Я хотела высвободиться и уйти, пока никто не увидел этого позора, но Гришка уткнулся лицом в подол платья и крепко сжимал в объятиях. Потом он поднял голову вверх, посмотрел на меня невероятными голубищими глазами и сказал:
– Выходи за меня.
Вот так все и было.
– Чего расселись? Мне еще прическу надо сделать и фату прикрепить!
Ноты: тюльпан, мимоза, нарцисс, зеленые ноты, чернила.
Esquisse Parfum Narciss
– Нэээээээээээ! – тянул басом Иннокентий, тучный мужчина в спортивной майке и укороченных джинсах в обтяжку.
– Неееееееее, – более мягко вторила Раиса Леопольдовна, дама за пятьдесят в бейсболке и клетчатой майке.
– Нееииииееееее, – водило Левочку, приземистого седого старичка одетого словно на дворе 19 век.
– Молодцы! Теперь набрали полную грудь воздуха и заново! Стараемся! – подбадривала Нина Петровна.
– НЕЕЕЕЕЕЕ! – хором возопили они.
– Нет, – сказал Иннокентий.
– Молодец! – воскликнула Нина Петровна и зааплодировала.
– Извините, но нет, я лучше продам эту чертову студию, я не хочу менять свои привычки, – объяснил Иннокентий, попрощался и вышел из комнаты.
Нина Петровна нахмурилась.
– Дорогуша, я тоже больше не могу, я передам управление компанией сыну, – сказала Раиса Леопольдовна и добавила, – я оплатила до конца месяца, не возвращайте.
Нина Петровна почти плакала.
– Я останусь, – сказал Левочка.
– Идите и вы, я же не терзатель какой, – всхлипывая, сказала Нина Петровна.
– Я смогу, скажи нет старому, поверни свой взор в будущее, – уверенно говорил Левочка.
– Может я плохой имиджмейкер? – засомневалась Нина Петровна.
– У них просто мотивация слабая, – сказал Левочка, и продолжил петь мантру, – нееееееееее.
Ноты: кожа, животные ноты, нарцисс, мох, гальбанум.
8
Клара искала. Она понимала, что объект поиска не покинул дом, но где он может находиться, даже не догадывалась. В этот момент Клара методично раскладывала на столе содержимое мусорной миски. Она вынула арбузные корки, внимательно осмотрела каждую, потом заглянула в пакет с остатками раздавленной красной смородины, изучила размокшую коробку из-под сахара, вздохнула и сложила все обратно в миску. Клара долго в задумчивости мыла руки, слушая шум воды, потом села на стул и горько заплакала. Она плакала навзрыд, растирала глаза, и временами подвывала, пока не услышала, что в дверь стучат. Она быстро умылась и пошла открывать.
– Привет!
– Привет!
– Что-то случилось? – спросил Вадим, отдавая Кларе маленький букетик полевых цветов.