Кого-то стошнило от увиденного, но я на это внимания не обратил.
Живых вообще нет.
Хебико начала осмотр тел, а остальные разошлись по комнатам в поисках выживших или каких документов.
— Это не пустые, — мрачно сказала Хебико. — Уж точно не они.
— Духовной энергии вокруг вообще не ощущается. Пустые обычно съедают всё и в воздух мало что уходит.
— Это так. Но тут вообще нет духовной энергии. Будто её кто-то вытянул, — помрачнела она. — К тому же. Следов зубов или когтей нет. Разрушений или чего-то, что указывало бы на монстров, — тоже.
— Адьюкас?
— Если не Вастер Лорд.
— Такого бы заметили.
— Пожалуй, — кивнула она. — Но следы тут. Посмотри.
Она указала на человека, чью верхнюю часть головы срезали.
— Слишком гладкий разрез. Даже ты на полной скорости не смог бы так гладко срезать часть головы.
— Пожалуй, — кивнул я.
— А он, к тому же, был синигами, — указала она на занпакто в ножнах. — Но даже не успел достать меч.
— Его убили до того, как он что-то успел сделать, — хмыкнул я.
— Руру?
— Нет, не в его стиле. Да и не показывался он за все эти десять лет. После него хотя бы следы рук или ног остались.
— Может, он добыл себе новую силу. Но или они все были убиты одновременно, или кто-то двигался с твоей скоростью.
Я ничего не ответил. Действительно странно.
Из погреба вышла Шуан.
— Там около тонны груза, — сказала она. — Особенно много Кёсетсу.
Я скривился. Омерзительная вещь этот Кёсетсу.
Наркотики всегда были самым прибыльным делом в Обществе Душ. Многие бедняки принимали что-нибудь, чтобы забыться в кайфе. Их жизнь так плоха, что только дурь способна подарить им радость. Аристократия порой баловалась опиумом и другими вещами. Пару таких Опиумных домов некоторые держат. Короче, не запрещено это.
Но Кёсетсу…
Эта дрянь появилась на нашей территории три года назад. И она действует на Проводников Душ. Вызывает чувство радости, убирает страх и немного усиливает синигами. Но вызывает очень сильную зависимость, которую довольно сложно убрать даже медикам.
Распространяется эта мерзость по большей части у рядовых и слабых синигами.
А виной всему пустые, которых боятся все. В наше неспокойное время боёв много. И многие слабые синигами уже жалеют о сделанном выборе пойти в Академию. Этот наркотик притупляет страх, усиливает и приносит им желаемую радость. Всех, кто пойман на приёме такого, отправляют в Гнездо на принудительное лечение.
Эта мерзость сильно укоренилась в наших рядах, но мы никак не можем понять, откуда она исходит.
Похоже, мы нашли одну из точек распространения.
— Паук, — послышался голос Комуи-сана. Он стоял над телами убитых синигами. Их было около десятка, неслабые ребята и их тела были намного более сильно изуродованы.