Брия кивнула, и Фетт принес стакан. В этот раз ее не пришлось упрашивать. Брия пыталась вспомнить, чему ее учили. Как поступать при захвате в плен. Она была не в униформе, а значит, не имела под рукой средств оборвать свои страдания. Кроме того, до Нал-Хатты и Илизии было еще лететь и лететь... За это время случиться может всякое. Она решила потянуть время и поддерживать разговор с Феттом, если сможет. Чем больше охотник будет воспринимать ее как личность, тем легче ей будет переносить плен и тем выше шанс, что ее враг потеряет бдительность. По крайней мере, так твердили все учебники.
С другой стороны, чтобы Боба Фетт допустил промашку? Брия понимала, что ее шансы стремятся к нулю. И все же — ей больше ничего не остается, так ведь?
Она старалась не смотреть на тела в углу, укрытые покрывалами.
— Знаешь, — нарушила она тишину, — я о тебе многое слышала. Интересно, все ли, что о тебе говорят, правда.
— Например?
— Что у тебя собственный кодекс чести. Ты превосходный охотник, но не головорез. Ты не находишь удовольствия в причинении боли.
— Это так, — признал он.
— Что ты думаешь об Империи? — спросила она, глядя, как он роется в тяжелом чемодане, который приволок в комнату. Она мельком заметила его знаменитый шлем.
— Империя — морально разложившееся, но законное правительство.
— Морально разложившееся? — переспросила она, склонив голову набок. — В каком смысле?
— В разных.
— Назови хоть один.
На миг она подумала, что он велит ей заткнуться, но после секундной паузы охотник ответил:
— Рабство. Порочное явление, унизительное для всех сторон.
— Именно! — воскликнула Брия. — Значит, у нас есть что- то общее. Мне тоже не нравится рабство. Я была рабыней, и это было ужасно.
— Знаю.
— Ты обо мне многое знаешь, как я погляжу.
— Да.
Брия облизнула губы.
— Ты знаешь, что Тероенза и тот хатт, что сейчас возглавляет Бесадии, намерены убить меня каким-нибудь особенно изуверским способом, ага?
— Да.
Брия умоляющим взглядом посмотрела на охотника.
— Раз ты так много обо мне знаешь, стало быть, тебе известно, что у меня есть отец?
— Да.
— Тогда, может быть... Я знаю, это покажется необычным, но, учитывая обстоятельства... может, ты согласишься... — Брия остановилась, справляясь с дрогнувшим голосом. Суть происходящего наконец стала доходить до нее, и она понимала, что ей из этой переделки не выбраться.
— С чем?
Она глубоко вздохнула.
— Я не видела отца много лет. Мы всегда были близки. Мои мать и брат значат для меня немного, но отец... — Брия пожала плечами. — Ты понимаешь, когда я вступила в сопротивление, то отчетливо понимала, что видеться с ним будет слишком опасно — для нас обоих. Но я находила способы дать ему знать, что я жива. Пару раз в год он окольными путями получает от меня весточки. Просто «Брия в порядке». Вот так...
— Продолжай. — В голосе охотника не было ни малейших эмоций.
— В общем... Я не хочу, чтобы он продолжал ждать от меня известий. Не мог бы ты... сообщить ему, что я мертва? Он много для меня значит. Он хороший, порядочный человек. Он платит имперские налоги, честный гражданин и все в таком духе. Поэтому... если я дам тебе его имя и адрес, не мог бы ты просто передать послание? Брия мертва. Вот и все.