Ковчег Лит. Том 1: читать начало книги онлайн

«ГашЕка, дебил».

Шторы лучше все-таки открыть — солнечный свет убивает микробы. И Лере надо написать, спросить, как она себя чувствует. И дверь открыть.

— Челядь не встречают? — Лучевой заглянул в комнату и, даже не сняв кеды, подошел к окну, дергая плотные шторы в стороны. — Проснись и пой, весна пришла. Я тебе такую клевую штуку купил — обкончаешься. Отвечаю, у тебя такой лет с пяти не было, — он скинул с плеча рюкзак, расстегивая его на лету, и вытащил оттуда пару шуршащих пакетиков из аптеки и доску. С полем для рисования, поделенным на соты. И маленькой магнитной ручкой на веревочке. — Теперь ты можешь послать меня на хуй, даже не снимая штаны! Просто нарисуй.

Марк, поначалу топивший в подушке только один глаз, теперь уткнулся в нее полностью. Но руку за планшетом все-таки протянул.

«Знать не болеет».

— Ммм… окей. Ты это к чему?

«Ты сказал: челядь не встречают». Марк провел магнитом на ручке, чтобы стереть, когда Луч прочитал. Дописал: «А я говорю — знать не болеет».

— А, ладно. Шутки с доставкой по почте, — Лучевой внимательно посмотрел на Марка, — не шути, пожалуйста, пока не сможешь говорить, а то мне стыдно за тебя, когда ты выглядишь тупым.

Марк не ответил. Просто ткнул средним пальцем уже не во фронталку, а в лицо Лучевого, снова утопив половину лица в подушке. Пожелтевшее от болезни с розовыми от температуры скулами, оно смотрелось непривычно.

Марк зашуршал пластиковой ручкой по планшету, не поднимаясь, как кот наполнителем в горшке, карябая еще не испорченную поверхность магнитной доски и уже оставляя царапины, — возможности контролировать свои силы не было. «Как там Лерка?»

— Не знаю. Болеет, вроде лечится. — Лучевой почесал тонкими острыми ногтями подбородок. Он не стриг их под корень, оставляя немного «по-пидорски», как выразился Марк, отрасти. — Ты вообще как? До субботы оклемаешься?

Марк пожал плечами. Взял ручку.

— Не пиши, я все равно плохо понимаю твои каракули.

Он посмотрел на Лучевого как на идиота. «Зачем ты тогда мне эту хрень купил?» — напечатал и повернул телефон к нему, жмурясь от яркого экрана.

— Да я просто забыл, что у тебя зимой по снегу почерк и то лучше. Простите, не почерк — опись.

Лучевой забрал телефон. Вернул.

— Ночной режим и яркость поменьше не пробовал ставить? — Он снова зашуршал пакетиками, которые достал из рюкзака. — Слушай, это сказали после еды сосать. А другие вообще каждый час надо по две штуки. Вы, блин, с Леркой решили посоревноваться? Кто, пока болеет, сосать лучше научится?

Марк захрипел, не в силах застонать. Лежать в одиночестве целую неделю и умирать было, конечно, плохо. Но сейчас стало немного получше.

— Ладно-ладно, барин не в настроении, барин не может ответить и послать. Давай, открывай ротик и лижи свои сосалки, а я пока поесть закажу и фильм какой-нибудь найду.

«Лерка не придет?»

Стереть «?».

«.»

Солнце слишком ярко для закатного светило через щель между шторами. Лица в фильме светились синим негативом, но просить Лучевого наклонить экран ноутбука лень.

— С чего ты взял? — Лучевой вздохнул, вернув телефон. Началось.

«Она написала. Сказала, что с работы не отпустили».

— Ну, сейчас погода хорошая, лето. Чего ты хотел? — Лучевой потянул пальцы к пробелу на клавиатуре.

«Луч, что происходит?» Щелк. Пауза.

— Ты о чем?

Марк закатил глаза, выдыхая. Сложно разговаривать молча. Он потянулся к тумбочке, чтобы взять пертуссин — глотком смазать связки, которые собирается снова надорвать, так и не восстановив.

— О том, что мы не виделись почти две недели. Она даже на связь почти не выходит. Луч, что происходит?