Дурга заставил себя остановиться и оглянулся. У входа в зал стояла Гури, а рядом с ней — Джабба. Каким-то образом помощнице Ксизора удалось задержать у входа охранников и племянника Джилиак. В ней кроется намного больше, чем видно на первый взгляд, промелькнуло в помутневшем рассудке у Дурги.
Двигаясь с такой тяжестью, словно ему девять веков от роду, Дурга взгромоздился на кресло Джилиак. Он был слишком измотан, чтобы даже просто проползти по залу. Ему едва хватало сил и сознания на то, чтобы управлять креслом.
Оставив распростертое тело Джилиак на полу, он двинулся через зал аудиенций.
Добравшись до выхода, Дурга остановился напротив Джаббы. В лучшие времена, подумал Бесадии, он мог бы сразиться с Джаббой на равных. Сейчас же... об этом не могло быть и речи.
Шагнув вперед, Гури удостоила его легким уважительным кивком.
— Поздравляю с успешной битвой, ваше превосходительство.
Дурга повернулся к женщине всем телом:
— Гури. Вы служите у принца Ксизора убийцей?
Я содействую принцу всеми доступными мне средствами, — спокойно объяснила она.
— Вы можете убить хатта? — осведомился Дурга.
— Без сомнения, — кивнула она.
— Тогда... убейте Джаббу, — повелел главарь Бесадии.
Гури лишь покачала головой.
— Нет, ваше превосходительство. Мне было приказано помочь вам в отмщении Джилиак. Ваше дело выполнено. Теперь мы уходим.
Невзирая на это, Дурга двинулся к Джаббе, но помощница Ксизора встала между ними. Ее намерения были понятны без слов.
— Мы уходим сейчас, — повторила она.
Джабба сдвинулся с места, пропуская их, и Гури ловко запрыгнула на репульсорное кресло Джилиак. Услышав новый топот, Дурга узрел бегущих к ним охранников. Однако Джабба остановил их взмахом руки.
— Я велел вам убираться! — рявкнул он.
Охрана поспешно ретировалась.
Джабба посмотрел на Гури.
— Я не намерен расходовать их попусту. Они неплохо защищают от незваных гостей — от большинства из них.
Гури кивнула и направила кресло вперед. Дурга гневно сверкнул глазами на Джаббу, но остатки сил покинули его. Он мог только лежать, развалившись в кресле, слишком измотанный далее для того, чтобы радоваться победе...
Джабба медленно приблизился к огромному телу своей тетки. Он с трудом мог поверить, что она мертва, и нутром чуял, что ему будет ее не хватать. Но, как он доверительно сообщил Хану Соло, бизнес есть бизнес. Ее смерть послужит на благо Десилиджиков — и на его собственное...
От вида размозженной головы у него выворачивало желудок. Теперь Джабба долго не захочет есть.
На секунду он задумался над тем, что ему следует предпринять первым делом — теперь, когда он стал бесспорным главой Десилиджиков. Скорее всего, его вызовут на Верховный совет хаттов, но, как только они узнают, что Джилиак пала в схватке предводителей кланов по Старому закону, у них едва ли найдутся возражения.
А если его спросят, Джабба заверит их, что Джилиак действительно была причастна к отравлению Арука...
Внезапно труп шевельнулся.
Джабба вскинулся в изумлении и шоке. «Она возвращается к жизни! Она будет в ярости! Нет! — Его сердца забились в диком ужасе. — Что могло произойти?» В том, что его тетка мертва, не было ни единого сомнения.
Огромный раздувшийся труп снова пошевелился, и из брюшной сумки выполз детеныш. Джабба перевел дух. Он укорил себя за то, что не догадался сразу, раздосадованный своим сиюминутным подозрением и страхом.
Маленькое, похожее на червя создание поползло вперед, размахивая маленькими отростками и издавая бессмысленные булькающие звуки.