— Капитан отправила работать. Заявила, мол, народа нет, но, думаю, на самом деле это чтобы я в себе разобрался.
— Ясно, — кивнул он. — Ладно. Надо работать. Покажи, где сражался.
Проводил парня до места, и он начал втягивать этой штукой оставшееся реацу пустого. Справился он за пять минут.
— Хиро, можешь мне кое-что сделать?
— Если это в моих силах.
— Для этого я себе подмогу из 12-го и вызывал. Слушай…
***
Ран медленно открыла глаза…
Картинка перед глазами была расплывчатой, невозможно было сфокусироваться, но постепенно она начала приходить в себя и уставилась на белый потолок и люминесцентную лампу, которая была выключена. Из окна рядом лил солнечный свет, лёгкий прохладный ветерок шевелил белыми занавесками, а уха касались пение птиц и звуки проезжающих машин.
— Ран! — рядом с ней появились её родители.
Девочка сначала испугалась, когда мама приблизилась, но затем мать начала плакать.
— Ран! Доченька! Как хорошо, что с тобой всё в порядке! — плакала мама.
Папа тоже вытер слёзы и обнял их обеих.
— Прости нас, Ран, — прошептал он. — Мы были так слепы…
Девочка не понимала, что происходит. Её родителей будто подменили, они казались ей совершенно иными, не такими, как она привыкла. Они плакали, просили у неё прощения и обещали, что исправятся, а она просто не понимала, что творится вокруг.
Последнее, что она помнила, это как её звал дедушка, а затем полёт вниз и пустота.
— Что случилось? — спросила она.
— Ты ничего не помнишь? — удивились они.
— Меня… кто-то звал… потом темнота… — нахмурилась она, не желая говорить лишнего, потому и врёт чуть-чуть.
— Тебя дедушка спас! — заявила она. — Когда ты упала с обрыва, он поймал тебя и спас.
— Дедушка?
Ран помнила, что стало с дедушкой, но… Карас… Точно.
— Ясно… — кивнула она.
Вот что там случилось.
Родители всё же оставили её отдыхать, а сами покинули палату, пообещав навестить её через час и принести обед.
Девочка не могла поверить, что её родители так сильно изменились, да и вообще в то, что случилось, сложно было поверить.
— А что, если мне всё это приснилось? — грустно вздохнула она.
Тогда никакого Караса никогда не было и он лишь её воображение, а такого она не хотела бы.
— Его походка быстра, его движенья просты. Он укрощает ветра, он ловит их за хвосты, — услышала она песню слева от себя.
Ветер поднял занавеску, и она увидела, что на подоконнике кто-то сидит. Одет в чёрное, длинные и чёрные как уголь волосы, ярко-синие глаза, смотрящие с весельем, и улыбающееся лицо.