Полыхнуло огнем, нос защипало от едкого запаха горелой изоляции, посыпались искры... и индикатор питания погас.
— Так-то лучше.
На всякий случай он угостил тви’лека еще одной порцией парализующего заряда и ушел.
За стенами административного строения он напялил очки и зарысил по лесной тропе. Шаги его становились все быстрее и быстрее, и вскоре кореллианин уже мчался во весь дух, и остановить его могло только падение в лужу грязи. И остановило. Хан полежал ничком, отплевываясь и проклиная весь свет, потом встал на ноги и продолжил путь. Впереди за деревьями показались строения, и среди них дормиторий. Во время ночных разведок Хан не обходил его стороной и выяснил, что, в отличие от административного корпуса и фабрики, спальни действительно не охраняются по ночам. Т’ланда-тиль не беспокоило, придет ли кому-нибудь в голову гениальная мысль причинить вред рабам, ведь их так легко заменить новыми.
Койка Брии находилась на втором этаже. Хан на цыпочках поднялся по еле-еле освещенной лестнице с бластером, переведенным в режим оглушения, наготове, но так никого и не встретил. Паломники так активно возрадовались каждый вечер, что спали точно убитые. Которая из коек принадлежала именно Брии, Хан, собственно, не знал, поэтому, стараясь как можно меньше шуметь, он прогулялся по центральному проходу, вглядываясь в лица спящих. К чести жрецов надо было заметить, что для разных существ они приготовили самые разнообразные лежанки, койки, гамаки и кушетки.
Под ногой заскрипела доска, Хан застыл на месте, затаив дыхание. На одной из кроватей сел кто-то, одетый в белую ночную сорочку.
— Викк? — прошептал полуночник.
Кореллианин поманил девушку к себе:
— Живо!
К его удивлению, Брия спала в штанах, ей осталось лишь надеть верхнюю рубаху и сандалии и на цыпочках пробраться к Хану, переступив через предательскую скрипучую половицу. Они молча спустились по лестнице, пересекли переднюю и растворились в ночной мгле. Брия, не останавливаясь, надела очки.
— Нужно поторапливаться! — Хан схватил подругу за руку, прежде чем начались возражения и расспросы.
Он побежал, Брия бесстрашно топала следом. Хотя довольно скоро она запыхалась, приотстала: в боку у нее закололо. Тогда Хан тоже перешел на бодрый шаг. Он был в лучшей форме и дыхание восстановил быстрее.
— Сегодня ночью, — сказал он. — Ты с Мууургхом принимайся за коллекцию Тероензы, а охрану я беру на себя. Сможешь?
Девушка молча кивнула.
— Ганар Тос... — выдохнула она.
— Забудь о нем, — приказал Хан. — Если нам повезет, ты его больше никогда не увидишь.
— Но он... и Тероенза...
Уступая настойчивым подергиваниям за рукав, Брия побежала следом за кореллианином.
— Они хотят... заставить меня... выйти за него... замуж...
У Хана глаза полезли на лоб.
— Ганар Тос хочет на тебе жениться? Приспешники Зендора! Хорошо, что мы сматываемся отсюда.
Брия могла только кивать.
К тому времени как они вернулись к административному корпусу, к Брии пришло второе дыхание. Теперь девушка гораздо бодрее следовала за Ханом по темным коридорам к дверям выставочного зала, где их уже ждал Мууургх. У нижних лап тогорианина была сложена пирамида из бластеров. У Брии округлились глаза.
— А это еще что такое?
— Готовимся к диверсии, — пояснил Хан. — Ну ладно... где там наши коды доступа?
Он поспешно ввел шифр, дверь открылась. Троица злоумышленников бесшумно (у Мууургха получалось лучше всего) проникла в огромное, слабо освещенное помещение. Хан сунулся в ящик стола, за которым обычно работала Брия, разжился световым стержнем и активировал его. Стало значительно светлее.
— Как думаешь, можно включить лампы?
Брия кивнула:
— Снаружи ничего не видно, я проверяла на прошлой неделе. Из покоев Тероензы тоже не заметно.
Хан включил верхний свет.