— Гриланкс делает ход основными кораблями. Я приказываю отступление. Сделаешь мне кой-какое одолжение, приятель?
— Говори.
— Вы с Чуи охраняйте тылы при отступлении. Задержитесь немного и побудьте пастухами для нашего стада космических лодырей, ладно? Следи за ними, Хан. Не давай им лететь слишком медленно, но и смотри, чтобы не летели слишком быстро. Надо, чтобы имперцы почти нагоняли их.
— Сделаем. Как у нас дела?
— В общем и целом неплохо. Но мы потеряли несколько друзей.
— Знаю, видел месиво, — сказал Хан поникшим голосом.
— Конец связи.
Мако переключился на другую специальную частоту.
— Капитан Рентал?
— Рентал слушает.
— Я собираюсь сейчас объявить отступление. Будьте готовы.
— Мы готовы. Я сообщу «Минестре». Как насчет «Уже слишком поздно»?
— Их больше нет.
— А...
— Рентал, конец связи.
Теперь Мако переключился на общую частоту.
— Мальчики и девочки, это Центральная оборонительная. Вы хорошо поработали, друзья-бездельники. Теперь пришло время уйти с вечеринки. Всем кораблям уходить по оговоренному курсу. Вспомните тренировки. Повторяю: уходите по оговоренному курсу. Начинайте. Центральная, отбой.
Заверри стояла в отгороженной секции космогаража Шуга Нинкса, сосредоточившись на экране радара, где двигалось изображение, передаваемое «Драконьей Жемчужиной». Она наблюдала, как контрабандисты развернулись и помчались прочь от приближающихся крупных имперских кораблей и оставшихся канонерок. Ее друзья бежали, как показалось бы стороннему наблюдателю, беспорядочной толпой, но на самом деле это было тщательно скоординированное и подготовленное отступление.
Мако с Ханом очень долго учили их, на каком расстоянии следует держаться впереди имперских кораблей — в зоне действия имперских орудий; им придется уклоняться, дабы не быть подстреленными удачным залпом.
Иллюзионистка в нетерпении кусала губы. Это самый большой шанс в ее жизни — шанс уничтожить за один раз больше имперцев, чем она наверняка едва ли когда еще сможет.
«Так, идите сюда».
Имперский клин подходил все ближе к месту, отведенному для Миража.
«Вот так, идите сюда, гонитесь за ними, да, следуйте за ними прямиком в ловушку...»
Похожая на охотящегося тогорианина, Заверри напряженно всматривалась в дисплей, пока жжение в глазах не заставило ее заморгать. Проморгавшись, она увидела их. Весь основной клин находился в координатах «М»! Заверри улыбнулась, и улыбка ее была хищной, неприятной. Иллюзионистка включила коммуникатор на специальной частоте.
— Мако, это Заверри.
— Это Мако. Слышу тебя, Заверри.
— Включаю Мираж... сейчас, — сказала она и оборвала связь.
Медленно она нажала красную кнопку на панели управления. Под кнопкой была надпись: «Не трогать, если ты не Заверри».
— А теперь умрите, — прошептала она.
«Судьба Империи» обогнула Нар-Шаддаа по широкой дуге, как было приказано, чтобы обойти дрейфующий на орбите Луны контрабандистов космический мусор. Адмирал Гриланкс наконец увидел Нал-Хатту, громадную даже на расстоянии ста двадцати трех тысяч километров. Его флагман шел во главе клина кораблей, двигавшихся идеальным строем. Оставшиеся истребители и канонерки замыкали клин. Вся масса кораблей следовала за бегущими контрабандистами.