышел из отсека.
Глава 4
— Командир, мы на подходе к планете, — услышал Глейб голос Маркуди.
— Хорошо, сейчас иду.
Он поднялся, и, проведя рукой по лицу, посмотрел на себя в зеркало и, накинув рубашку, отправился в командирский отсек.
— Что там у нас за бортом? — зевая, произнес он, входя в отсек.
— Ты знаешь, издалека планета впечатляет. Вид очень даже ничего, — ответил Маркуди.
— Вот как, сейчас посмотрим, — он уселся в свое кресло и дал команду на увеличение изображения.
Вид действительно впечатлял. Огромные территории, сплошь покрытые водной гладью в сочетании с атмосферой планеты, давали ей с высоты космоса, непередаваемо прекрасный вид. Нежно голубой фон, на котором плыли причудливые изгибы материков и атмосферные образования.
— А что, ты прав. Впечатляет. Жаль, что на ней, по данным диспетчера, полно населения. Впрочем, думаю, что и нам здесь места найдется, не так ли?
— Подтверждаю, — раздался голос диспетчера, — плотность заселения планеты крайне неоднородна. Основные миграции сосредоточены в крупных городах, многие из которых превышают несколько миллионов человек. Одновременно есть территории с крайне низкой плотностью населения на одну единицы поверхности.
— Ну, что я говорил. А как там с погодой?
— Плюс минус пятьдесят.
— Сколько? Да ты что, в таких условиях невозможно существовать. Чудовищный перепад температуры.
— Я имею в виду температуру на полюсах и в экваториальной части. Кроме того, планета вращается таким образом, что имеет место смена климат в течение астрономического года, и потому смена температурного режима не столь резкая.
— И то хорошо, а то ты меня напугала. Сто единиц разница, обалдеть можно. Хорошо, как скоро мы выходим на круговую орбиту?
— Практически вышли. Наблюдаю большое количество искусственных спутников, используемых для телерадиовещания, а так же для телефонии, метеолокации и другого назначения. Все находятся на низколетящих орбитах. Обнаружена так же станция, возможна попытка создания орбитального сооружения для исследовательских работ в околоземном пространстве.
— Так у них там не все так запущено, как мы думали, — произнес Маркуди, обращаясь к входящим в отсек Куди и Вирунду.
— Бог мой, какой вид с орбиты! — восхищенно произнесла Куди.